Заря страсти
Шрифт:
— Отец, — в голосе девушки зазвенели слезы, — я надеюсь на это всей душой.
Уолтер Симпсон недоверчиво покачал головой, а Брайан неожиданно заявил:
— Если ты даже своего отца слушать не желаешь, то мне не остается другого выхода: в таком случае я поеду с тобой.
Марша даже побелела от злости.
— Да что ты о себе воображаешь, Брайан Адэр! Это дело тебя не касается, это приватный разговор между мной и Джеффом. Отец, — она обернулась и умоляюще взглянула на Уолтера, — велите Брайану не вмешиваться в мои дела. Я не хочу, чтобы он ехал со мной
— Милая моя девочка, — грустно улыбнулся мистер Симпсон, — у меня создалось впечатление, что я могу приказывать Брайану не больше, чем тебе. Вы уже взрослые люди, так что разбирайтесь сами со своими делами. Кроме того, честно говоря, мне будет спокойнее, если в Виксберг тебя будет сопровождать тот, кому я доверяю. Главное, ты небезразлична Брайану, и он сможет позаботиться о тебе, что бы ты там в этом грешном Виксберге ни натворила.
— О! — Марша в отчаянии всплеснула руками. — Да вы просто сговорились! Ну ничего! — Она сжала кулаки и, резко высвободившись из рук Брайана, направилась вверх по лестнице в свою комнату. — Я все равно поеду в Виксберг, что бы кто ни говорил! — С этими словами девушка скрылась в своей комнате, громко хлопнув дверью.
Не желая злоупотреблять помощью Милли и Сары, Рива с Теодорой решили сами заняться чисткой своих платьев. Погожее осеннее утро как нельзя лучше подходило для их целей, так что, собрав необходимые вещи, они отправились вниз по лестнице, как вдруг Теодора, внезапно остановившись, проговорила:
— Ох, какая же я растяпа: забыла наверху свое серое платье! Мне надо вернуться и взять его, дорогая.
В последнее время Теодора старалась не оставлять Риву одну и как тень повсюду следовала за племянницей. В отличие от Ривы у нее не было ни малейших сомнений в том, что страсть майора Бэнкса нисколько не угасла и он даст волю своим чувствам, как только ему удастся остаться наедине с ее племянницей.
Более того, Теодора Лонгворт ни на секунду не сомневалась, что если Джефф Бэнкс будет достаточно настойчив, то, несмотря на всю свою решимость держаться от него подальше, Рива не сможет ему отказать. Искры, которые даже теперь высекали их случайные взгляды, не позволяли этой мудрой женщине сомневаться относительно возможных последствий. Вот почему она должна хотя бы на этот раз уберечь Риву, раз уж не получилось предотвратить их связь с самого начала.
— Я сама схожу за твоим платьем, тетя, — с улыбкой остановила ее Рива. — А ты подожди меня здесь.
Теодора кивнула, и Рива быстро направилась вверх по лестнице. Но не успела она дойти до комнаты тети, как чья-то сильная рука схватила ее за локоть.
— Это я, не пугайся, — с легким смешком произнес знакомый голос.
Рива похолодела. Больше всего ей хотелось сейчас всем телом прижаться к этому сильному, властному мужчине и раствориться в его крепких объятиях. Он тяжело дышал ей в ухо, и неосознанная жажда близости заставляла ее трепетать.
— Чего ты хочешь от меня, Джефф? — тихо спросила Рива.
— Просто поговорить, — отозвался
— Не говори ерунды, — дрожащими губами проговорила Рива. — Тетя просто беспокоится, чтобы со мной что-нибудь не случилось… — Она запнулась, поняв, что едва не выдала свою тайну. Боже, рядом с ним она совершенно теряла голову. Так было раньше, так было теперь, и у нее начинало ныть где-то в самом низу живота при смутной мысли, что так будет до конца ее дней, даже если она больше никогда не увидит его. Но как она сможет жить, если больше никогда не увидит его?
Перспектива бежать прочь из Виксберга с Чарлзом и Фостером, еще пару минут назад казавшаяся Риве такой правильной и прекрасной, теперь нависла над ней гнетущей, тяжелой тучей. Да, Чарлз примет ее ребенка и, может быть, даже будет его любить, но будет ли она сама трепетать в его объятиях так, как это происходило с Джеффом? Не станет ли она каждый раз, когда губы Чарлза будут касаться ее губ, вспоминать ночи, проведенные с другим мужчиной, с единственным, с тем, который впился сейчас жесткими пальцами в ее кожу и жар тела которого заставляет ее думать лишь об одном — о том, о чем в данный момент думать совершенно недопустимо.
— Ладно, не важно. — Джефф отпустил ее, придвинулся ближе и, взяв рукой за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. — Нам нужно серьезно поговорить, моя девочка, и ты отлично знаешь об этом.
— Но… я не вижу темы для разговора, — нерешительно отозвалась Рива.
Она терялась в догадках о том, что же понадобилось от нее Джеффу, однако ее тело уже четко знало ответ на этот смешной вопрос. Но если он все еще хочет ее, почему не приходит по ночам? Или, возможно, это просто новая уловка, новый маневр, чтобы окончательно подчинить ее своей воле?
— Ты не видишь темы для разговора? Зато я вижу, — уверенно заявил Джефф. — Но здесь не самое подходящее место. К тому же я не хочу быть невежлив с твоей тетей, если она попытается вмешаться и увести тебя. Сегодня в столовой за завтраком я едва сдержался, и, боюсь, мне не повторить этого сомнительного достижения. — Он снова взял ее под локоть и потащил к черному ходу.
Выйдя на улицу, Джефф подозвал капрала и приказал предупредить мисс Лонгворт, что они с ее племянницей отправились на прогулку, с которой вернутся не раньше чем часа через полтора.
— И куда же мы пойдем? — с сомнением в голосе спросила Рива. Она представила, как встревожится Теодора, узнав об этой прогулке с Джеффом, и на сердце у нее похолодело.
— Куда? — Майор на секунду задумался. — Почему бы нам не посетить холмы — оттуда открывается прекрасный вид на Виксберг, не правда ли?
Рива поморщилась:
— О да! Янки, видимо, просто мечтали обозревать город именно с этой точки, потому что постоянно бомбили там наши укрытия. — Рива пыталась говорить как можно более резко. Лишь бы не поддаться его невероятному обаянию, лишь бы снова не идти за ним неведомо куда, как овечка на заклание!