Засланец
Шрифт:
Я до глубины души умилился и даже сделал бы какую-нибудь ответную глупость, будь мое тело со мной. А потом вкратце рассказал молодой и красивой девушке историю парнишки по имени Сергей, как она есть, почти без утаек и прикрас. Луара слушала, наверное, забыв закрыть рот, и даже ее новая пассия чуть было не осталась без обещанных на «после вахты» ласк.
Так что недолгий, в общем-то, путь до системы Лимир оказался насыщен с одной стороны интимными отношениями вспыхнувшей чувствами Луары, с другой – моими воспоминаниями, которые, спустя некоторое время, уже и мне самому стали казаться весьма изобретательными байками. Одно можно было утверждать с уверенностью, что нашими с Литией стараниями Луара совершенно избавилась от навалившейся на нее после переживаний на чужом корабле апатии.
Наверное, в последнее время я слишком отвык от такой жизни,
Выход корабля из многомерности в пределах системы случился на моей «вахте» над телом Луары. Информационный экран привлек мое внимание легким подмаргиванием, а по внутренней сети корабля тихо промурлыкали, что грузовое судно прибывает в систему Лимира. Нет, обитателю корп-каюты не потребовалось пристегиваться или бежать в какое-нибудь антиперегрузочное кресло, информация шла по разряду «для размышления». От нечего делать я решил изучить данные по системе, которые услужливо вышли на экран многофункционального устройства. Но не успел я толком рассмотреть объемную картинку, как в голове моей случился небольшой и изрядно странный бардачок. Совершенно беспричинно на меня нахлынула волна быстро меняющихся образов, отрывков то ли речи, то ли бессвязных звуков, в глазах сначала начало двоиться, потом я резко оказался среди каких-то теней, изображавших то ли небесные тела, то ли наоборот молекулы. Продолжалось это всего миг и кончилось так же неожиданно, окунув меня в какой-то всеобъемлющий полог тьмы.
Зрения вернулось почти сразу, лишь в глазах продолжали плавать разноцветные полоски и искорки, а голова немного болела, как после легкого похмелья в мою человеческую бытность.
– Что бы это значило? – подумал я. – Реакция на выход в трехмерный мир? Что-то раньше не замечал таких отклонений в мироощущении моей временной, а может, уже и постоянной спутницы.
В прочем, я быстро выкинул происшествие из головы, мало ли какие бзики могли жить в организме молодой девушки чужого вида. Может, это обычное переутомление, реакция на переизбыток интима, какие-нибудь критические дни. А может, она забеременела. Еще вот этого не хватало, а ведь такое тоже вполне могло произойти, хоть Луара что-то там и говорила о подконтрольности этого процесса для представительниц вида ласьенов. Так, может, это взрослые могли контролировать, а она-то фактически еще оставалась совсем девчонкой.
******
Система Лимир всегда считалась чистой воды промышленным районом, в котором производилось, собиралось, ремонтировалось и налаживалось все, что угодно. Тут не располагалось лабораторий, набитых под завязку разного толка очкариками и ботаниками, тут не коптили небо добывающие, обогатительные или перерабатывающие комплексы, тут не кипели жизнью курорты и, соответственно, крупных культурных центров по большому счету тоже не имелось. Это была одна из систем-трудяг, работающих на благо всего остального мира. Система имела по большому счету три активно эксплуатируемые планеты со всем окружающим их пространством, в котором кипучая деятельность затихала лишь несколько раз в году на периоды нескольких общенародных праздников. Из трех планет-трудяг только одна имела более-менее комфортную атмосферу. На ней располагались самые «чистые» производства, а так же районы, где работяги всех мастей и расцветок могли потратить в свободное от вахт время честно и не очень честно заработанные деньги. Эту самую планету незатейливо называли Центральной или Чистой. Остальные две носили названия Верхняя – которая вращалась дальше от звезды – и Нижняя. А еще система Лимир славилась тем, что тут всегда имелась возможность практически за полцены купить прямо с завода
Перед вылетом с грузовика мы с Луарой в очередной раз столкнулись со старой проблемой. Операционный офис корпорации находился на планете с довольно агрессивной атмосферой, пребывание в которой полностью исключалось без скафандра. Проблема оказалась в том, что Лу просто не могла облачиться в свой рабочий скафандр внутри очень маленького и тесного внутреннего пространства кабины «Енота», а доодеть скафандр наживую, как мы делали разок в вакууме, совершенно не позволяла злобная ко всему живому атмосфера планеты. Собранный же мной из частей различных принадлежностей бронескафандр Содружества легко совмещался с пилотским креслом, только вот Луара откровенно побаивалась его, ссылаясь на то, что до сих пор не понимает, как он работает у нее без БМКП и не откажет ли в самый неподходящий момент. В отличие от Лу, я был склонен куда больше доверять хоть и недоделанному, но проверенному в деле изделию Содружества. И, тем не менее, проблема с этим скафандром оставалась, и заключалась она в снабжении. Бронескафандр мог пополнять свои ресурсы, находясь в подключении к «Еноту», но вот совместимых источников питания и снабжения за пределами нашего кораблика вполне могло и не найтись. У нас еще завалялось несколько пленочных скафандров, которые легко заменяли необходимое снабжение, да, собственно, именно для этого и были предназначены, но их запас оставался ограничен и невозобновляем.
– Лу, хочется тебе или нет, но придется привыкать к этому костюмчику, – убеждал я девушку. – Тут дело не только в том, что в нем можно без труда подключаться к кораблику, не устраивая стриптиз, но он еще должен иметь массу полезных технарю функций.
– Сьеерж, я до сих пор не могу понять, как он может функционировать, – сопротивлялась Луара. – Я прекрасно знаю, что все виды активных скафандров Содружества требуют обязательного наличия блока управления у их пользователя. А вдруг он деактивируется где-нибудь на планете?
– Ну мы же с тобой проводили тесты, все работает, – возражал я.
– Но я все же не доверяю ему, – не соглашалась Лу.
– Ладно, в любом случае на данный момент у нас просто нет выбора, – подвел я итог. – Думаю, что до офиса корпорации, как и обратно до корабля, мы вполне сможем добраться либо в нем, либо в пленочнике. А там будем думать.
– В это противной холоднющей пленке!? – фыркнула Луара. – Да я облезу долыса от этой мерзости.
– Прости, подруга, но волосы-то обязательно отрастут, чего нельзя сказать о коже и мышцах, – нудно-менторским тоном продолжил увещевать я. – Так что коль хочешь попасть в офис на этой суровой планетке, полезай в пузырь.
Облаченная в бронескафандр девушка неуверенно осматривала себя на плоскости двери, выполнявшей в тот момент роль зеркала. На мой взгляд, даже серьезный девайс Содружества не мог скрыть изящность его новой владелицы. Но Луаре почему-то казалось, что он слишком громоздкий, хотя она не отрицала, что по удобству он превосходит ее старый и проверенный аппарат. При подгонке скафандра я все гадал, как умная штуковина поступит с такой неординарной для человека деталью тела, как хвост. Решение оказалось с моей точки зрения элегантным, а сточки зрения Лу еще и удобным. Вдоль всего хвоста скафандр прокинул как будто толстую проволоку с нанизанными на нее бусинками, которые охватывали нежный орган выражения эмоций едва видимым энергетическим коконом.
– Ладно, раз ты в нем уверен, пойдем, а то Лития уже заждалась, наверное, – согласилась девушка.
– Хой, подруга, ты ничего не забыла? – возмутился я. – А как же честно заработанные награды?!
– Ой, ну снова ты за свое! – возмутилась Лу слегка смущенно. – Мне с ними так неуютно, как будто я вышла на работу в нижнем белье поверх комбеза. Ну-у-у-у?
– Слушай, Луара, у меня за всю мою службу не появилось ни одной такой штуки, – настаивал я. – И если ты считаешь, что хотя бы я заслужил их, так и позволь нашему совместному на данный момент телу нести сей отличительный знак. Или ты считаешь, что их все же вручили зря?