Завет Сургана
Шрифт:
Глава ОСС усмехнулся:
– В кандидатах недостатка не испытываю. Может, это я. Может – ты. Или сам Вершитель. Младший швейцар. Или любой на каждой ступеньке лестницы, что ведет от швейцара к главе государства. Устраивает тебя такой набор?
– Нимало.
– Вот и меня тоже. И поэтому задачу надо решать с другого конца.
– Посмотрев ответ в задачнике?
– Если угодно. Обозначим искомого человека как "маску". Чем должна обладать маска?
– Ну, определенными чертами характера, способностями…
– Тебе
– Я что, не прав?
– Прежде всего он должен обладать двумя свойствами: способом получать нужную информацию – первое, и передавать заказчику скрытно от нас – второе. Без этого ни мне, ни тебе и никому другому не удавалось бы выполнять такую задачу.
– Логично. Но разве это так сложно?
– Вот и давай – попробуем разобраться.
– Начинай. Тебе и карты в руки. Верком Гумо кивнул серьезно:
– Начал я не сегодня.
– И с чего же?
– Как и всегда, с источника информации. С места ее возникновения. Она ведь не природного характера, на нее нельзя просто наткнуться, прогуливаясь где-нибудь в саду.
– Бесспорно.
– Поэтому вопрос первый: где возникает та информация, которая затем передается противнику?
– Вряд ли можно назвать единое место. Принципиальные решения принимаются, естественно, на Высоком Совещании. Конкретные операции разрабатываются сундуком. Да не заставляй меня повторять то, что тебе известно не хуже моего.
– Значит, первый круг подозреваемых – люди, имеющие непосредственный доступ к сундуку.
– Но они все просвечены вами со всех мыслимых ракурсов, разве не так?
– Ну, конечно, конечно. Однако тем не менее они – хотя бы просто по логике – в разных степенях подозрения. Четверо – на высшей ступени, и остальные восемь-на ступень ниже.
– Четверо – это те, кто работает непосредственно с программами, как я понимаю.
– Да. Профессор Мало и его ассистенты – трое сменных операторов. Те, кто питает сундук информацией, постоянно поддерживают диалог с ГПК и первыми знакомятся с результатами его работы.
– Так,так.
– Здесь не возникает вопроса, откуда они получают информацию: они делают это совершенно законно. Потому что решения Высшего Совещания попадают к ним как основа для программирования заданий сундуку, а ответы самого сундука попадают к ним, поскольку они там для того и находятся, чтобы получать эти тексты. То есть они становятся обладателями информации на в высшей степени легальном основании.
– Совершенно верно.
– Это первый этап распространения информации.
– Ну, остальные я знаю: второй этап – это поступление информации лично к тебе…
– Именно так. Информация поступает сперва к Главе Секретной Службы, к столь нелюбимому тобою Гумо, ко мне. У меня имеется подписанная Вершителем инструкция: кому
– Тебе, мне… кому еще?
– Смотря что. Ты получаешь не всю информацию, но лишь ту, которая имеет какое-то отношение к военным вопросам. Я – практически всю, потому что Секретная Служба занимается не только военными делами: экономика, экология, наука – это все области нашего внимания.
– Я мог бы обидеться, однако не стану.
– Итак, кто еще получает информацию не только от нас, но и по другим каналам – внутри отдельных ведомств? Ну, естественно, главы ведомств – но только ту ее часть, которая касается профиля каждого из них. Не более. То есть военную информацию, скажем, получаю я и – в какой-то степени – вооруженны и транспортники. Им ведь следует знать, на производстве чего именно надо сосредоточиться в ближайшее время и на каких направлениях ожидаются усиленные перевозки. А кроме них, еще, допустим, медики: если ожидается, скажем, усиление боевой активности, им следует быть готовыми к этому; и фармакологи: понадобится большее количество лекарств…
– Значит, хороший аналитик может и на основании такой информации сделать какие-то выводы?
– В определенных пределах. Не очень широких.
– Хорошо. Дальше?
– Дальше – кроме глав ведомств, информацию получают свободные члены Высокого Совещания, но только связанную с теми вопросами, которые предполагается обсуждать на ближайших заседаниях, на одном-двух.
– И, если я верно понимаю, каждый из них может стать центром утечки, поскольку у каждого есть жены, дети, прислуга, шоферы, телохранители и прочие более или менее приближенные люди.
– Ты забыл упомянуть любовниц. Из деликатности? Разведчик только усмехнулся:
– Я забыл в расчете, что ты сам назовешь их.
– А кроме того, у каждого из этих вторичных центров информации имеется достаточно мощный аппарат.
– Получается, что счет пойдет на сотни человек?
– Сказывается твоя скупость. У меня их уже – несколько тысяч.
– Знаешь, если я когда-нибудь тебе и завидовал, то больше не стану, честное слово.
– Завидовать нечему, поверь. Но мы все-таки очертили этот круг с вероятностью на девяносто процентов, может, даже чуть больше.
– Наверное, спать не приходилось?
– Не сыпь соли на раны. Мы спим теперь только во сне, если угодно.
– Хорошо сказано. Ладно, круг подозреваемых вы очертили. А потом?
– Потом взялись за второй вопрос. Информацию мало получить – ее ведь нужно еще и передать, не так ли?
– Ну, это уж и вовсе… я бы сказал, неопределимо.
– Думаешь?
– Я полагаю, что для твоих людей не очень сложно обнаружить канал передачи, если бы он был прямым: обладатель информации – конечный адресат.