Завоеватель

Герр Ольга

— Отойди-ка в сторону, атлант, — Макс махнул пистолетом. — Хочу посмотреть на белобрысую. В ее бесстыжие глаза.

Феб не двинулся с места. Максу это не понравилось. Он ненавидел непослушание. Мужчины сцепились взглядами, громилы с интересом наблюдали за схваткой характеров. Время для маневра самое подходящее.

Я выбросила руку вперед и одним ловким движением выдернула пистолет из-за ремня Феба. Щелчок, курок взведен, пистолет направлен на Макса. Ради этого пришлось выйти из-под защиты атланта.

Взгляды

мигом переметнулись ко мне. И все как один были неприязненными. Феб и тот смотрел с осуждением. Ох, и влетит мне от него, если мы выберемся из этой заварушки.

— Ни с места! — сказала я всем сразу. — Или я выстрелю.

— Убьешь меня, белобрысая? — удивился Макс.

Громилы тоже достали оружие и теперь метились в меня, но Макс понимал, что я успею застрелить его перед смертью.

— Если придется, — пожала я плечами.

— Давай договоримся. Ты стреляешь в атланта, а я прощаю тебе долг.

Пистолет в моей руке дрогнул.

— Смотри, — добавил Макс, — я дважды выгодные предложения не делаю.

Это правда. Макс не повторяется. Но я скорее сдохну, чем переметнусь на его сторону. Тут дело даже не в атланте. Поэтому я качнула головой, отметая предложение.

— Похоже, у нас патовая ситуация, — усмехнулся Феб.

— Похоже, что так, — нехотя согласился Макс. — К сожалению, мои люди не оправдали доверия.

А потом он снова меня удивил. Все знают, что Макс азартен. Вечера он обычно проводит за карточным столом. В этом они с атлантом схожи. Феб, как выяснилось, тоже любит риск. Видимо, Макс почувствовал в нем родственную душу, и это сыграло свою роль.

— Ты пришел один, — сказал Макс. — По какой-то причине ты не хочешь вовлекать своих соплеменников. Значит, это только между нами. Предлагаю сыграть. Ставки: с моей стороны — перстень, с твоей — девка. Победитель забирает все.

— О какой игре речь? — нахмурился Феб.

— О картах, само собой. Людям нравится играть в карты. Рискнешь, атлант?

Я повернулась к Фебу. Только не соглашайся! Макс отличный игрок. Это всем известно. А вот мой спутник едва ли держал колоду в руках. За те две недели, что я следила за ним, ни разу не видела его за игорным столом.

— Договорились, — кивнул атлант. — Когда играем?

— Я дам тебе фору, — великодушно заявил Макс. — Играть интереснее с сильным противником. Подучи правила и возвращайся через три дня, — сказал он, а потом махнул своим людям: — Отпустите их. Пусть идут. Пока что.

Я плохо помню, как мы выбрались на улицу. Внутри все дрожало от напряжения и зашкаливающего адреналина. Феб забрал у меня пистолет и сам контролировал наше отступление.

Но о чем он думал, соглашаясь на игру? Он же проиграет — к гадалке не ходи. Да еще меня на кон поставил! Не спросив моего мнения, между прочим. Как будто я вещь.

Я бурлила как закипевшая вода под крышкой в кастрюле. Того и гляди, гнев выплеснется за

края. Все-таки хорошо, что у меня нет оружия, не то бы точно кого-нибудь подстрелила. Проклятый атлант фактически преподнес меня Максу на блюдечке! Надеюсь, у Феба есть план, как победить в игре, которую он не знает. Это должен быть чертовски хороший план или мы оба потеряем все.

24. Он

Феб дал по газам еще до того, как Злата закрыла пассажирскую дверь. Та захлопнулась сама, по инерции. Вскоре они уже неслись по улицам, прочь от бара.

— Почему ты не вырубил Макса и его громил? — спросила девушка сердито. — Ты же мог. Я знаю.

— Где бы я потом искал флешку? Вряд ли Макс носит ее при себе. Скорее, спрятал в надежном месте.

— Ты хоть в карты умеешь играть? — поинтересовалась она. — Хотя бы в дурака.

— Даже мастей не знаю, — признался он. — Слышал, что их, кажется, четыре.

Она посмотрела на него как на сумасшедшего, а потом, запрокинув голову, расхохоталась. Это был звонкий, задорный смех, и Феб улыбнулся, чувствуя, как ее веселье передается ему по воздуху точно вирус.

Вдруг Злата резко оборвала смех и заявила серьезным тоном:

— Ты проиграешь. Флешку и меня.

— Нет, — качнул он головой. — Если ты научишь меня играть. У нас целых три дня.

— За три дня из тебя не сделать великого игрока. Хотя, — она задумчиво нахмурилась, — в блефе атлантам нет равных. У вас же эмоциональный диапазон как у камня.

Почему-то ее слова задели. В последние два дня Феб испытал столько эмоций, их оттенков и граней, что начал сомневаться, что он теламон. А Злата обозвала его бесчувственным.

Неужели она ничего не замечает? Не видит, как он смотрит на нее. Почти постоянно. Буквально не сводит глаз. Как любуется каждым движением, как ловит каждое слово. Даже сейчас, за рулем, он то и дело поглядывал в ее сторону. Не мог надолго выпустить из поля зрения. Его словно что-то притягивало к девушке. И с некоторых пор ему это даже нравилось.

— Не опасно оставлять перстень у Макса? — спросила девушка. — Он может догадаться, что это флешка.

— И пускай, — отмахнулся Феб. — На флешке стоит пароль, плюс информация закодирована. Месяца не хватит, чтобы все расшифровать, не то что трех дней.

— Почему у меня ощущение, что для тебя это развлечение? — нахмурилась она.

Феб не ответил. Не признаваться же, что он рад отсрочке. Ведь пока флешка не вернулась, Злата рядом. Неизвестно, когда девушка стала ему важнее, но отрицать очевидное глупо: он готов вовсе отказаться от флешки, если Злата останется с ним навсегда.

— У тебя кровь, — сменила она тему. — На руках и лице.

— Ерунда, просто губа треснула и сбил костяшки, — царапины почти не беспокоили. Он был рад выпавшей возможности размяться.