Завтрак у Предводителя
Шрифт:
КАУРОВА. Карпушка… слушай… гляди на меня; вот они не хотят верить, что Ферапонт Ильич несколько раз тебя хотел подкупить… Слышишь ли ты, что я тебе говорю?..
СУСЛОВ. Ну, что ж ты молчишь, любезный? Их братец подкупал тебя?
КАРП. Как подкупал?
СУСЛОВ. Я не знаю. Вот Анна Ильинишна говорит.
КАУРОВА. Карпушка! слушай, гляди на меня… Ведь ты помнишь, сегодня чуть меня не вывалил… помнишь?..
КАРП. Когда-с?
КАУРОВА. Когда?.. Экой глупый!.. Разумеется, на повороте, не доезжая плотины. Еще одно колесо
КАРП. Слушаю-с.
КАУРОВА. Ну, и помнишь ты, что я тебе сказала тогда? Я тебе сказала: «Признайся, – сказала я тебе, – Ферапонт Ильич тебя подкупил: дескать, Карпуша, голубчик, ушиби, мол, твою барыню до смерти, а уж я тебя не оставлю»… Ну, и помнишь ты, что ты мне отвечал?.. Ты мне отвечал: «Виноват, сударыня, точно, я пред вами виноват».
СУСЛОВ. Да позвольте, Анна Ильинишна: виноват – это еще ничего не доказывает… Что он этим хотел сказать? сознаться, что ли, он хотел в подкупе, в намерении зашибить вас – вот что нужно узнать… Сознался ли ты?.. а?.. сознался?
КАРП. В чем сознался?
КАУРОВА. Карпушка! слушай, гляди на меня… Ведь Ферапонт Ильич хотел тебя подкупить? Ну конечно, ты не согласился… Но я ведь правду говорю?
КАРП. Как вы изволите говорить-с?
КАУРОВА. Ну, вот видите..
СУСЛОВ. Да позвольте, позвольте!.. Ты мне, братец, отвечай, да толковито, смотри…
КАУРОВА. Нет, вы позвольте, Евгений Тихоныч! я на это не могу согласиться. Вы его запугать хотите – я этого не позволю. Ступай, Карпушка, ступай; да проспись смотри; а то ведь ты совсем спишь.
КАРП уходит.
А от вас, Евгений Тихоныч, признаюсь, я этого не ожидала. Чем, кажется, я это заслужила?
СУСЛОВ. Да что вы нас морочите!..
БАЛАГАЛАЕВ. Ну, полноте, полноте, Анна Ильинишна! присядьте, успокойтесь. Мы это все разберем.
ГЕРАСИМ (входит). Господин Беспандин изволили приехать.
БАЛАГАЛАЕВ. А, наконец! Ну, проси, разумеется.
Явление восьмое
Те же и Беспандин.
БАЛАГАЛАЕВ. А! здравствуйте!.. Однако вы заставили себя подождать.
БЕСПАНДИН. Виноват, виноват, Николай Иваныч! такая вышла задача… Здравствуйте, Евгений Тихоныч, судья неумытный, как вы поживаете?
СУСЛОВ. Здравствуйте!
БЕСПАНДИН. Вообразите… (кланяясь сестре) что меня задержало… Представьте себе: у меня седло мое украли… И кто украл – неизвестно!.. Делать нечего: взял седло у стремянного. (Пьет.) Я, вы знаете, всюду верхом езжу, седло премерзкое, фалейторское… рысью просто нет никакой возможности…
БАЛАГАЛАЕВ. Ферапонт Ильич! позвольте вас познакомить… Алупкин, Антон Семеныч…
БЕСПАНДИН. Очень рад… Вы охотник?
АЛУПКИН. То есть в каком смысле охотник?
БЕСПАНДИН. В каком смысле? ну, разумеется, в каком:
АЛУПКИН. Нет-с, я собак не люблю, а из ружья в сидячую птицу стреляю.
БЕСПАНДИН (смеется). В сидячую, в сидячую…
БАЛАГАЛАЕВ. Однако извините, господа! Позвольте прервать ваш любопытный разговор. Мы о собаках и сидячих птицах в другое время поговорить можем. А теперь я предлагаю, не теряя времени, приступить к нашему делу, для которого мы собрались. Мы и без Петра Петровича начать можем. как вы думаете?
СУСЛОВ. Пожалуй.
БАЛАГАЛАЕВ. И потому, Ферапонт Ильич, покорно прошу вас присесть, и вас также, Антон Семеныч!
Садятся.
БЕСПАНДИН. Николай Иваныч, я вас душевно уважаю и всегда уважал, и теперь вот по вашему же желанию приехал; только позвольте вам наперед сказать, если вы надеетесь какого-нибудь толку добиться от почтеннейшей моей сестрицы, то предупреждаю вас…
КАУРОВА (приподнимаясь). Вот видите, Николай Иваныч, вот вы сами видите…
БАЛАГАЛАЕВ. Позвольте, позвольте, Ферапонт Ильич, и вы, Анна Ильинишна! я должен вас попросить сперва меня выслушать. Я имел удовольствие пригласить вас обоих сегодня к себе для того, чтоб покончить наконец ваши распри. Какой пример, посудите сами: брат и сестра, от одной, так сказать, утробы…
БЕСПАНДИН. Позвольте, Николай Иваныч…
АЛУПКИН. Господин Беспандин, прошу не прерывать.
БЕСПАНДИН. А вы что мне за наставник?
АЛУПКИН. Я вам не наставник, но, будучи приглашен Николаем Иванычем…
БАЛАГАЛАЕВ. Да, Ферапонт Ильич; я их пригласил, вместе с почтенным нашим Евгением Тихонычем, в посредники… Ферапонт Ильич! Анна Ильинишна! Я обращаюсь к вам… Как? брат и сестра, от одной, так сказать, утробы рожденные, не могут жить в ладу, в мире, в согласии!.. Ферапонт Ильич! Анна Ильинишна! Образумьтесь, я вам говорю! Ведь для чего все это я говорю? я это для вашего же блага говорю… Вы сами посудите, что мне? но я для вашего блага говорю!
БЕСПАНДИН. Да ведь вы, Николай Иваныч, не знаете, что это за женщина! Ведь вы послушайте-ка ее; ведь это бог знает что такое… помилуйте!
КАУРОВА. А вы-то сами что? Вы кучера моего подкупаете, девок ко мне с отравой подсылаете – вы моей смерти добиваетесь. Я даже удивляюсь, как я еще до сих пор уцелела!..
БЕСПАНДИН. Какого кучера я подкупал… что вы? что вы?
КАУРОВА. Да, сударь! Он под присягой готов все показать. Вот эти господа – свидетели.
БЕСПАНДИН (обращаясь к остальным). Что это она за дичь порет?
АЛУПКИН (Кауровой). Позвольте! позвольте, вы напрасно на меня ссылаетесь. Я решительно ничего не повял, что тут ваш кучер говорил. Это опять что-то вроде моего козла.