Зелёная дверь
Шрифт:
– Вот уж не знаю, чей билет ты стащила!.. Раскисает теперь где-то на вокзале. Когда ты садилась, видела, где кабина машиниста?
– Н-нет…
– Еще бы, – прыснул он. – Тогда бы ты заметила, что поезд движется в обратном направлении. – Этот поезд перемещает людей из живого мира в мир мертвых. Моя работа – вытаскивать таких «зайцев», как ты, которые лезут… Раньше времени! Понахватают чужих билетов, а потом просятся обратно…
Он вздохнул и перешел на медленный шаг, поравнявшись с Поппи. Было видно, что ему нелегко смириться со всей этой ситуацией, но он не мог заставить Поппи идти быстрее. Да и поможет ли это?
–
– Главный офис.
Поппи закатила глаза, но мысленно себя одернула, решив, что развивать конфликт из-за пустяка – не самая лучшая идея в сложившихся обстоятельствах.
– Что это за место?
– Место, где все расставят по местам. Скорее всего, произошла ошибка. С нас снимут наручники, тебя отправят домой, но перед этим сотрут память.
– А ты? – Поппи нахмурилась, выуживая листья из волос.
– А что я? Тебя не должно это волновать, – отрезал он, не желая продолжать бессмысленный для него разговор.
Какое-то время они шли молча. Тропа становилась все менее и менее различимой среди высокой сухой травы. Промежутки ажурного неба между деревьев отдавали серым. Лес выглядел мертвым. Казалось, можно услышать то, как опадают иголки с сосен, потревоженные редким ветром или захудалая белка прошмыгнет с одной ветки на другую.
– А этот контролер? – Поппи шла след в след, нарушив очередную короткую тишину первой.
– Местный Харон. Понравился? Познакомить поближе? – парень остановился, отчего Поппи едва не врезалась в его спину. – Была тут одна… – он продолжил ход, а голос его стал грубее и громче. – Тоже «безбилетница». Все прыгала и прыгала, хотела быть с ним, якобы он ее «судьба». Жить без него она не в силах, – он издал едкий смешок, перешагивая через высокую корягу и подавая руку Поппи.
Она приняла его руку, пряча непрошенный румянец. Цепкий взгляд голубых глаз и тепло шершавой руки ввели ее в смущение. «Самое время, Поппи! Ты оказалась непонятно где, непонятно с кем… А этот «непонятно кто» только что чуть тебя не угробил, заставив сигануть с поезда!» – распекала себя Поппи, пытаясь отогнать нетипичные для нее мысли и чувства прочь, делая вид, что ее особенно заинтересовала здешняя флора в виде мха под ногами.
Поппи спрятала руки в карманы и слегка откашлялась:
– И что же дальше?
– Дальше? – парень вздернул бровь, бросив взгляд из-за плеча. – Она допрыгалась. Ее скелет доехал. Куда следует. Он же хохотал всю дорогу.
– Кажется, вы с ним не очень дружны.
– Не кажется… Его можно понять, он каждый день видит, как люди перестают быть людьми. Чокнулся, проще говоря. Его забавляют такие, как ты. Вот он и подыгрывает. Иной раз сам билетик всучит. Лучше скажи спасибо, что я тебя вытащил.
– Спаси-и-бо, – протянула Поппи, с трудом скрывая издевку в своем голосе. – А ту девушку… Почему же ее не вытащили?
– Во-первых, не на каждого найдется свой полицейский, – парень самодовольно ухмыльнулся. – Во-вторых, она отмахнулась от своего… Кто бы он ни был.
Она не поняла, что он имел в виду. Да и диалог дальше не клеился. Полицейский снова углубился в себя, а Поппи старалась поспеть за его широким шагом. Хотя цепь наручников и была длинной, но не достаточно, чтобы рассредоточиться по местности как следует.
Тропа вывела их к залитой светом поляне, в центре которой возвышался небольшой, еще ладный дом. Фундамент порос мхом,
Поппи оторопело пялилась на домик, пока тот не принял прежнее положение. Полицейский же наслаждался ее удивлением, тщетно пытаясь спрятать непрошенную улыбку. То, что для него казалось обыденностью, для нее выглядело чудом из чудес. Это казалось таким странным и забавным одновременно.
– Главный офис? – Поппи в нерешительности перевела взгляд на него, указывая рукой в сторону дома.
– Филиал, – парень дернул цепь наручников. – Таможня, перевалочный пункт… Называй как хочешь. Пойдем.
Двое двинулись к дому. Казалось, что парень здесь давний гость, дверь ласково замурчала и отворилась, стоило ему прикоснуться. На Поппи же она грозно рыкнула, но, все же, пропустила следом, чуть не защемив остатки куртки.
Взору предстала уютная гостиная, несоразмерная дому. Пара мягких диванов, шкафы, забитые книгами и всевозможными камнями всех форм и размеров, мягкий пушистый коврик, журнальный столик, заставленный свечами, в центре которого восседал хрустальный шар… Потолка не было видно из-за несметного количество пучков трав, окна задернуты плотными шторами. Из гостиной вело несколько отличавшихся друг от друга дверей. Все выглядело так необычно, словно «избушка» была намного больше внутри, чем снаружи.
– Курочка, – из ниоткуда раздался громкий женский голос. – Милая, включи очиститель воздуха! Запах – невозможный!
Из темного угла раздался тяжелый вздох, за которым последовало включение упомянутого прибора, мягко зашелестевшего откуда-то снизу: по ногам пошел ветерок.
Не заставив себя долго ждать, к ним вышла сама владелица дома – хорошо слаженная миниатюрная женщина. Ее короткие волосы аккуратно обрамляли круглое лицо, на шее поблескивали очки на тонкой цепочке.
– Раймонд! Солнышко! – женщина вскрикнула и кинулась на шею полицейскому, отчего тот чуть было не потерял равновесие. – Как давно я тебя не видела! Совсем про меня забыл! Да ты не один! С девушкой!
– Да, здравствуй, Дивина… Ты, наверное, и так уже все знаешь… – парень растерянно смотрел вниз, сильно покраснев.
Поппи стояла рядом, нервно теребя края чудом сохранившегося свитера под курткой, испуганно всматриваясь в женщину.
– Да, нечасто у нас гости оттуда! Ой, да и не помню, когда в последний раз такое было. Да вы проходите-проходите… Курочка, чайник!
Дивина увлекла их за собой в одну из дверей. Как оказалось, это была кухня. В центре стояла побеленная печка, на которой, как по волшебству, материализовался чайник. Пока женщина суетилась, доставая чашки, блюдца и сладости, Поппи безуспешно пыталась выудить у парня хоть какую-то крупицу информации о том, зачем они здесь и кто эта женщина. Тот лишь тряс головой и отмахивался, погрузившись в раздумья, в очередной раз. Наконец, когда приготовления были окончены, а чай разлит по чашкам, Дивина начала разговор, обратившись напрямую к Поппи.