Завещатель

Лонс Александр

— Да нет вроде… Вот недавний приступ, тот, что меня так напугал. Ничего такого. Разве что — сосед за стенкой умер от инфаркта. Но — я об этом только потом узнал, из разговоров соседей.

— Может, была магнитная буря или атмосферное давление резко падало, вот и вам стало плохо, и соседу вашему… Вы — метеочувствительны?

— Может быть, не знаю. Никогда не думал об этом.

— Раздевайтесь до пояса, я вас послушаю.

Врач послушал мне сердце, прикладывая к разным местам груди холодный стетоскоп, потом смерил давление,

пожал плечами и предложил сделать кардиограмму. Те, кто хоть раз проходил эту пробу, прекрасно знают детали. Меня проверяли три раза — лежа, стоя и после приседаний. Потом врач чего-то длительно записывал в заведенную тут же историю болезни.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Сейчас мы с вами пройдем в другой кабинет, и там мы вам сделаем ЭЭГ — электроэнцефалограмму.

В другом кабинете меня посадили в кресло, нацепили на голову резиновые ремни с отходящими от них проводами, включили какую-то аппаратуру, а к самой роже придвинули небольшую лампочку. Я уже не помню конкретную последовательности действий, но меня просили то открыть глаза, то закрыть их, то лампочка мигала, то еще чего-то… Короче — эта ЭЭГ ничего особенно интересного для врача не показала, только выявила некие незначительные изменения. Как я узнал позднее, такие «изменения» присутствуют чуть ли не у каждого человека.

— Хорошо, — с довольным видом повторил невропатолог, — давайте теперь поговорим. Вы — женаты?

— Ну, в общем, да, — коротко подтвердил я вопрос доктора.

— Понятно. И давно вы так — «в общем, да»?

— Сейчас… — подумав пару секунд, я назвал точное время нашего постоянного партнерства с Анжелой, — Да. Так и есть.

— Так. А когда вы начали половую жизнь?

— Я? Лет в семнадцать…

— Оральным сексом занимались?

— Да.

«И чего он к сексу так прицепился? — раздраженно подумал я, — ведь ничего такого особенного он от меня все равно услышать не сможет».

— А что, это вредно? — спросил я вслух.

— Не рекомендуется, — скупо пояснил врач. — Вы знаете что такое — девиации?

— Знаю, как же сегодня без таких сведений.

— Герпес у вас был?

— Где? — не понял я.

— На губах, а что, был еще где-то?

— Нет, только на губах.

— Так, а у вашей… э-э-э… жены?

— Тоже, — буркнул я.

— Ну, да, если у одного, то и у партнерши всегда бывает… Теперь скажите, а как часто вы практикуете… э-э-э… половые контакты?

— Не так чтобы часто. Через день обычно. На работе устаю. Ну, а когда в отпуске или в выходные, то почаще конечно…

— Так. Понятно. Сон как?

— Нормально. Но иногда я просыпаюсь среди ночи и часами не могу заснуть. Временами мне снятся кошмары.

— Кошмары какого свойства? — не отставал врач.

— Не понял? — переспросил я.

— Есть в них что-либо общее? Повторения, или продолжения? Что-то, что показалось вам необычным?

— Да как вам сказать… Вы ужастики смотрите?

— Фильмы ужасов? Нет, не люблю.

А вы много смотрите телевизор?

— Я тоже не люблю. И телек почти не смотрю, только новости, и один — два фильма в неделю. Но если бы вы смотрели ужастики, то бы поняли, что я вижу во сне.

— А кем вы работаете?

— Я сисадмин, — обрадовался я, когда разговор перешел на более приятную для меня тему. Не люблю я обсуждать с посторонними тонкости и подробности моей личной жизни. — А по совместительству криейтер.

— А это — что? Сисамин — это что-то с компьютерами? Перед дисплеем сидите? Компьютерными играми не злоупотребляете?

— Не играю вообще, мне Интернета хватает. Я — системный администратор. Контролирую работу компьютерной сети, работу сервера, веб-сайта, устраняю неполадки, связь с Интернетом тоже на мне. Хостинг, контакты с провайдером…

— А криейтер — это кто? — перебил меня врач, — что-то раньше о таких и слышно-то не было.

— Были наверно и раньше, только их так не называли. Я придумываю всякие подписи, заголовки, пишу рассказики для рекламы, генерирую идеи…

— Никаких препаратов не употребляете?

— Только комплевит весной. Не пью и не курю. Только черный кофе по утрам.

— Раздевайтесь до трусов, я проверю ваши рефлексы.

Я снял свитер и джинсы, оставшись в трусах и носках.

— Носки — тоже снимайте. Теперь встаньте на коврик, руки вытяните перед собой, закройте глаза и поставьте ступни в одну линию. Нет, сначала глаза закройте, уж потом поставьте ноги… Да, нет, не так, а носок к пятке другой ноги. Вы что, в балетной школе учились?

— Нет, куда уж мне. Просто суставы тренировал. Я и позе лотоса могу сидеть, и ногой за ухом почесать…

— Ну, это не потребуется. Садитесь… ногу на ногу… так, — врач стукнул пару раз по поему колену своим резиновым молоточком, — теперь ложитесь на кушетку… — последовали еще всякие щелкания, постукивания и нажатия на ступни, — так. Да, чего-то рефлексы у вас — не очень! Хорошо, можете одеваться.

Пока я одевался, а врач мыл руки, он спросил:

— Скажите, как вы сами как думаете, вы — нервный человек?

— Да, — коротко подтвердил я.

— А вы умеете расслабляться? Релаксировать? Снимать стресс?

— Умею. Помню, у меня на парте в институте была нарисована «кнопка сна», ее нужно было прижимать лбом и расслабляться — лежать так до конца лекции.

— Понятно. Тогда вот что сделаем. Я вам пропишу лекарства… Вот это — принимать по полтаблетки перед сном через день. Успокаивающее. Да и спать лучше станете. И еще — пикамилон, два раза в сутки, по две таблетки. Это — мозговой витамин. Вот сегодня уже и начните. У нас внизу аптечный киоск, там все это есть. Но главное — вам надо сделать ЯМР-томографию головы. Я вас направлю в Кардиоцентр, там у них отличный томографический комплекс. Вы же в Москве прописаны? Хорошо. Тогда у вас есть московская медицинская страховка.