Завораш
Шрифт:
Не дожидаясь приглашения, пришелец шагнул в комнату.
И вновь в сознании Ноктавиданта всплыло воспоминание: точно также из тьмы появился куратор, а затем начинало твориться нечто невероятное… Странное дело, но он до сих пор ощущал шероховатость щепок под пальцами и запах льющейся сверху крови. Хотя, вполне возможно, это был запах его собственной крови, щедро пропитавшей рясу.
Тем временем человек сделал ещё шаг. Наконец Ноктавидант смог рассмотреть его. Внешность у него была ничем не примечательная, даже заурядная, и клирик подумал, что спустя некоторое время вряд ли вспомнит лицо
Словно уловив ход его мыслей, незнакомец улыбнулся. Эта улыбка не понравилась Ноктавиданту.
Незнакомец прогулялся по комнате, дотрагиваясь затянутой в черную перчатку рукой стены, пока не добрался до подоконника. Ноктавидант с опозданием осознал, что стоит в том же самом месте, что и при встрече с куратором. Помнится, тогда он поостерегся и отступил от окна… Теперь он этого не сделал.
Тем временем незнакомец запустил руку в свои одеяния, после чего достал крохотный медальон на цепочке. По сути, это был даже не медальон, а плоское стекло или тонкий срез драгоценного камня в обрамлении кружочка простого металла. Никаких надписей или рисунков ни на стекле, ни на металле не было, и все же Ноктавидант узнал символ. Тайная служба. Теперь многое становилось понятно. В том числе это объясняло и присутствие во дворце чужака. Медальон открывал множество дверей, в том числе, подумал клирик, и те, которые были закрыты от него самого.
Медальон вновь исчез в складках одеяния незнакомца.
— Манзагеррашу Дагал, — представился незнакомец.
Имя было ему незнакомо.
— Чем могу быть полезен? — спросил клирик.
Прозвучало это не очень дружелюбно, и наверняка Дагал заметил холодок в его голосе.
— О, можете, — сказал он.
Хватит на сегодня игр. Ноктавидант подумал, что ему следовало бы привести себя в порядок, успокоиться, а затем заново обдумать все произошедшее.
— Не надо относиться к нам свысока, — сказал Дагал. — Номарх всегда был доволен нашей службой. И сегодня не исключение.
Ноктавидант пожал плечами. Отношения номоуправителя со своими подчинёнными его мало интересовали.
— Дворец принадлежит принципалу, номарх здесь не властен.
Как и над любым представителем духовенства, хотелось добавить ему.
Дагал развёл руками, затем сложил их на груди в жесте смирения. Это должно было выглядеть глупо и притворно, но — странное дело — не казалось таковым. Последнее доказывало лишь то, что перед ним действительно хороший актёр. Как будто единственное, что ему сейчас было нужно — это очередная порция лжи.
— Но принципала сейчас здесь нет. И новый вряд ли появится в ближайшее время, раз уж прежний решил… устраниться. Будет разбирательство. А в таких делах решающее слово — за номархом.
Ноктавидант все ещё не понимал, какую роль во всем этом играет он сам.
— Разбирательство, — повторил Дагал, — Может затянуться. А пока на место принципала назначается кто-то, кто будет его замещать. Кто-то, кто знаком с делами церкви.
Наконец Ноктавидант стал понимать. Таким человеком был он сам. Значило ли это, что только что ему предложили место принципала? Но ведь только церковные власти могут устанавливать, когда и кого назначить на место высшего иерарха… Или, когда дело касается нападения и убийства как в этом случае,
Ноктавидант покачал головой.
— Услуга за услугу, как я понимаю?
Дагал остановил его движением руки.
— Пока мы ни о чем подобном не просим. Всего лишь небольшое содействие, как я это понимаю.
Внезапно Ноктавиданту захотелось оказаться за пределами комнаты. Не просто стоять у окна, ловя дыханием свежий, неиспорченный смрадом пожарища воздух, а вдохнуть полной грудью. Сейчас это казалось ему не таким естественным, как прежде. В конце концов, сегодня на его глазах погибали люди. Интересно, насколько осведомлённость члена тайной службы отличалась от его собственной?
— Выйдем на воздух? — предложил он.
***
Снаружи дворец выглядел так, будто в его стенах случилось одновременно землетрясение, извержение вулкана и небольшой потоп — потоки воды, которой гасили огонь в горящем здании, ещё стекали по его стенам, собираясь внизу в лужицы и небольшие озерца. Батраки из числа строителей и мелкие церковные служки бегали туда-сюда, нося охапки спасённого ими скарба, который сгружали в беспорядке в огромные кучи. Похоже, никто не знал, что со всем этим делать.
Едва они вышли во двор, агент тайной службы перешёл прямо к делу. Он рассказал, что во дворце принципала действовали двое его людей. Ноктавидант не знал, какой реакции от него ждали, поэтому просто промолчал. Дагал кивнул.
На самом деле то, что за принципалом шпионили, не было новостью. В конце концов это же Завораш. Здесь каждый приглядывает за соседом. Даже в церковной среде можно встретить что-то подобное: принципал велит одному клирику шпионить за другим, священник посылает молодого служку проследить за монахом, а монах в это время занимается тем, что подглядывает за иноком, который в свою очередь, шпионит за кем-нибудь другим. Не очень изящно, зато работает.
— Эти двое, — продолжал Дагал, — Выполняли моё поручение: найти человека и вернуть некую вещь, которая ему не принадлежит.
От Ноктавиданта не укрылась ирония ситуации: похоже, неназванная вещь точно так же не принадлежала и людям из тайной службы.
— А теперь оба они убиты, а вор скрылся. Вероятно, не с пустыми руками.
— Печально слышать.
— Ваши люди погибли?
— Да. Оба.
— Похоже, они столкнулись с серьёзным противником.
— Этот человек — вор и бродяга. Как думаете, ему под силу одолеть сразу двоих? К тому же, я слышал, есть ещё погибшие?
Ноктавидант склонил голову:
— Прискорбная случайность.
— Случайность?
— Да. Видимо кто-то из рабов забыл погасить свечу. В последнее время во дворце шло строительство. Очевидно, взорвалась бочка с селитрой.
Это было объяснение, состряпанное на скорую руку, и конечно, его было недостаточно, чтобы провести главу тайной службы. Идея с селитрой и якобы вызванным ею взрывом пришла Ноктавиданту в последний момент.
— Селитра, конечно, — кивнул Дагал, — Однако вор скрылся, а это значит, что остановить его было некому. По всей видимости, к тому времени оба моих человека были мертвы. Значит, взрыв прогремел позже. Повсюду пылает пожар, летят камни и прочее… А этот человек просто уходит. Странно, не правда ли?