Зеленая угроза
Шрифт:
– Неужели? – спросила Пирсон. Ее серые глаза были совершенно ледяными. – Это кажется маловероятным… если, конечно, вы присутствуете здесь не в качестве какого-то, скажем, военного туриста. От этого ваше присутствие не становится менее неприятным.
«Для шутки это уже явный перебор», – подумал Смит, с трудом удержавшись от того, чтобы не скрипнуть зубами. Чиновница из ФБР вела себя так, словно намеревалась устроить здесь дуэль, а не обсуждение возможности совместной работы.
– Вы, надеюсь, ознакомились с приказами и допусками на мой счет, мэм. Я должен находиться здесь
– При всем моем уважении, я не нуждаюсь в помощи ни от Объединенного комитета начальников штабов, ни от армейской разведки, не знаю, кому из них вы подчиняетесь, – прямо заявила Пирсон. – Если честно, то я не могу даже представить себе никого, кто с большей вероятностью может причинить неприятности, в которых я не нуждаюсь.
Смит заставил себя сдержаться, но не стал демонстрировать унижения паче гордости.
– Неужели? И каким же образом?
– Одним только своим присутствием, – последовал ответ. – Возможно, вы об этом еще не знаете, но Интернет и таблоиды переполнены слухами насчет того, что «Теллер» был центром секретной военной программы по созданию нанотехнологического оружия.
– И эти слухи – полная чушь, – резко бросил Смит.
– Вы уверены?
Смит кивнул.
– Я лично знакомился со всеми проводившимися здесь исследованиями. Никто в «Теллере» не вел никакой работы, результаты которой можно было бы непосредственно использовать в военных целях.
– Ваше присутствие в институте – это уже, совершенно точно, моя проблема, полковник Смит, – холодно сказала Пирсон. – Как, по вашему мнению, мы должны объяснить ваше задание контролировать эти нанотехнологические проекты?
Смит пожал плечами.
– Очень просто. Я медик и молекулярный биолог. Мои интересы здесь, в Нью-Мексико, были чисто медицинскими и научными.
– Чисто медицинскими и научными? Не забудьте, что я читала и ваши свидетельские показания, и ознакомилась с вашим досье из Бюро, – возразила она. – В качестве доктора вы, конечно, хорошо знаете, как легко и эффективно убивать. Совершенное владение оружием и боевыми искусствами – это ведь немного выходит за пределы обычного университетского курса для медиков, не так ли?
Смит промолчал, задумавшись на мгновение о том, насколько Кит Пирсон действительно осведомлена о его настоящей карьере. Все, что он когда-либо делал для «Прикрытия-1», было запрятано так, что она не имела никакой возможности до этого докопаться, а вот работа в армейской разведке оставила некоторые следы, которые она могла унюхать. Например, о той роли, которую он сыграл в разрешении кризиса с фактором Аида.
– Что куда важнее, – продолжала она, – возможно, у одного из каждых трех человек в этой стране окажется достаточно ума, чтобы понять ваши интересы. Все остальные, особенно психи, увидят только ваш миленький армейский форменный китель, который висит у вас в шкафу, – тот, с серебряными дубовыми листьями на петлицах.
Пирсон легонько ткнула его в грудь длинным указательным пальцем.
– Вот
– Мне тоже этого совершенно не хочется, – уверил ее Смит. – Именно поэтому я и намереваюсь вести себя крайне сдержанно. – Он указал на свою гражданскую одежду: легкую серую ветровку, зеленую рубашку поло и спортивные брюки цвета хаки. – Все время своего пребывания здесь я только доктор Смит… который не общается с журналистами. Никогда.
– Этого мало, – непреклонно откликнулась она.
– Этого будет достаточно, – спокойно возразил Джон. Он готов был немного полебезить и повилять хвостом, чтобы успокоить естественное раздражение Кит Пирсон, вызванное появлением постороннего типа, сующего нос на ее территорию, но не собирался отказываться от выполнения своих обязанностей. – Знаете что, – предложил он, – если вы намереваетесь жаловаться в Вашингтон, что ж, это ваше полное право. Но пока что, как бы там ни было, мы с вами связаны одной веревочкой. Так почему бы вам не подловить меня на моем обещании помочь?
Ее глаза прищурились и опасно сверкнули. На секунду Смит задумался, не движется ли он прямой дорогой к той самой «дыре» и «профилактическому задержанию», об опасности которых его предупреждал агент Латимер. Но тут женщина пожала плечами. Жест был настолько слабым и мимолетным, что Смит лишь случайно заметил его.
– Хорошо, доктор Смит, – с величайшей холодностью произнесла она. – Некоторое время поиграем в эту игру. Но как только я получу разрешение выставить вас, вы уберетесь отсюда, ясно?
Смит кивнул.
– Вполне справедливо.
– В таком случае если это все… Надеюсь, вы сумеете сами найти дорогу. У меня есть еще кое-какие дела.
Но Смит решил попытаться подтолкнуть ход событий.
– Я должен сначала задать вам пару вопросов.
– Ну, если должны… – протянула Пирсон.
– Что ваши люди думают о странном расположении подрывных зарядов в лаборатории «Харкорт»? – спросил он.
Пирсон вскинула ухоженную бровь.
– Продолжайте.
Она внимательно слушала, как он рассказывал о том, что подозревает, будто установленные там бомбы были предназначены для того, чтобы только разрушить герметические стены лаборатории, но не уничтожить ее полностью. Когда же он закончил, она покачала головой со своим обжигающе холодным удивлением.
– Получается, что вы, доктор, еще и эксперт по взрывотехнике?
– Мне приходилось видеть, как ею пользуются, – признался Смит. – Но экспертом меня назвать нельзя.
– Ладно, предположим, что ваша догадка верна, – сказала Пирсон. – Вы считаете, что массовая гибель людей снаружи была спланирована – что террористы изначально намеревались натравить харкортовские нанофаги на всех, кто окажется в пределах досягаемости. А это означает, что Движение Лазаря явилось сюда, намереваясь создать своих собственных мучеников.