Защитник для дерзкой девчонки
Шрифт:
– Спасибо за приглашение, но… ты ведь понимаешь – я в любом случае пошел бы с тобой в ресторан – работа такая, – напомнил Джонатан, тоже переходя на «ты». Кэтрин криво улыбнулась.
– Я хочу, чтобы ты пообедал вместе со мной, – уточнила она. – А не рыскал где-то у меня за спиной, как маньяк.
Джонатан взял бумажник, и они вышли. У лифта он не удержался и хмыкнул:
– Сначала извиняешься, потом обзываешь меня маньяком! Похоже, ты не привыкла просить прощения!
– Так и есть. – Его клиентка перестала
Вниз они спустились молча и так же молча зашагали по улице. Интересно, подумал Джонатан, бывала ли Кэтрин в Нью-Йорке прежде. Шагала она целеустремленно, не оглядываясь. Джонатан шел рядом, не задавая лишних вопросов.
Пройдя два квартала, они повернули налево, к маленькому китайскому ресторану с одним залом. Внутри оказалось темно и на удивление тихо, несмотря на шумную улицу за окнами. Немногочисленные завсегдатаи не обращали на них никакого внимания. Они прошли в отдельную кабинку у стены. Официант спросил, что они будут пить, получив ответ – удалился. Джонатан еще раз посмотрел на дверь и решил нарушить молчание.
– Значит, ты уже здесь бывала? То есть уже бывала в Нью-Йорке раньше?
– Да, бывала – и в Нью-Йорке, и здесь, – Кэт рин пожала плечами. – Ресторанчик подсказал мне один коллега из Буффало, он часто приезжает сюда по работе. Здесь хорошо готовят жареный рис с курицей… Не самая здоровая еда, но здешняя кухня произвела на меня неизгладимое впечатление! – Кэтрин улыбнулась чуть ли не виновато: – Поверь мне, моя похвала дорогого стоит. Дома я чаще всего питаюсь фастфудом.
К ним очень вовремя подошел официант. Джонатан решил проверить, совпадают ли их с Кэтрин вкусы, и заказал жареный рис с курицей.
– Говоря «дома», ты имеешь в виду Флориду? – уточнил он, рассматривая вошедшую в ресторан пару.
– Да, я всегда жила во Флориде, уезжала только в университет…
– И после окончания вернулась?
Кэтрин кивнула:
– После магистратуры мне предложили интересную работу в лаборатории, расположенной недалеко от дома моего отца. Возможно, я кажусь тебе такой папиной дочкой, привыкшей прятаться за спинами родителей, но тут дело в другом. О такой работе я и мечтать не могла! И, конечно, я очень люблю отца, вот почему вернулась во Флориду и терплю тамошний климат.
– Нет ничего плохого в том, чтобы жить рядом со своими близкими, – искренне сказал он, хотя не знал на собственном опыте, что это такое.
– А что же ты, мистер Телохранитель? Откуда ты родом?
Он и сам с удовольствием бы это выяснил!
– В детстве я часто переезжал с места на место. И нигде надолго не задерживался. – Он пожал плечами. – Когда в Далласе открылась фирма «Орион», я решил, что этот город нравится мне больше всего. Поверь мне – а я по работе ездил по всему миру, – моя похвала дорогого стоит.
Кэтрин улыбнулась, когда
– Ясно. Кстати, я навела справки о фирме «Орион» и должна сказать, что она производит самое благоприятное впечатление.
– У нас было несколько интересных дел!
– Интересных?! Если я правильно помню, в прошлом году один из твоих коллег разоблачил подпольную сеть торговцев наркотиками, о существовании которой не подозревала полиция! – Коллега, о котором шла речь, был не кто иной, как Марк Трентон.
– Каждое дело и каждый клиент всегда представляют для нас интерес. Такая у нас работа.
– А еще я нашла в одной газете статью о женщине по имени Морган Эйвери. Если я правильно поняла, раньше ты работал в элитном охранном агентстве под названием «Редстоун Солюшенз». Морган обратилась в «Редстоун» за помощью, но ей отказали. Через несколько недель после того, как Морган убили, ты перешел в «Орион».
Джонатан напрягся. Дело Морган Эйвери не было засекречено, но в «Орионе» о ней говорили редко. Гибель Морган вызвала целую цепь событий, которые в корне изменили его жизнь, а также жизнь самых близких ему людей. Кэтрин интересовали ответы на вопросы. Если он промолчит, она начнет упорствовать.
– Я работал в группе, состоявшей из трех человек. Когда Морган Эйвери обратилась в «Редстоун Солюшенз», мы только что вернулись с очередного задания. Морган была молодой, красивой и очень умной студенткой, которая изучала астрономию. Она заняла первое место на конкурсе и получила первую премию – престижную стажировку в Англии. И сразу же в ее адрес начали поступать угрозы. Угрозы такие страшные и мерзкие, что она обратилась в «Редстоун». Как ты верно заметила, агентство считалось элитным.
– Значит, услуги агентства дорого стоили, а у нее не было денег, – предположила Кэтрин.
– Она была студенткой, и ей нечем было платить. Поэтому ей неоднократно отказывали. Даже когда секретарь «Редстоун» обратилась к руководству и попросила за нее. У Морган не хватало денег. И мы ее не защитили. – В голове возникла страшная картина: тело избитой Морган в сточной канаве… Как всегда, за воспоминанием последовали чувство вины и гнев. – Когда она ехала в аэропорт, ее похитил и убил человек, который хотел оказаться на ее месте.
– И тогда Никки Уотерс основала «Орион»?
Джонатан ответил не сразу, а только когда почувствовал, как ледяная ярость внутри его постепенно тает. Он кивнул:
– Никки и была той секретаршей в «Редстоун». После гибели Морган она отказалась работать в компании, для которой деньги важнее людей. Воспользовавшись своими связями, она основала охранную фирму с иной, чем у «Редстоун», концепцией. Она предложила мне и моим коллегам перейти к ней. – Он пожал плечами. – Мы с Марком и Оливером согласились. С тех пор мы работаем в «Орионе».