Заступник
Шрифт:
Новая жизнь. Мысли о ней тревожили девушку и одновременно волновали ее. Лиша прочитала все книги из библиотеки Бруны, однако у Жизели их во много раз больше. Кроме того, Травницы в Анджире также могут поделиться с ней своими книгами.
По мере того как приближалось время отъезда, Лиша начала нервничать. Где же отец? Неужели он не придет проводить ее?
— Пора, — заметила Бруна.
Лиша подняла взгляд и поняла, что плачет.
— Надо прощаться, — сказала Бруна. — Может быть, другого случая нам больше не представится.
— Бруна,
— Не валяй дурака, девочка, — сказала знахарка. — Ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь. Я уже давно зажилась на этом свете.
— Бруна, мне не надо уезжать…
— Вздор! — замахала руками старуха. — Ты научилась всему, что я могла тебе дать, девочка, так пусть же мои последние годы станут подарком тебе. Поезжай, — подтолкнула она ее, — учись чему сможешь.
Она раскрыла объятия, и Лиша упала в них.
— Обещай мне, что будешь ухаживать за моими детьми после моей смерти. Они порой бывают глупы и своенравны, но по сути это добрые люди.
— Хорошо, — пообещала Лиша. — Ты будешь мною гордиться.
— Иначе ты и не могла бы поступить, — пробормотала старуха.
Лиша рыдала, уткнувшись в грубую шаль Бруны.
— Мне страшно, Бруна, — говорила она.
— Только круглая дура не боялась бы на твоем месте, — утешала ее знахарка, — но я сама немало поездила по свету и знаю, что ты нигде не пропадешь.
Вскоре Марик подвел лошадь к избушке. В руке у него новое копье, а к передней луке седла приторочен защищенный оберегами щит. Если раны и беспокоили его, то он не показывал виду.
— Здравствуй, Лиша! — приветствовал он девушку. — Готова к приключениям?
«Приключения». Это слово вмиг разогнало страх и грусть, вызвав прилив радостного волнения.
Марик взял сумки Лиши, закинул их на своего поджарого рысака. Лиша в последний раз повернулась к Бруне.
— Я слишком стара для прощаний, которые длятся полдня, — заметила старуха. — Береги себя, девочка.
Старуха вложила кошель ей в руки, и Лиша услышала звон милнийских монет, которые в Анджире стоят целое состояние. Прежде чем Лиша смогла возразить, Бруна повернулась и ушла в дом.
Девушка быстро положила кошель в карман. Вид металлических монет на таком большом расстоянии от Милна может ввести в искушение любого человека, даже Вестника. Они шли вдоль тропы, ведущей к деревне. Лиша позвала отца, когда они проходили мимо его дома, однако ответа не последовало. Элона заметила их и сразу же вошла в дом, захлопнув за собой дверь.
Лиша опустила голову. Девушка рассчитывала повидаться с отцом. Она думала обо всех поселянах, с которыми не смогла по-человечески попрощаться. Письма, оставленные ею у Бруны, вряд ли могли заменить живое общение.
Однако в центре деревни Лишу ждал сюрприз. Там ее поджидал отец, а за ним вдоль дороги выстроились все обитатели Ложбины. Они по одному подходили к девушке. Одни целовали ее,
— Помни нас и возвращайся, — обратился к ней Эрни.
Лиша крепко обняла его, закрыв глаза, дабы преградить поток слез.
— Жители Ложбины любят тебя, — заметил Марик, когда они ехали лесом.
Деревня осталась далеко позади, а дневные тени становились все длиннее. Лиша сидела перед ним на широком седле рысака, который без труда нес всадников и багаж.
— Временами я и сама в это верю, — призналась Лиша.
— Почему бы тебе не верить? — спросил Марик. — Ты красавица, подобная утренней заре, и притом лечишь все болезни. Люди должны просто обожать тебя.
Лиша рассмеялась.
— Красавица, подобная утренней заре? — спросила она. — Найди беднягу Жонглера, у которого ты украл эту фразу, и скажи ему, чтобы он больше никогда не произносил ее.
Марик засмеялся и крепче обхватил девушку руками.
— Знаешь, — прошептал он ей прямо в ухо, — мы еще не обсудили размер моей платы за сопровождение тебя.
— Деньги у меня есть, — сказала Лиша.
— Да и у меня их хватает, — улыбнулся Марик. — Деньги меня не интересуют.
— Тогда о какой цене ты говоришь, господин Марик? — осведомилась Лиша. — Или опять хочешь выторговать поцелуй?
Марик захихикал, его волчьи глаза заблестели.
— Поцелуй — цена за доставку письма. А доставка в Анджир такой девушки, как ты, стоит гораздо… больше. — Он пошевелил бедрами за ее спиной, дабы пояснить значение своих слов.
— Ты всегда опережаешь события, — проговорила Лиша. — Тебе повезет, если ты получишь один поцелуй.
— Что ж, посмотрим.
Вскоре они расположились на ночь. Лиша варила ужин, а Марик расставлял обереги. Приготовив тушеное мясо, девушка покрошила в него особую траву, прежде чем передать миску Марику.
— Ешь быстро, — велел ей Марик, принимая блюдо и тотчас отправляя в рот полную ложку. — Надо укрыться в палатке до появления корелингов. Вид их вблизи может испугать тебя.
Лиша посмотрела на палатку, которую разбил Марик. Она могла едва-едва вместить одного человека.
— Маленькая, — подмигнул он ей, — зато мы согреем друг друга в ночной прохладе.
— Сейчас лето, — напомнила ему Лиша.
— Так ведь от твоих речей веет холодным ветром, — захихикал Марик. — Надо найти способ как-то растопить тебя. Кроме того, — он махнул рукой за магический круг, где уже поднимались и начинали формироваться туманные образы корелингов, — не похоже, что ты будешь сопротивляться.
Вестник сильнее ее, и она не сможет бороться с ним. Под дикие вопли корелингов Лиша терпела его поцелуи и всякие нежности. Когда же мужская сила подвела Марика, девушка стала утешать его и предложила лекарство из трав и корней, от которых бедняге стало только хуже.