Зелеродов рок

Лихтенберг Жаклин

— На этот раз? — спросила Мюриин. — Ну, пожалуйста.

— Да, на этот раз, — согласился Хью. — Готова? Подожди… давай!

Мюриин сильнее сжала мускулистые руки джена. Темп поглощения селина взметнулся, мембраны разорвались, освободив щупальца, которые судорожно забились вокруг рук джена. Обычно в такие моменты товарищ устанавливает контакт губами и дает передачу. Но Хью продолжал отстраняться, не пропуская сквозь свое поле.

«Я это знала!» Но прежде чем Райза могла сказать хоть слово, Клид двинулся, его

маскировочное поле исчезло, сменившись нормальным функциональным состоянием. Он обхватил своими щупальцами руки Мюриин и прижал ее новые, влажные щупальца. Хью уступил ему место так, словно они репетировали это сотни раз.

Клид снял свое кольцо Зеора и со вторым кольцом протянул дочери. Она взяла кольца в руки, и Хью накрыл соединенные руки отца и дочери голубым плащом Зеора.

— В дом Зеора, — сказала Мюриин. — Я присягаю своим сердцем, своими руками, своей сутью. Сектуибу Зеора Клиду Фаррису присягаю своей жизнью, своей любовью, своей неизменной верностью — из смерти, в которой я рождена. В дом Зеора навсегда.

— Мюриин Аллюр Фаррис амбров Зеор, я присягаю своим сердцем, своей верой, своей неизменной верностью, своим именем, рожденным из смерти. В Зеор навсегда.

Клид надел свое кольцо, одел на палец дочери новое кольцо. Райза передвинулась ближе к Серджи, чтобы снова ощутить сладкую боль, какую они испытали во время свадьбы и рождения детей. Но тут Мюриин нарушила сентиментальную тишину, с широко раскрытыми глазами прошептав:

— Я злинню.

Хью снова занял свое место.

— У тебя потребность…

Клид сказал:

— Она не может тебя слышать. Она в гиперсознании.

Хью наконец установил контакт губами. Райза видела это, но их поля все еще не соединялись. Хью удерживал свои.

Она ждала, не уверенная в том, что происходит. Может, еще одно зеорское упражнение. Мюриин ахнула и перешла в состояние двойного сознания.

Клид, напротив, в гиперсознании отрешенно злиннил происходящее, и Райза подумала: «Он мог бы так наблюдать и за тем, как умирает его дочь!» Она толкнула Серджи вперед, нарушив сосредоточенность Клида.

В состоянии двух сознаний Райза видела, как Хью наконец уступил. Поля вокруг них слились, образовав две сферы — сфера Хью мощная, дрожащая от боли и сфера Мюриин, анемичная, ослабленная шоком.

Клид встал между ними, быстро приведя щупальца Мюриин в положение контакта, но не устанавливая пятый контакт, не демонстрируя поле джена. Когда она обрела оба сознания, он сказал:

— Спокойно. Хью не может это сделать.

— Могу! — возразил Хью. — Я только…

— Ты застыл, и я знаю почему. Не спорь сейчас. Райза?

— Серджи, давай!

Серджи занял позицию, и с каким-то призрачным ощущением падения Райза почувствовала, как его внимание перешло от нее к Мюриин.

Мюриин, все еще не пришедшая в состояние истощения, взмолилась:

—

Я не могу это сделать с отцом Ви!

— Доверься мне, — настаивал ее отец. — Я не позволю Серджи перенапрягаться, обещаю.

Серджи не оскорбился. Он позволил Клиду уступать ему дочь постепенно и осторожно, а потом, когда их поля соединились, спокойно сказал Мюриин:

— Когда будешь готова.

Она больше не могла ждать. Мощное поле Серджи манило ее, соблазняло гиперсознание, и Мюриин начала втягивать селин.

Райза ахнула. Похоже на могучее подводное течение. Захваченная этим потоком, она почувствовала, как Клид снова стал абстрактным наблюдателем, но у нее не было времени оскорбляться. Пришлось бороться с таким сильным приступом интила, какого никогда не испытывала. Согнувшись, тяжело дыша, Райза утратила всякое представление о происходящем.

Селин Серджи устремился в девственную систему Мюриин, он словно прошелся и по нервам Райзы, уничтожив пустоту потребности, восстановив равновесие между первичной и вторичной транспортными селиновыми системами. Он пропах Фаррисами, и это было отвратительно, но одновременно в нем был и знак Серджи — любимого, мягкого, глупого, гениального Серджи.

Быстрый поток подхватил ее, и она подчинилась ему, боясь проснуться и вновь ощутить потребность, грызущую ее изнутри. И в этот момент Райза почувствовала, что, если очнется в жесткой потребности, будет готова охотиться и убить.

Когда-то, давным-давно, она преследовала Серджи, чтобы убить его, и он позволил ей убить себя — а потом предложил сделать это снова через месяц, потому что это замечательно. Она со всей свирепостью своих первых передач с Серджи пила поступающий селин, а потом остановилась, прежде чем достигла насыщения.

Мир снова возник в своей сенсорной реальности: зрение, слух, осязание и даже ощущение крови Клида там, где ее зубы прокусили его губу. Он откинулся, высвободив свои латерали, и в поле его все еще слышалось эхо поля Серджи.

Райза даже ощутила опьяняющее ощущение, как всегда после передачи с Серджи, когда наслаждалась всем, что она сделала с Серджи, и тем, что с нею сделал он. Ей пришлось помигать, чтобы перестать видеть лицо Серджи на месте лица Клида, но как только ей удалось сфокусировать взгляд, она выпалила:

— Шидони-проклятый лорш! Как вы посмели!

Клид, очевидно, не совсем понял ее брань, но ухватил самую суть и успокаивающе взмахнул щупальцами, отступая к Хью. Она всегда знала, что он трус!

— Сектуиб Райза, я не… Подумайте! Где бы вы получили передачу? Я не мог это сделать без Серджи, без его образца. — Он криво улыбнулся. — И сработало, не правда ли?

Шен! Она не могла сдержать дрожь.

Мюриин ахнула, и Райза, повернувшись, увидела, как Серджи пытается встать. Он побледнел и упал на пол.