Заступник
Шрифт:
Арлен рассмеялся.
— Моя мама любила его. Она желала, чтобы демоны огня приходили под окна жаркими летними ночами и охлаждали дом своим дыханием.
— Поразительно, — восхищался Коб, качая головой. — Перепиши этот знак несколько раз. Он обогатит тебя.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Арлен.
— Люди заплатят большие деньги за копию такого оберега, — объяснил Коб. — Хотя, возможно, нам и не стоит его продавать Тогда мы станем самыми востребованными Караульными в городе.
Арлен нахмурился.
— Неправильно держать их втайне, — заявил он. — Мой папа
— У каждого Караульного свои секреты, Арлен, — стоял на своем Коб. — Так мы зарабатываем на жизнь.
— Мы зарабатываем, нанося обереги на столбы и рисуя их на дверных косяках, — не согласился с мастером Арлен, — а не скрывая тайны, которые могут спасти жизни людям. Следует ли нам отказать в спасении тем, кто слишком беден и не может заплатить?
— Конечно, нет, — сказал Коб, — только речь не об этом.
— А о чем же? В Тиббетовом Ручье нет Караульных. Мы сами рисуем обереги на наших домах, и те, кто делает это лучше других, помогают неумелым, не прося ничего взамен. С какой стати? Мы ведь не боремся друг против друга, а сражаемся с демонами!
— Форт-Милн — не Тиббетов Ручей, мальчик, — сердито глянул на него мастер. — Здесь все стоит денег. Если у тебя нет средств к существованию, ты становишься Нищим. Я владею мастерством, как любой пекарь или каменщик. Почему я не должен брать плату за свою работу?
Некоторое время Арлен сидел молча.
— Коб, почему ты не богатый человек? — спросил он наконец.
— Что?
— Почему ты не такой богатый, как Реген? — пояснил мальчик. — Ты служил Вестником у герцога. Отчего же ты не живешь в богатом особняке со слугами, которые исполняют все твои прихоти? Зачем тебе вообще заниматься обучением?
Коб шумно выдохнул воздух.
— Деньги ненадежная вещь, Арлен. Порой у тебя их так много, что ты просто не знаешь, что с ними делать, а потом… ты вдруг оказываешься на улице с протянутой рукой.
Арлен подумал о нищих, которых видел в свой первый день пребывания в Милне. С тех пор он не раз встречал их. Они крали навоз, который жгли для обогрева, спали в охраняемых общественных ночлежках, просили подаяние.
— Что стало с твоими деньгами, Коб?
— Я встретил человека, который сказал, что может построить дорогу, — начал рассказ Коб. — Охраняемую оберегами дорогу, идущую отсюда к Анджиру.
Арлен подвинул свой табурет поближе к учителю.
— Дороги пытались прокладывать и раньше, — продолжал Коб, — к шахтам герцога в горах или к Гарденской Роще на юге. Расстояния небольшие, их можно покрыть за один день, однако строителю такой заказ может принести целое состояние. Проекты постоянно проваливались. Если в сети есть хоть маленькая дыра, корелинги в итоге найдут ее. А как только они проникают… — Он покачал головой. — Я предупреждал этого человека, однако он твердо стоял на своем. У него имелся план, который должен был сработать при наличии денег.
Коб посмотрел на Арлена.
— В любом городе чего-то не хватает, — продолжал мастер, — а что-то имеется в избытке. Милн богат металлом и камнем, но испытывает нехватку в лесе. В Анджире все наоборот. И там,
— Знаю, ты сочтешь меня дураком, — проговорил он, качая головой, — так как я повелся на что-то, отвергнутое герцогом и более низкими чинами, только идея застряла у меня в голове. Я постоянно думал: «А что, если у него получится? Почему бы не рискнуть?»
— Я не считаю тебя дураком, — заверил наставника Арлен.
— Вот поэтому я и не даю тебе денег, — усмехнулся Коб. — Ты их растратишь, как сделал я сам.
— Что же случилось с дорогой? — настаивал Арлен.
— На этого человека и его рабочих напали корелинги. Они всех убили, сожгли столбы с оберегами… все уничтожили. Я вложил в дорогу все свои сбережения. Даже распустив слуг, я не смог погасить долги. Пришлось продать особняк и купить маленькую мастерскую, в которой я с тех пор живу и работаю.
Какое-то время они сидели, представляя, какой могла быть та ужасная ночь. Перед глазами у обоих плясали корелинги среди огня и окровавленных жертв.
— Ты все еще считаешь, что тебе следовало рискнуть ради такой мечты? — спросил Арлен.
— По сей день верю в нее, — ответил Коб. — Даже когда спина начинает болеть от переноса столбов с оберегами и надоедает самому себе готовить пищу.
Арлен постучал пальцами по книге оберегов.
— Если бы Караульные поделились друг с другом знаниями, разве от этого не выиграло бы все население? Разве ради своей защиты город не может отдать часть прибыли?
Коб пристально посмотрел на мальчика, затем подошел и положил руку на его плечо.
— Ты прав, Арлен. Извини меня. Мы сделаем копии книг и продадим их другим Караульным.
Рот Арлена растянулся в улыбке.
— В чем дело? — подозрительно спросил Коб.
— Почему бы не продать все наши секреты?
Зазвенел колокольчик, и в мастерскую, широко улыбаясь, вошла Эллиса. Она кивнула Кобу и протянула большую корзину Арлену, целуя его в щеку. Мальчик смущенно нахмурился и вытер щеку, однако женщина не обратила на это никакого внимания.
— Я принесла вам, ребята, фрукты, хлеб и сыр, — говорила она, вынимая продукты. — Полагаю, вы тут питались кое-как после моего последнего посещения.
— Пища Вестников — сухое мясо и черствый хлеб, госпожа, — заметил с улыбкой Коб, не поднимая глаз от замкового камня, над которым трудился с резцом в руках.
— Ерунда, — упрекнула его Эллиса. — Ты в отставке, Коб, а Арлен еще не стал Вестником. Не пытайся оправдать свою лень и нежелание ходить на рынок. Арлен растет, и ему нужно хорошо питаться. — Говоря эти слова, она взъерошила волосы мальчика и улыбнулась, когда он попытался отстраниться. — Приходи сегодня вечером к нам на ужин, Арлен, — обратилась Эллиса к нему. — Реген уехал, и мне скучно одной в доме. Накормлю тебя чем-нибудь вкусным, а то ты совсем тут отощал. А ночевать можешь в своей комнате.