Заря страсти

Барбьери Элейн

— Что ж, — Фостер пожал плечами, — будь по-вашему. Уводить сестру против воли я не собираюсь.

Джефф невесело усмехнулся:

— Капитан Синклер, неужели вы думаете, что я позволил бы вам это сделать? Рива призналась, что любит меня, и это ставит окончательную точку в нашем противостоянии. — Он крепче прижал ее к себе, будто боясь, что она

выскользнет из его объятий и растворится в пространстве. — Думаю, вам лучше уйти прямо сейчас, капитан. Милли выпустит вас через черный ход, а я даю слово, что не буду преследовать ни вас, ни ваших людей, если вы сегодня же уберетесь из города. Чарлз Уайтхолл отправится с вами, как только я отдам распоряжение, чтобы его выпустили из-под стражи.

Бросив прощальный взгляд на сестру, Фостер увидел, что у нее в глазах блестят слезы. Освободившись из объятий Джеффа, она бросилась к брату.

— Фостер, милый, — прошептала Рива, заливаясь слезами, — когда мы теперь увидимся?

— Не знаю, моя маленькая сестричка, — грустно улыбнулся Фостер, нежно гладя ее по голове, — но я обязательно приду посмотреть на моего маленького племянника. Жаль, что все произошло так, а не иначе; и все же больше всего на свете я хочу, чтобы ты была счастлива. Если твое счастье рядом с этим человеком, то быть посему. А еще мне жаль, что я не смогу присутствовать рядом с тобой в твой самый важный день, моя дорогая сестричка.

— Бог даст, — тихо проговорил Джефф, — война скоро закончится, и вы сможете вернуться в Виксберг на законных основаниях. Может быть, когда-нибудь мы с вами даже станем друзьями.

На это Фостер ничего не ответил; молча поцеловав сестру, он быстро скрылся за дверью. Джордж Холл последовал за ним.

Едва дверь за ними захлопнулась, как Рива закрыла лицо ладонями и разрыдалась. Подойдя к ней, Джефф обнял ее и ласково проговорил:

— Любимая, не надо плакать: я с тобой, и теперь тебе ничто не угрожает.

— А как же Фостер?.. — тихо всхлипнула Рива.

— С ним все будет в порядке, —

успокоил ее Джефф. — Мои люди не станут преследовать его, и он беспрепятственно перейдет линию фронта. Когда-нибудь война закончится, Рива, и тогда все будет иначе, я тебе обещаю.

— И что потом? — прошептала Рива.

— Будем надеяться на лучшее, любовь моя. — Джефф коснулся ее губ легким поцелуем. — Возможно, однажды вся ваша, а теперь и моя семья соберется здесь, в Лонгворт-Хаусе.

— Я буду каждый день молиться, чтобы так все и случилось, — раздался тихий голос Теодоры Лонгворт. Джефф и Рива одновременно перевели глаза на пожилую леди и встретились взглядом с ее теплой понимающей улыбкой.

— Тетя… — начала Рива.

— Ничего не говори, не надо, — вновь улыбнулась Теодора. — Сейчас вам лучше немного побыть вдвоем, чтобы ты успокоилась перед тем, как выйдешь к гостям. Я пока спущусь в холл и объявлю, что церемония ненадолго задерживается. — Закрывая дверь, Теодора шутливо добавила: — Только не заставляйте гостей ждать слишком долго, а то по городу могут поползти некие слухи…

Оставшись наедине, Рива и Джефф бросились друг другу в объятия. После первого жадного поцелуя Джефф оторвался от ее губ, провел рукой по нежной щеке и произнес:

— А теперь я хочу, чтобы ты повторила то, что сказала в присутствии твоего брата.

— Повторила что? — Она подняла на него обеспокоенный взгляд, но, встретив в его глазах веселые искорки, не смогла удержать улыбку.

— Да-да, именно это.

— Ну что ж. — Рива поднялась на цыпочки и тихонько шепнула Джеффу на ухо: — Я люблю вас, майор Джефф Бэнкс, мой прекрасный возлюбленный враг, мой жених, мой будущий супруг, отец моих детей.

— И не забудь, твой страстный любовник, — хрипловатым шепотом отозвался Джефф.

— О да, — рассмеялась Рива. Потом ее смех внезапно утих, и порывистым движением она прижалась губами к его губам.