Зеленый
Шрифт:
— Лиам, что тебе надо?
Лиам младший разворачивается и смотрит на меня.
— Я хочу, чтобы блинчик улыбался.
Пробую еще два раза, прежде чем на сраном блине появляется выражение, которое его удовлетворяет. И он съедает только половину. Чертов пацан.
Остальная часть дня также связана с кормлением Лиама. Как, черт возьми, он умудряется так много есть, я понятия не имею. Куда это все девается? В этом он фантастически похож на Джейка. Хайден уходит к своей девушке, чтобы закончить делать рождественские покупки. Изабель сидит в своем телефоне
Роуз возвращается через целых четыре часа. Она не ответила на мои звонки и смс ни разу, а по возвращению притащила полные пакеты с едой. Я забираю у нее большую часть и, наконец, удостаиваюсь взгляда.
— Как прошел день?
У меня складывается впечатление, что она выдавливает из себя слова силой.
Ставлю сумки на пол, обхожу ее, обхватываю за талию и прижимаю к себе.
Роуз тяжело дышит, а затем делает глубоких вдох.
— В этот раз не сработает, — замечает она, но не отталкивает меня.
— Роуз, я тебя люблю.
Она кивает, и я целую ее в шею. В ответ приподнимает попку так, чтобы упереться прямо в мой пах.
— Я знаю, Лиам. И тоже тебя люблю. В этом я не сомневаюсь.
— Но я все еще отлучен?
Роуз согласно кивает.
— Да. Расскажешь, где ты был?
Я продолжаю целовать ее, игнорируя вопрос. Ей не стоит это знать.
— Ладно. Тогда давай по-другому. Ты сделаешь так еще раз?
— Не знаю, что ты имеешь в виду.
Она снова глубоко вздыхает.
— Значит сегодня ты снова спишь на диване. Надеюсь, тебе нравится.
— Завтра Рождество.
Роуз пожимает плечами.
— Скажи, где ты был, и это будет самое лучшее Рождество, которое у нас было.
Притягиваю Роуз к себе и целую в шею, но она отталкивает меня. Раньше она никогда не избегала моих прикосновений. Иногда отстранялась, но только до того момента, пока мы не оказывались наедине. Сейчас все иначе.
— Беру свои слова обратно, несмотря на то, что ты мне врешь. Этот праздник будет самым лучшим, я сделаю его таким. Завтра придет Сэнди, и я не уверена, что ощущаю по этому поводу. Но она точно не увидит, что наши отношения дали трещину.
Взяв за руку, я разворачиваю ее так, чтобы она посмотрела на меня. Роуз не смотрела мне в глаза с тех пор, как вернулась. Ее ярко-голубые глаза пристально смотрят на меня, как бы прижимают к себе и обнимают так чертовски крепко.
— Наши отношения в порядке, Роуз. Никакой трещины нет.
Она не отвечает ровно один удар сердца, а потом кивает. Затем придвигается и кладет голову мне на грудь.
— Сегодня канун Рождества, а я даже не испекла детям блинчики.
— Не говори мне про блинчики еще очень долго, — умоляюще произношу я.
Роуз отстраняется, смотрит на меня и смеется. На ее губах застывает широкая улыбка.
— Лиам очень придирчивый, ты знаешь, — и снова приникает к моей груди, — но ты все еще спишь на диване.
Целую Роуз в макушку и изо всех сил удерживаюсь от того, чтобы не взять ее прямо сейчас, на этом диване, на глазах у любого,
Глава 14
Роуз
Как всегда в Рождество я просыпаюсь первой. Иногда Лиам тоже встает, чтобы помочь мне, иногда я делаю все сама — зависит от его работы.
Выхожу из спальни, пока еще не рассвело, уже полностью одетая и готовая начать день, а Лиам уже проснулся — одеяла сложены на диване, а подарки завернуты в подарочную упаковку.
— Ты проснулся, — говорю я, глядя на елку, и киваю в сторону подарков, — и помог… с упаковкой.
— У тебя слишком много стресса в последнее время. Я хотел помочь.
Стараюсь улыбнуться искренне, но выходит только натянуто.
— Мне нужно что-то приготовить на завтрак. Скоро проснутся дети, — говорю и ухожу прежде, чем сдамся окончательно и не получу ответов на свои вопросы. На этот раз я действительно хочу знать, нуждаюсь в этом знании. Но не поддаться на эту его доброту сложно — мы как инь и ян, части друг друга.
Лиам идет за мной, как делает всегда. Обхватывает ладонями лицо, касается своими губами моих. Мягко помечает меня, как свою собственность. Хотя думаю, что ему не нужно так поступать. Ведь я уже принадлежу ему с того самого момента, как мы впервые встретились.
Эта размолвка не разрушит наши отношения — мы просто столкнулись с проблемой, над которой нужно поработать. Единственное, сколько времени у нас это отнимет? Я не уверена.
От его прикосновений и поцелуев слишком трудно отказаться. Моя воля не так сильна, и он в курсе этого факта. Блэк целует меня нежно, нетребовательно. Успокаивающе. И я позволяю ему взять то, в чем Лиам так нуждается. И затем, когда чувствую, что уже готова дать больше, отстраняюсь, прерывая поцелуй.
— Роуз, — шепчет он, снова пытаясь до меня достучаться.
— Бекон сгорит, — киваю в сторону плиты и отворачиваюсь, чтобы продолжить готовку.
Лиам кивает и уходит, а я смотрю ему вслед, думая, насколько восхищаюсь им.
***
Дети завтракают и открывают подарки. Эдди помогает мне закончить приготовления к ужину, ведь к нам должна прийти гостья. Так странно ждать, что в такой день в наш дом придет чужой человек. Праздники для нас — время для семьи, потому то, что Хайден пригласил Сэнди, значит, что он хочет сблизиться с ней. Это больно, но отказать я не могу.
Эдди одета в белое, я — в ярко-зеленом платье, а дети — в красном. Лиам… он одет в свой обычный черный костюм, полностью соответствуя своей фамилии. Это неизменно. Некоторые вещи постоянны.
— Что между вами происходит? — интересуется Эдди.
Смотрю через ее плечо, прямо на Лиама.
Хайден с Джейком сидят на диване, смотрят, как играет Лиам-младший. Они смеются вместе, потом Джейк берет джойстик.
— Он что-то недоговаривает.
Эдди замирает и смотрит на меня. Ее рот от удивления округляется.