Застава
Шрифт:
– Нет! – вскинулся юноша. – Твои слова ничего не значили! Это я дал ей деньги на порошок. Значит, я и виноват в том, что она погибла.
Ворон нервно притушил недокуренную сигарету и встал.
– Оба хороши. А ты врежь мне в следующий раз по морде, если я только заикнусь о намерении увести кого-то в мир иной.
– Это будет сложновато, но я попробую.
Старший брат невесело рассмеялся.
– Тогда пошли тренироваться. Сегодня отрабатываем нападение.
– Мне б защиту усвоить, – вздохнул Лис, у которого заныли все мышцы при одном упоминании
Он поплёлся за братом и в коридоре вспомнил.
– Ворон, а как быть с телом Лоры? Может, в милицию позвонить?
– Ага. Точно, – в карих глазах сверкнул хитрый огонёк. – Ко мне тут русалка зашла поболтать и сказала, что её бренные останки покоятся на дне Волги где-то напротив гавани.
– Да, глупо, – согласился Лис.
Ворон потрепал его по курчавому затылку, крепкой рукой прижал рыжую голову к своему плечу и шепнул:
– Плоть уйдёт в землю, а дух отправился истинной дорогой в Память. Теперь для девчонки это самое главное.
День шестнадцатый
Лис не ожидал, что приглашение на пикник прозвучало серьёзно, и растерялся, когда Тур сказал:
– Ты ещё не готов? Отчаливать пора.
В машине на заднем сиденье рядом с Мариной Николаевной он чувствовал себя неуютно. Женщина заметила его скованность, подбросила один вопрос, второй, втянула в общий непринуждённый разговор, и вскоре Лис думать забыл о своём поначалу некомфортном положении.
На светофоре, незадолго до выезда из города, Владимир Полозов, как положено, остановил автомобиль.
– Видали! Артист.
Реплика относилась к лихому мальчугану на велосипеде, который, подражая мотоциклистам, деловито затормозил возле тротуара.
– О, боже! – омертвевшим голосом выдавила Марина.
Близнецы как по команде развернулись к женщине, а Лис прилип к окну.
– Показалось, – пробормотала она, силясь сложить дрожащие губы в улыбку. – Влад, зелёный свет.
Ворон неохотно вернулся к управлению, а Тур продолжал тревожно разглядывать подругу. Лис в свою очередь уставился на лихого велосипедиста, странно посмотревшего на БВМ. Попутная автомашина встала в правый ряд, загородив мальчишку. Когда же обзор открылся вновь, пацана с велосипедом и след простыл.
– Показалось что, Марина? – осторожно уточнил Всеволод Полозов.
– Да так, пустяки, – в её ласковых глазах поднялась забытая грусть. – Мальчик на моего Ванюшу был похож. Он мне снился недавно. Хороший такой, будто живой. И всё мне: «мама, мама, я тебя не брошу, заботиться буду». Прям как взрослый.
– Значит, у него всё хорошо, – улыбнулся Владимир Полозов в зеркало.
– Ты веришь в загробную жизнь, Влад?
– Ничто не создаётся из ничего, – ответил он. – Ведь что мы все в конечном итоге?
– Структурно организованная живая материя, – изложила Марина.
– Нет. Мы – информация, организованная в живую материю.
Она засмеялась.
– А что на это скажет наш хирург?
Всеволод Полозов был застигнут врасплох.
– Ну, пожалуй, я бы согласился, – медленно проговорил
Лис вытянулся, осторожно изучил профиль старшего брата и рискнул вставить.
– И не только человека. У всего живого в той или иной степени есть связь с информационным полем. Без этого мир бы просто рухнул.
– А люди, значит, не ощущают это поле? – уточнила Марина с интересом.
– Некоторые ощущают, но обычно не могут объяснить свои ощущения, – быстро ответил Борис Полозов. – Так говорю, Влад?
– Угу. Только не заводись на тему шаманов, колдунов и полтергейстов. Не пугай Марину.
– О, вот уж полтергейстом меня не напугаешь. Не далее как вчера я участвовала в спиритическом сеансе.
Желаемый эффект был достигнут: по салону молча расползлось всеобщее удивление. Марина рассмеялась.
– Младшая дочка моей соседки увлеклась вызовом духов. Зашла к ним вечером, а девчата Пушкина вызывают с помощью блюдца.
– И как, вызвали? – с сомнением спросил Всеволод Полозов.
– Думаю, нет. С литературой у девочек неважно, мягко говоря, а уж с литературоведением и подавно. Спрашиваю их: вы хотя бы помните, когда Пушкин родился? Не помнят. Говорю: а завтра ему 205 лет исполняется. Глазёнками хлопают: правда, тётя Марина? Так мне обидно стало за Александра Сергеевича, что дома я всю поэму «Руслан и Людмила» перечитала. Зато ночью и русалки с лешими снились, и кот учёный на заборе вместо дуба, и Черномор заодно… Борис, а как ты думаешь, что такое сны?
Юноша деловито сдвинул брови.
– Сон – это личная память, отражение действительности, в том числе и неосязаемой действительности, через подсознание человека или животного. Прочитанная книга предстаёт перед вами в сновидении, облачённая в ваши собственные образы. Например, кот, которого вы представили на заборе, а не на дубе. Ведь дуб с цепью реально никогда не видели. Это, конечно, поверхностное объяснение. А вот если смотреть глубже, получится, что сон, как экран телевизора, проецирует сигналы очень далёких уголков мозга. То, что находится вокруг вас, не всегда попадает в сознание, но сущность ваша воспринимает всё и частично транслирует рассудку через сновидения.
– Интересная теория, – проговорила Марина и, задумавшись, отвернулась к окну.
Лис вопросительно посмотрел на братьев, наблюдавших за пассажирами через длинное зеркало над лобовым стеклом. Близнецы в ответ дружно кивнули, мол, молодец, корректно решил щекотливый вопрос.
БМВ нёсся по узкой дороге, минуя деревеньки и посёлки, а за открытыми окнами тёк гостеприимный лес, зовущий в хвойную прохладу крошечными пешими тропинками и песчаными просёлками.
– Борис, – вдруг возобновила разговор Марина, – можно узнать твою версию о существовании призраков? – и, заметив, как насторожились старшие Полозовы, весело погрозила им пальцем. – А вас я уже слышала. Вы законченные реалисты.