Засранец
Шрифт:
– Кровь! – Аскольд обратил мое внимание на более важные вещи. – Вермишелька, а ну-ка быстренько, достань аптечку, она там же, где и всегда. Вот, дурак же, молодой! Давай, давай, быстрей, внучка, помоги своему брату. Ой, мне эта молодежь! Давай, перевязывай, а я сейчас перчатку резиновую принесу! – сказал и через мгновение исчез за дверью.
Я почему-то очень переволновалась и быстро достала аптечку из шкафчика у двери.
– Рану надо промыть, – сказала, не глядя на него, и выудила из коробки с лекарствами банку с перекисью и бинт, – под водой.
– Как скажешь, – услышала его
Не знаю, почему с таким рвением я сама бросилась выполнять наказ деда? Меня так сильно напугал вид крови? Или я… переживаю за него? Даже приблизившись к своему двоюродному брату, я пыталась разбудить в себе злобу, что еще минуту назад полыхала во мне, но у меня не получилось. В это мгновение я не могла думать ни о чем другом, как только о его порезе.
– Давай руку, – все же достаточно тихо сказала и по-прежнему не подняла глаза на Ярцева. Он невозмутимо, как мне показалось, ведь я не видела его лица, невозмутимо выключил воду и подставил мне свою огромную ладонь.
Мне пришлось.
Пришлось дотронуться до него. И его рука оказалась обжигающее горячей. Настолько, что от этого прикосновения заполыхала вся я…
С трудом взяла себя в руки и, открыв пузырек, плеснула перекисью на его рану. Порез оказался большим и достаточно глубоким, но Юджин не проронил ни звука, а лишь покорно стоял и принимал мою помощь. Промыв рану, приложила вату, а сверху аккуратно, как учил когда-то дед, намотала бинт.
– Маша, – он что-то хотел сказать, но я его перебила:
– Тебе не надо сейчас ничего делать этой рукой, – сказала, и уже хотела было закрепить концы бинта, как вдруг он обеими руками схватил меня за плечи, наплевав на рану и практически прорычал:
– Маша, не вздумай ни с кем встречаться!
– Что ты делаешь?! – от испуга забыла о своем смущении, и резко подняла на него глаза.
Бешенный, до предела разгневанный взгляд моего двоюродного брата в данную секунду буквально пожирал меня!
– Ты меня поняла. Увижу тебя с ним – не только голову ему откручу!
Пообещал, резко развернулся и вышел из кухни, оставив меня стоять и непонимающе смотреть ему вслед. Что это было?
Я уже была одна, но в моей же голове до сих пор гремел его гневный рык. Мой двоюродный брат со своими шутками перешел уже все границы! Чтобы он себе там не напридумывал.
Тут же вернулся дед и не менее удивленно, чем я, спросил:
– А где этот упрямец?
– Ушел, – тихо ответила Аскольду, так же, как и он, полностью недоумевая из-за непонятного поведения своего родственника.
А потом я мыла стол, в том месте, где стоял Юджин. Нож действительно был сломан пополам. На столе осталось несколько капель его крови.
Ненормальный. Что на него опять нашло?
Глава 7
– Так ты завалила вступительные экзамены? Но в этом нет ничего страшного, хочешь, я помогу тебе подготовиться к следующему году?
Величественный семейный завтрак в усадьбе начался. Поскольку я участвовала в его подготовке, мне удалось еще до прихода остальных занять самое выгодное место – между своим любимым дедом и, так уж получилось, Олегом. По мне – так лучше
Но, вскоре, они показались. Оба.
Девушка и в самом деле оказалась «очаровательной», и все свое очарование в эту секунду, завернутое в чрезмерно короткое синие платье, она повесила на руку Юджина.
Нет, я все-таки были права! Засранец!!!
– Мишель, хочешь еще кофе? – Олегу даже пришлось прикоснуться к моей руке, чтобы я все-таки оторвала полный ненависти взгляд от своего знаменитого родственника.
Вот, значит, как? Не встречайся, значит, ни с кем?!
Мне почудилось, еще чуть-чуть и я сама сломаю вилку, которую сейчас сжимаю в руках. И швырну ее кому-то в глаз!!! В один из тех синих глаз, что сейчас, не смотря на то, что их хозяин поддерживает под ручку «прекрасную» гречанку, буравят меня все с тем же нахальным гневом, что и какой-то час назад. Там, на кухне.
– Мишель? – Олег был вынужден повторить, но на этот раз я отреагировала.
– Да, спасибо большое, – постаралась беззаботно улыбнуться своему соседу по столу, а когда он наполнил мою кружку горячим напитком, и те двое тоже сели за стол, причем рядом друг с другом, спросила:
– Расскажи о себе, говорят, ты все-таки на ветеринара учишься?
Мне понравились удивительные серые глаза сына Алевтины. Даже сквозь тонкие очки, они притягивали к себе внимание. Какие-то добрые, что ли. Открытые, без загадок и злобы.
А еще мне понравился скрип чьей-то мужской, до предела сжавшейся челюсти, раздавшийся с противоположного конца стола в тот момент, когда я в ответную положила свою ладонь на руку Олега.
– Да, я же тебе рассказывал, но ты тогда маленькая совсем была, – парень абсолютно искренне не замечая накалившейся обстановки за столом, беззаботно отреагировал на мой вопрос. – Помнишь, как мы с тобой летучую мышь спасали?
Кивнула. Конечно, помню. Мы нашли мыша возле лодочного сарая, он, по всей видимости, ночью пытался попасть в окно на чердаке, не рассчитал и треснулся головой об стекло. А утром мы с Олегом обнаружили его на пороге сарая. Потом вместе выхаживали глупыша.
– Кстати, я вчера днем проверял, представляешь, он все еще ночует на старом месте! И у него есть семья, – сказав это, сын Алевтины добродушно мне улыбнулся и предложил:
– Хочешь, после завтрака сходим, посмотрим на него?
– Хочу! Пойдем! – отреагировала я импульсивно, скорее потому, что хотела как можно быстрее убраться отсюда и не смотреть… на остальных!
– Гляди, Светочка, – подал голос мой дед-сводник, – как ребята хорошо смотрятся вместе. Глядишь, скоро свадьбу сыграем! Вон, Олежек, какой знатный парень вырос, – подмигнул Аскольд моему соседу. Мама же, что сидела напротив, с таким презрением посмотрела на предлагаемого зятя, что ее отношение к этому стало всем понятно еще до того, как она высказала свое мнение: