Защита
Шрифт:
– А вы, мальчики, кота в мешке привезли.
– Карин не осуждал, просто констатировал факт. И не успел Григорьев возразить, как он продолжил: - Но это ничего. Защититесь. Проблемка-то модная, да и сложная. С ходу не взять.
– Должны защититься, - согласился Григорьев.
– А почему вы пошли по этому пути? Ведь метод простого увеличения параллельных блоков приведет вас к тому, что ваша аппаратура станет высотой с Монблан. И все равно с вершины этой горы решения проблемы не увидишь.
– Вообще-то
– Но ведь не устройство же для программного управления станками вам нужно сделать? Для этого, конечно, хватило бы и ста слов. А так вы рискуете зайти в тупик.
К ним подошел Бакланский.
– Ну что, Владимир Зосимович? Как тут поживает Марград? Жары-то как не бывало. В такой прохладный вечер и рюмочку пропустить не худо!
– Было бы, время,- усмехнулся Карин.
– А что? Сегодня вечер занят?
– Вечером нужно успеть еще в одну комиссию.
– На износ работаете, Владимир Зосимович. А то бы поговорили, продолжал Бакланский.
– Александр вот у меня еще не был.
– Спасибо, Виктор Иванович. Но мне сегодня нужно в семь обязательно быть в гостинице, - сказал Григорьев.
– Ну ладно, заняты, так заняты. Коньяк, он не испортится. А как, Владимир Зосимович, настроение у комиссии?
– Обычное. Одним поскорее смотаться надо, а другим все равно, где сидеть.
– Ну-ну,- потер руки Бакланский.
– Тут вот только представитель какого-то института на вас зуб точит.
– Какого института?
– мгновенно преобразился Бакланский.
– А тот товарищ, что сидит рядом с вами. Высокий такой.
– Ростовцев? Так это же представитель института, который будет продолжать нашу работу. Они же второй этап делать будут!
– Да?.. Там хитроватые мужички сидят, - сказал Карин.
– Им бы только отбояриться от данной темы. Тема хлопотная, а денег не так уж и много.
– Было бы, с чего начинать. Может, поэтому?
– спросил Карин.
– Начинать есть с чего, - твердо ответил Бакланский и добавил: Извините, Владимир Зосимович.
Он отвел Григорьева в сторону и спросил:
– Послушай, Александр. Так кто же тебе все-таки звонил?
– Не знаю, Виктор Иванович. Давайте попробуем позвонить вместе.
– Да куда звонить-то?
– По собственному номеру телефона. Может, это не только в гостинице.
– Ничего не понимаю. Толком можешь объяснить?
– Не могу. Тут надо самому испытать.
– Это в твоей гостинице, в твоем номере чудеса происходят. А весь остальной мир нормален и занимается полезными делами.
– Вы правы. Но проверить не долго.
– Сейчас не могу, да и не верю.
– Не хотите, я один схожу.
Кто-то взял Бакланского под руку, а Григорьев
В гостинице он звонил по собственному номеру. Может, с другими телефонами ничего не получится? Да и не должно получиться.
В лаборатории он заглядывать постеснялся и поэтому дошел до приемной. Там он попросил у секретаря разрешения и набрал на диске номер, написанный на самом телефоне. Это был идиотский эксперимент. Григорьев понимал не хуже Бакланского, что ему должны, как обычно, ответить частые гудки. Но в трубке что-то щелкнуло и затем раздалось:
– Слушаю, Сашка.
– Так, значит, с любого телефона к тебе можно звонить?
– Наверное, не знаю... Как у тебя настроение? Защищаетесь?
У Александра вдруг пропало всякое удивление, и он спокойно, как при обыкновением телефонном разговоре с хорошо знакомым человеком, сказал:
– Начали потихоньку...
– Мы тоже начали. И в голове сейчас всякие бунтарские мысли бродят. Бакланский узнает - с ума от злости сойдет.
– У меня тоже всякие дикие мысли в голове... Постой, так значиот, и у вас есть Бакланский?
– спрос Григорьев.
– Есть.
– А откуда ты говоришь? И нельзя ли нам встретиться? Интересно, все-таки. Такое странное совпадение.
Я говорю из приемной института.
– И он назвал институт.
– В Марграде?
– Конечно, в Марграде.
Вот так. Он звонил из Марграда, из того же института, что и Григорьев, из той же приемной, по тому же самому телефону. В таком случае Григорьев мог разговаривать только сам с собой.
– Ну и что ты намерен делать?
– спросил тот Григорьев.
Александр промолчал.
– Все ждешь письма?
– Жду, жду!
– выкрикнул Александр и бросил трубку на рычаг.
Ему было плохо, ему нужно было письмо. Оно должно прийти на почтамт. Пусть на листке будет хоть одно слово "Нет!", но ответ должен быть. И как это ни нелепо было, он вдруг понял, что в командировку поехал только из-за нее...
В коридоре, когда он вышел из приемной, все еще разгуливала комиссия. Да и сотрудники лабораторий тут же курили. Словом, было оживленно, как на Главном проспекте. Навстречу попался Бакланский, уже о чем-то разговаривающий с председателем комиссии.
– Ну что ж, пора заканчивать перекур, - сказал Анатолий Юльевич.Давайте, товарищи, продолжим работу.
Бакланский задержался и сказал:
– Александр, ты выбрось всякую ерунду из головы. Сейчас начнется самое главное.
– Я снова с ним разговаривал, - сказал Александр.- Можно с любого телефона. Попробуйте, интересно ведь.
– Черт бы вас набрал!
– вдруг озлился Бакланский.
– У одного блажь в голове, другой из буфета не может вылезти.
Тут и у Григорьева в душе что-то взорвалось: