Зеленый фронт
Шрифт:
– Да бери, черт тебя возьми!
– прошипел лейтенант, уже не зная чего сделать.
– Бери!
– Вот..., - удовлетворенно протянул проводник, улыбка которого стала еще шире.
– Теперь хорошо, очень хорошо... Теперь Отец знает, что вы его дети! Слышите?!
– он закрыл глаза и застыл без движения.
– Слышите?!
– уже шепотом спросил он через несколько секунд.
– Отец все знает...
Красноармейцы насторожились. И боец и командир обеспокоенно мотали головами по сторонам.
– Лес шумит, командир, - прошептал высокий, с напряжением всматриваясь в ту сторону, откуда они пришли.
– Я больше ничего не слышу.
– Да... Лес шумит, - подтвердил
– Шумит... черт его дери ... Надо от этого психа уходить. Слышишь?
– стоя спина к спине, шептал Лисицын.
– От немцев вроде оторвались. Теперь к линии фронта топать надо, к нашим... Сейчас выберемся из чащобы, да и рванем в сторону Минска. В той стороне УР еще довоенный стоял. Махина!
– лейтенант продолжал внимательно всматриваться в свою сторону.
– Километры противотанковых рвов, бетонные доты с пушками и пулеметами, запасные капониры, колючка... Вот только выберемся отсюда... Слышишь, боец? Не боись, прорвемся! Где наша не пропадала!
– ответа не было.
– Егоров?
– Стоять, москальские ваши души!
– с угрозой раздался чей-то голос.
– Скидывай винтари, левольверты... Давай, а то сейчас как стрельнем, сразу души отдадите!
90
Поднимаясь по широкой лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой, невысокий лысоватый человек, еле заметно хмурился. Собственно это была практически незаметно - глаза за круглыми линзами очков по-прежнему были нейтрально спокойны, да и редко кто отваживался пристально рассматривать лицо этого человека. Вот и на этот раз, стоявшие в небольших нишах, постовые смотрели куда-то вдаль остекленевшим взглядом и старались вытянуться еще выше. Их руки птицами взлетали над фуражками, салютуя всесильному наркому.
– К товарищу Сталину, - негромко произнес Берия, входя в приемную.
– Здравствуйте, товарищ Сталин.
Верховный махнул рукой, приглашая его сесть к столу, на котором, как обычно лежало несколько документов и книг.
– Товарищ Сталин, проект дает существенные положительные результаты, - их связывало столь многое, что говорить они могли уже без всяких предисловий.
– Если честно, - Берия позволил зазвучать в своем голосе нотки удивления.
– Я просто не ожидал такого в столь короткие сроки..., - и вновь нужда в каких-то пояснениях совершенно отсутствовала; на столе лежали бериевские сводки по итогам деятельности всех закрытых административно-территориальных объединений союза, с густо нанесенными синим карандашом отметками.
– Это просто невероятно!
– Хватит, Лавр, - неожиданно прервал его хозяин кабинета, в результате своего хождения оказавшийся рядом с наркомом.
– Хватит..., - Берия замолчал, с напряжением всматриваясь в мрачное лицо Вождя.
– Все это я знаю, - кивок в сторону бумаг.
"Что-то случилось?
– мучительно размышлял нарком, пытаясь припомнить хоть что-то мало-мальски способное нанести ему вред.
– Фронт стабилен... Может что в районе Ленинграда?
– последние сводки по ведомству стояли перед его глазами словно раскрытая книга.
– Нет, если бы был прорыв, это было бы уже давно известно... Япония?
– его рука автоматически потянулась к очкам, неторопливое протирание линз которых было одной из его привычек, помогавших сосредоточиться.
– Нет, нет...".
– Смотри, Лавр, - Сталин взял со стола один из документов и слегка потряс одним из его листов.
– Это настоящий прорыв, это просто волшебный подарок для нас... Урожай картофеля вырос почти на 500%, пшеницы первого и второго сорта примерно на 200%... В абсолютных цифрах это близко к довоенным показателям. Мы же
– Тоже самое по овощам. По фруктам рост еще больше....
– Сталин перевернул другой лист.
– Не видишь? Тогда вот еще... Данные о сектантском движении на оккупированных территориях. Число последователей всякого рода мошенников растет крайне быстрыми темпами, - он бросил быстрый взгляд на сидевшего наркома, который по-прежнему демонстрировал непонимание того, что ему хотели донести.
– Это твои же цифры?! Вот сведения о верующих прифронтовой полосы. Ситуация сходная, не находишь? Везде одно и тоже! Живой Лес, Живой Лес!
Берия вздрогнул, едва до него дошли опасения Сталина. "Странно, очень странно, - он буквально впился взглядом в лежавшие перед ним бумаги.
– И очень даже может быть... Никто об этом даже подумать не может, пока идет война, - в его голове кусочек за кусочком начала складываться невероятная картина, которая даже в ближайшем рассмотрении оказывалась просто ужасной.
– Это словно саранча..., - между лопаток пробежал неприятный холодок.
– Нет, это невероятно!".
– Этого не может быть, товарищ Сталин, - неожиданно для самого себя проговорил Берия, вставая с места.
– Совершенно невероятно!
– Да?
– переспросил тот, встречаясь с удивленным взглядом Берии.
– А что тут невероятного? Судя по цифрам, он просто вербует сторонников. Только по приблизительным подсчетам, представь себе Лавр, среди последователей Живого Леса уже сейчас насчитывается более 30 тысяч человек. И это при активном преследовании со стороны немецкой администрации... Вот свидетельство твоего человека. "В некоторых селах население поголовно участвует в молебнах... Зафиксированы неоднократные случаи изгнания священнослужителей, особенно агитирующих за союз с немецкой администрацией и выступающих против бытующих здесь верований. Так, в селе Малые Хлебцы ... жители выгнали присланного из районного центра священника из-за того, что тот объявил поклонение Лесу дьявольским и языческим. Все, включая детей и стариков, носят на одежде деревянные фигурки человека, которые по их утверждению символизирую связь человека и Леса, а также даруют им защиту от болезней и врагов...".
Верховный потряс листком перед лицом наркома.
– Ну, и на что это похоже?
– Берия только сейчас, увидев Сталина буквально в нескольких сантиметрах от себя, обратил внимание на то, как тот постарел; цвет лица приобрел какой-то землистый оттенок, под глазами набухли темные мешки, уголки рта тянулись к подбородку.
– Есть сведения, что и в прифронтовой полосе в частях Красной Армии начинают распространяться ростки этого культа, - похоже Верховный во всем этом действительно видел нешуточную угрозу всему своему делу.
– Мы же тоже начинали точно также... Помнишь? Никто не принимал нас в серьез... Кто мы тогда были? Так, шешура, мелочь! Несколько сотен человек на всю империю.
Берия продолжал стоять, всем своим видом показывая, что это проняло и его. "А что если правда?
– стучало в его голове.
– Ведь еще несколько месяцев назад о нем вообще никто не знал! Да до сих пор это тайна особой государственной важности! А выходит, он все дальше и дальше тянет свои щупальца, - сейчас, все эти цифры он воспринимал совершенно по иному; появление какой-то мелкой никому не известной секты на фоне тяжелейшего положения на фронте, ранее совершенно не воспринималась в качестве угрозы, но теперь, Живой Лес казался серьезным противников.
– Через какие-то несколько лет, если все пойдет все точно также, мы можем столкнуться с настоящей силой..."