Зараза (ЛП)
Шрифт:
Эмоции бушуют внутри меня, угрожая вырваться на свободу. Я открываю и закрываю свой пересохший рот, боясь сболтнуть лишнего. Мы две одинокие души, потерянные в своих собственных желаниях. Я родился в мире, в котором она живет, и все, чего я хочу - забрать ее оттуда. Украсть ее ото всех, кого она любит и знает, ото всех, кому она дарит свою улыбку и доброе сердце. Но я не могу это сказать. Я не могу рассказать ей, какую боль мне причиняет сама мысль о том, что она покинет меня. Нет слов, чтобы описать, как сильно
– Я тоже.
Элли улыбается. И вся моя одинокая жизнь, полная боли и горечи, рассыпается на части под светом её сияющей улыбки. Я улыбаюсь ей в ответ, потому что каждая проведенная с ней секунда того стоила.
– Я жалею, что мы не познакомились до того, как ... ты уехал из Нью-Йорка. Жалею, что не встретила тебя первым. Но, знаешь, это не имеет значения. В конце концов, я бы все равно тебя нашла.
– Почему ты так говоришь?
– Потому что ... потому что, ты мой омар, - шепчет она.
– Что? – спрашиваю я в недоумении. Она сказала ... омар?
Она качает головой и натягивает на лицо вымученную улыбку. Взяв Элли за руку, я целую костяшки её пальцев и отпускаю. Сейчас она выйдет из моего дома в последний раз. Мой дом. Холодный и стерильный. Место, где хранятся все мои тайны. Место, которое она наполнила своим светом и теплом.
– Давай. Скоро начнется занятие, - говорю я, пересекая порог.
Останься, Элли. Не уходи. Забудь о нем, будь со мной.
Вот что я должен был сказать.
***
– Во-первых, позвольте мне сказать, что для меня было честью, иметь возможность обучать вас. Я рад, что помог вам вернуть полноценную сексуальную жизнь. Кроме того, мне было очень приятно познакомиться с каждой из вас. Вы были прекрасными ученицами, всегда готовыми узнавать что-то новое и совершенствоваться, даже несмотря на то, что порой вы чувствовали неуверенность и дискомфорт. И я просто хочу сказать вам спасибо.
Я делаю глубокий вдох, чтобы собраться с силами и посмотреть на одиннадцать ничего не понимающих лиц, которые уставились на меня в полном недоумении. Я горжусь ими, каждой из них. И мне действительно больно из-за того, что я собираюсь сейчас сказать. Но мне придется сделать это, чтобы их защитить.
– Именно поэтому, мне очень жаль, что наш курс закончится немного раньше, чем это планировалось, и всем вам предстоит вернуться домой.
– Что?
– Почему?
– Что-то случилось?
– Мы сделали что-то не так?
На меня обрушивается шквал вопросов и мне приходится поднять руки, чтобы их успокоить.
– Дамы, уверяю вас, вы не сделали ничего плохого. Просто возникли некоторые проблемы, которые требуют
– Почему ты это делаешь? – её голос дрожит, но я не могу заставить себя посмотреть на неё.
– Как я сказал, полная компенсация будет ...
– Ты не можешь так поступить. Ты не можешь просто отправить меня обратно. Ты не можешь этого сделать, Джастис!
Я открываю рот, чтобы все объяснить, но тут появляется Диана, спасая меня от необходимости произносить заранее отрепетированную речь.
– Мистер Дрейк, у нас проблема, - тихо шепчет она. Я киваю ей, перед тем как повернуться лицом к классу.
– Прошу прощения, я на минутку.
Я веду ее в дальний офис, где в основном хранятся сведения о клиентах. И именно тогда я слышу его. Голос, который не слышал последние десять лет. Голос, который здесь быть не должен.
Я поворачиваюсь к Диане, чья темно-бронзовая кожа становится мертвенно-бледной.
– Я пыталась им объяснить, - восклицает она.
– Мистер Дрейк, что происходит? Персонал обеспокоен ...
Голос становится все громче и я слышу, как он разносится эхом по фойе. Этот голос из далекого прошлого пронзает мои барабанные перепонки болью воспоминаний, а звучащее в нем раздражение не предвещает ничего хорошего. Я проскальзываю в гостиную рядом с главным залом, прежде чем меня успевают заметить.
– Разберись с этим, Диана.
– Мой голос спокойный и ровный, но, по правде говоря, все мое тело приходит в боевую готовность. – Сделай так, чтобы остальные ничего не узнали.
Но как только я произношу эти слова, то понимаю, что уже поздно.
Слишком поздно.
Спектакль окончен. Занавес.
– Кошка-Элли, иди сюда, детка.
Я выглядываю из-за угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эван Карр притягивает Элли - мою Элли - в свои объятия. Он осторожно касается ее непослушной огненной гривы, словно боится обжечься, и хмурится из-за несвойственной ей прически.
– Вау, ты выглядишь ... иначе.
– Он оценивающе оглядывает ее одежду, загоревшую на солнце кожу и опухшие губы, которые все еще горят от моих поцелуев. Элли смотрит на него с явным замешательством.
– Эван ... Эван, что ты здесь делаешь?
– Я скучал по тебе. И как только узнал о разгоревшемся вокруг этого Джастиса Дрейка скандале, решил, что непременно должен вернуть тебя домой.
В это время другие домохозяйки выходят из главного зала, пока Диана усиленно пытается вернуть их обратно, но все ее усилия оказываются тщетны. Пути назад больше нет.
– Скандале? О чем ты говоришь?
– Элли хмурится и ей это вовсе не идет. Что-то внутри меня содрогается при виде её лица, мне хочется очертить ее губы и вернуть ту улыбку, которую я знаю и люблю.