Завет Холкрофта
Шрифт:
— Да-да, я это уже понял, — прервал его Графф. — Ты хорошо поработал. Что там этот англичанин? Он у тебя?
— Он следил за американцем. Он не отставал от него ни на шаг. Он все еще в магазине. И по-моему, хочет, чтобы я ему все рассказал. Мне рассказать?
— Нет, — ответил Графф. — Мы вполне можем обойтись без его вмешательства. Скажи ему, что мы беспокоимся о том, как бы его не опознали, и предлагаем ему оставаться пока в тени. Скажи, что я не одобряю его методы. Можешь добавить, что это я тебе лично передал.
— Благодарю вас, герр Графф! С превеликим удовольствием.
— Не
Графф отдал трубку своему помощнику.
— Тинаму не может допустить, чтобы это опять повторилось, — сказал он. — А все начинается сначала.
— Что, мой господин?
— Опять все сначала, — повторил старик. — Вмешательство, негласная слежка, слежка друг за другом. Когда власть перестает быть единоличной, все становятся подозрительными.
— Я что-то не понимаю.
— Разумеется, не понимаешь. Тебя же там не было. — Графф откинулся на спинку кресла. — Пошли еще одну телеграмму Тинаму. Сообщи ему наше требование: пусть он немедленно отзовет своего волка обратно на Средиземноморье. Он слишком рискует. Мы возражаем и не можем нести ответственность в таких обстоятельствах.
Ноэлю пришлось сделать множество телефонных звонков и прождать сутки, прежде чем ему сообщили, что Графф готов с ним встретиться, — это произошло в начале третьего на следующий день. Холкрофт взял в отеле автомобиль напрокат и отправился за город. Он часто останавливался и изучал туристическую карту, которую ему дали в прокатном агентстве. Наконец нашел нужный ему адрес и въехал через железные ворота на аллею, которая вела к дому на вершине холма.
Аллея завершилась большой бетонированной автостоянкой, окаймленной зеленым кустарником, заросли которого прорезала тропинка из ракушечника, вьющаяся между фруктовыми деревьями.
Продавец книжного магазина был прав: имение Граффа производило грандиозное впечатление. Отсюда открывался величественный вид: на равнины вблизи и горы вдали, а еще дальше на востоке виднелась подернутая дымкой голубая гладь Атлантики. Дом был трехэтажный. С обеих сторон от центрального входа высились массивные балконы. Сам же вход представлял собой тяжелую двустворчатую дверь полированного красного дерева с железными треугольными краями в каждом углу.
Внешне дом и в самом деле был выдержан в альпийском стиле: казалось, что архитектор использовал фрагменты нескольких швейцарских шале и соединил их в этом здании, помещенном среди гор в тропиках.
Ноэль припарковал машину справа от мраморных ступеней. На стоянке было еще два автомобиля — белый «мерседес» и обтекаемой формы красный «мазерати». Семейство Графф владело отличными транспортными средствами. Холкрофт подхватил свой атташе-кейс и фотоаппарат и стал подниматься по мраморным ступенькам.
— Мне лестно узнать, что наши скромные архитектурные ухищрения вызывают чей-то интерес, — сказал Графф. — Вполне естественно, что переселенцы стараются воссоздать на чужбине некое подобие родины. Мои предки родом из Шварцвальда... Воспоминания не умирают.
— Я очень благодарен вам, сэр, что вы приняли меня, — сказал Холкрофт и положил пять сделанных им только что набросков в атташе-кейс. — Я говорю, разумеется, от имени своего клиента.
— Вы
— Я отснял целую пленку и сделал пять набросков, на большее я и надеяться не мог. Между прочим, джентльмен, который показывал мне ваше имение, может засвидетельствовать, что я фотографировал лишь детали внешней отделки.
— Что-то я вас не совсем понимаю.
— Мне бы не хотелось дать вам повод думать, что я нарушил неприкосновенность вашего жилища. Морис Графф коротко рассмеялся.
— Моя резиденция надежно охраняется, мистер Холкрофт. К тому же мне и в голову не приходило, что вы здесь находитесь для того, чтобы что-то украсть. Садитесь, пожалуйста.
— Благодарю вас. — Ноэль сел напротив старика. — В наши дни люди становятся подозрительными.
— Ну, не буду от вас скрывать, что я звонил в отель «Порто алегре» и проверял, зарегистрированы ли вы там. Зарегистрированы. Вас зовут Холкрофт, вы из Нью-Йорка, вам забронировало номер турагентство, имеющее солидную репутацию. Там вас, несомненно, хорошо знают, и вы пользуетесь непросроченными кредитными карточками. Вы въехали в Бразилию с подлинным паспортом. Больше мне ничего и не требовалось знать. В наше время очень трудно выдавать себя не за того, кем вы на самом деле являетесь, не так ли?
— Верно, — согласился Ноэль и подумал, что пора изложить подлинную причину своего визита. Он уже собрался раскрыть рот, но Графф продолжил, словно торопился заполнить возникшую паузу:
— Вы надолго в Рио?
— Пробуду еще несколько дней. Я записал имя вашего архитектора и непременно проконсультируюсь с ним, если у него найдется для меня свободное время.
— Я попрошу своего секретаря ему позвонить, и он примет вас незамедлительно. Я понятия не имею, как в подобных случаях решается финансовая сторона дела — да и надо ли это вообще, — но уверен, что он даст вам копии чертежей, если они могут пригодиться.
Ноэль улыбнулся: в его душе проснулся профессионал.
— Это дело чести, мистер Графф. Мой визит к нему будет наилучшим знаком внимания. Я смогу поинтересоваться у него, где можно приобрести те или иные материалы, как он решал проблемы усадки и тому подобное! Я не стану спрашивать у него о чертежах, так как понимаю, что он весьма неохотно согласился бы мне их отдать.
— Никаких «неохотно»! — отрезал Графф, в чьем решительном тоне послышался отзвук его военного прошлого.
«Провалиться мне на этом месте, если он не носил генеральские погоны или не был какой-нибудь важной шишкой в верховном главнокомандовании...»
— Не стоит беспокоиться, сэр. Я и так получил все, что хотел.
— Ясно. — Графф обмяк в кресле. Он выглядел утомленным старцем, с нетерпением ожидающим завершения долгого дня. Впрочем, его глаза не были усталыми, в них таилась непонятная тревога. — Вам хватит часа на переговоры с ним?
— Конечно!
— Я договорюсь.
— Вы очень любезны.
— И тогда вы можете возвращаться в Нью-Йорк.
— Да. — Ну, теперь пора упомянуть имя фон Тибольтов. — Впрочем, у меня есть еще одно дело в Рио. Это не очень важно, но я пообещал попытаться. Не знаю пока, с чегоначать. Может быть, с полиции.