Заступник

Бретт Питер

— Там наверху расположены столбы с оберегами, которые образуют навес над городом, — ответил Реген.

Арлен понял, что мог бы догадаться об этом и без помощи Вестника. У него имелись и другие вопросы, однако он не стал задавать их, решив для начала попробовать самостоятельно найти ответ.

Время было уже за полдень, когда они подъехали к городу. Реген показал на столб дыма, поднимающийся высоко в горах.

— Шахты герцога. Сама деревня побольше Тиббетова Ручья. Караваны оттуда и

туда идут каждую неделю. Вверх поступают продукты, а вниз спускаются соль, металл и уголь.

От основной крепости отделялась более низкая стена, широкой полосой окружая долину. Арлен мог различать столбы с охранными знаками и верхушки зеленых деревьев.

— Сады герцога, — пояснил Реген.

Ворота оказались открыты, через них входили и выходили рабочие. Стражники замахали приближающимся путешественникам. Они такие же высокие, как Реген, и носят зубчатые металлические шлемы да кожаные накидки поверх шерстяной одежды. Оба воина держат в руках копья, которые скорее напоминают экспонаты музея, нежели оружие.

— Приветствуем тебя, Вестник! — крикнул один из них. — Добро пожаловать домой!

— Геймс, Уорон, — кивнул им Реген.

— Герцог давно поджидает тебя, — сказал Геймс. — Мы уже начали беспокоиться.

— Думали, я попал в лапы к демонам? — рассмеялся Реген. — Не бывать такому! Деревушка, которую я посетил на обратном пути, подверглась нападению корелингов, так что пришлось немного задержаться и помочь местным жителям.

— Ты там нашел бездомного? — с улыбкой спросил Уорон. — Небольшой подарок для жены, чтобы не скучала, пока ты не сделаешь ее матерью?

Реген нахмурился, и стражник отпрянул.

— Я не хотел тебя обидеть, — быстро извинился он.

— Тогда не произноси слов, которые могут оскорбить человека, Слуга, — сурово ответил Реген.

Уорон побледнел и кивнул.

— На самом деле я нашел его на дороге, — пояснил Вестник, ероша волосы Арлена и улыбаясь так, будто ничего не произошло.

Арлену нравилась эта черта характера Регена. Он не таил зла, легко забывал обиды, однако требовал к себе уважения и быстро ставил человека на место. Арлену хотелось быть похожим на него.

— На дороге? — удивленно спросил Геймс.

— Он появился из ниоткуда! — воскликнул Реген. — Мальчик умеет рисовать обереги получше некоторых Вестников.

При этих словах Арлен раздулся от гордости.

— А ты, Жонглер? — обратился к шуту Уорон. — Тебе понравилось коротать ночи с демонами?

Кирин нахмурился, а стражники засмеялись.

— Мы попусту теряем дневной свет, — заметил Реген. — Сообщите Матери Ионе, что мы явимся во дворец, после того как я сдам рис и зайду домой, чтобы принять ванну и хорошенько подкрепиться.

Стражники отсалютовали ему и пропустили в город.

Несмотря на первоначальное разочарование, великолепие города вскоре захватило Арлена. Здания как будто парили в небе. По сравнению с ними любые виденные

им ранее дома казались жалкими хижинами. Его поразили булыжные мостовые, через которые не могут восставать корелинги. Однако сколько ж труда понадобилось, чтобы обработать и утрамбовать такое огромное количество камней!

В Тиббетовом Ручье почти все постройки деревянные с фундаментом из камней и соломенными крышами, на которых лежат дощечки с оберегами. Здесь же почти все дома каменные и довольно старые. Кроме охранных знаков на стенах города, каждое здание имеет собственные обереги, некоторые из которых являются настоящими произведениями искусства, а иные поражают своей функциональностью.

Воздух в городе отвратительный. Пахнет помойкой и навозом. Арлен пытался задерживать дыхание, однако вскоре отказался от этого и стал дышать через рот. А вот Кирин, казалось, только здесь и начал дышать полной грудью.

Реген привел их к рынку, где собралось столько людей, сколько мальчик в жизни не видел. Сотни «Руско Боровов» кричали с разных сторон: «Купите вот это!», «Попробуйте это!», «Большие скидки лично для вас!» Все торговцы очень высокие; просто гиганты по сравнению с обитателями Ручья.

Путники проходили мимо тележек с фруктами и овощами, вид которых изумлял Арлена, и такого количества продавцов одежды, что можно было подумать, будто милнийцы только и делают, что наряжаются. Продавались тут картины и резные работы, такие замысловатые, что вызывало удивление, откуда у мастеров столько времени для их производства.

Реген подвел их к купцу в дальнем конце рынка. На его палатке красовалась эмблема в виде щита.

— Человек герцога, — пояснил Вестник.

— Реген! — воскликнул купец. — Что ты привез мне?

— Болотный рис, — ответил Реген. — Налоги с Ручья для оплаты соли герцога.

— Виделся с Руско Боровом? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал торговец. — Этот мошенник по-прежнему нагло грабит селян?

— Ты знаешь Борова? — спросил Реген.

Купец рассмеялся.

— Я давал показания перед Советом Матерей десять лет тому назад, чтобы у него отняли право на торговлю. Негодяй прислал нам зерно, кишащее крысами. Вскоре после этого он покинул город и обосновался на краю света. Слышал, нечто подобное произошло с ним в Анджире. Собственно, поэтому он и прибыл в Милн.

— Хорошо, что мы проверили рис, — пробормотал Реген.

Некоторое время они спорили по поводу цен на рис и соль. Наконец купец сдался, признав, что Реген провел Борова. Он дал Вестнику мешочек со звенящими монетами.

— Может Арлен управлять тележкой отсюда? — спроси Кирин. Реген взглянул на него, кивнул и бросил кошелек. Жонглер ловко поймал его на лету и спрыгнул на землю.

После того как Кирин исчез в толпе, Реген покачал головой.

— Не самый плохой Жонглер, — заметил он, — однако слабоват для путешествий.