Затон
Шрифт:
Ой, что это такое? – кокетливо спросила Ольга.
Эдя повернул голову вправо. Вадя, усиленно пыхтя и борясь одновременно с Ольгиными волосами, креслом и собственными неуклюжими пальцами, пытался застегнуть у нее на шее колье. Наконец, ему это удалось, и он шумно выдохнул:
Уф-ф.
Эдя включил свет в салоне и опустил перед Ольгой солнцезащитный щиток, на обратной стороне которого имелось зеркальце.
Боже! Какая прелесть! – с восхищением воскликнула Ольга. – Как это понимать?
Это еще один подарок от фирмы, – дрожащим от возбуждения и радости голосом пояснил Вадя.
«Эк его зацепило…
Спасибо! – очень мило поблагодарила Ольга и чмокнула сначала Эдю, потом, изогнувшись назад – Вадю.
«Колье, конечно, не бог весть какое, – Эдя ничего не смыслил в бриллиантах и прочих драгоценностях, он просто знал, что у Вади не может быть сейчас крупной суммы, – тысячи три потратил, не больше. Но, однако! Надеюсь, он не думает, что я позволю ему повесить эти расходы на фирму».
Казино, в которое притащил их Вадька, оглушило Эдю шумом, светом и лезущим из всех углов, бьющим по глазам богатством. Теперь-то он понял, почему к женщинам здесь предъявляется такое требование – обязательно быть в вечернем платье. Это даже не требование, это коллективное, можно сказать, пожелание клиентов заведения. Чтобы шантрапа всякая сюда ненароком не залетала.
Обнаженные женские шеи и плечи, сумасшедший блеск драгоценных камней… На этом фоне колье, подаренное Вадькой, выглядело дешевой финтифлюшкой. «Мама дорогая! – мысленно воскликнул Эдя. – Сколько же здесь денег!»
Вадя разделил на троих жетоны, поставив их стопкой перед каждым. Эде, никогда прежде не игравшему в рулетку, хватило пары ставок, чтобы полностью потерять интерес к игре. Он пододвинул оставшиеся жетоны Ольге и, сделав пару шагов от стола, с тоской принялся наблюдать за происходящим. Минут через пять к нему присоединилась и Ольга.
Честно говоря, не вижу никакой радости в том, чтобы выбрасывать деньги на ветер, – пояснила она.
А как же азарт, возможность выигрыша? – поинтересовался Эдя.
Я человек приземленный, предпочитаю синицу в руках.
Эдя согласно кивнул.
Поначалу Вадьке везло. Он раскраснелся, глаза у него горели, как у сумасшедшего. Он ослабил галстук, расстегнул верхние пуговицы рубахи и, вообще, выглядел каким-то взъерошенным и растрепанным, как будто только что пробежал стайерскую дистанцию.
Эдуард Яковлевич… Эдя… – поправилась Ольга. Они стояли рядом бок-о-бок, и Эде пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ей в глаза. На каблуках она была выше него на полголовы. – Вы человек деловой, опытный и, как я вижу, здравомыслящий. Мы знакомы всего несколько часов, но я в людях редко ошибаюсь. Мне чрезвычайно импонирует и ваша манера вести бизнес и ваша жизненная позиция. Я хочу попросить у вас совета. Как мне быть с деньгами? Ну, с теми ста двадцатью пятью тысячами? А ведь будет еще столько же… – Подтверждая это, Эдя охотно кивнул. – Банк платит такие смехотворно низкие проценты… Знаете, я не хотела бы, чтобы муж знал о моих личных средствах. Может быть, вы подскажете, во что их инвестировать? – Ольга многообещающе улыбнулась улыбкой, затмившей блеск бриллиантов. От этой улыбки у Эди по спине побежали мурашки. – В какие-нибудь ценные бумаги?
От предчувствия того, что деньги, возможно, отдавать не придется, у Эди в животе потеплело, как будто он залпом проглотил литр раскаленного глинтвейна. «Какая мудрая женщина, вот это я понимаю… – Эдя почувствовал легкую досаду оттого, что Ольга несвободна. – Ну почему, как встретишь классную девчонку, так она обязательно замужем?..»
Ты. Говори мне «ты». Мы же с тобой пили на брудершафт. Забыла?
Хорошо, хорошо. Обещаюсь исправиться. – Ольга взяла Эдю под руку и, тесно прижавшись к нему, как большая кошка, потерлась щекой о его ухо.
Э-э… По поводу инвестиций… – Эдя едва не потерял дар речи от столь неожиданной и возбуждающей фамильярности. – Э-э… Есть у меня один чрезвычайно интересный и выгодный вариант. Но… Здесь малоподходящее место для обсуждения…
Замечательно, – обрадовалась Ольга. – Я приехала в Москву не на один день. Завтра и обсудим. Хорошо?
Удача отвернулась от Вади. Сначала он спустил весь свой немалый выигрыш, а потом и жетоны, с которыми начинал игру. Он было собрался идти поменять еще жетонов, но Ольга с Эдей, о существовании которых он уже успел подзабыть, крепко схватили его с двух сторон и потащили на выход.
Эй, эй… – пытался сопротивляться Вадя. – Мы же только пришли… Кроме рулетки еще нигде не были… Ну, пустите сыграть еще разочек. Всего один только раз…
Но они были неумолимы и разжали руки только на улице, возле Эдиной машины.
Мы же собирались потанцевать. Забыл? – с укоризной в голосе напомнил Эдя.
А… Да. – Вадя как будто вынырнул из глубокого забытья. – Давай, Эдвард, двигай на Якиманку. Там прикольный дансинг.
Рейв и техно спрессовывали толпу, заставляя ее биться в сладких конвульсиях. Вадя с Ольгой отрывались на всю катушку, изредка подбегая к бару, чтобы проглотить очередной коктейль. А Эдя сидел у стойки, потягивая минералку. Не то, чтобы он уж совсем не любил танцевать, просто был сегодня для этого слишком трезв. Абсолютно трезв. Ольга, правда, пару раз вытащила его на танцпол, но дрыгаться сегодня было не в кайф.
Эдя поднес часы поближе к глазам. Половина пятого. «А ведь придется еще и на дачу ехать. Неплохо было бы перед этим поспать пару часов», – подумал он.
Э-эй, проснись! – Пьяно заржав, Вадя пихнул его в бок. – Бедненький… На, глотни разочек. – Неверным движением он поднес стакан с выпивкой к губам Эди.
Пошел к черту, – оттолкнул его Эдя.
Нисколько не обидевшись, Вадя сполз с табурета и неуверенной поступью направился к Ольге. Она почему-то устроилась на противоположном конце подковообразной стойки и кокетливо улыбалась оттуда Эде. «Э-э, да ребятки уже совсем хороши, – сообразил он. – По-моему, пора их по домам развозить».
Вадя сел рядом с Ольгой и, опорожнив стакан, поставил его на стойку. В полутьме бара видно их было не очень хорошо, но то, что Эде удалось разглядеть, очень ему не понравилось.
Эдя спрыгнул на пол и энергично зашагал к противоположному концу стойки. Вадя поднес тыльную сторону своей широкой ладони к изящному носику Ольги и заплетающимся языком командовал:
Н-ну, энергичнее… Вторую ноздрю закрой пальцем. Н-ну же, тяни…
Эдя резко рванул его за плечо, развернув к себе лицом.