Запретный плод

Холли Эмма

Кучер, грузный краснолицый француз, соскочив с облучка, принялся вытаскивать багаж. Поскольку Фредерика уже успела заснуть, Эдвард на руках вынес ее из экипажа. Не успела Флоренс подойти к двери и взяться за молоток, как на пороге появился Фредди. Он явно не готовился к визиту гостей, потому что был одет для садовых работ. На нем были простая рубашка и заляпанные грязью брюки и ботинки. Лицо его потемнело от солнца, волосы выгорели и стали почти белыми. Фредди набрал вес и выглядел более солидно, чем три года назад. В

лице не было и следа мальчишеского задора, весь его вид свидетельствовал, что виконт твердо стоит на земле обеими ногами.

Увидев Флоренс и Эдварда с маленькой девочкой на руках, Фредди растерянно улыбнулся.

– Вот это да! – пробормотал он, не отрывая глаз от спящей Фредерики в помятом розовом платьице. – Гляньте-ка на эту милую крошку!

– Она мила только во сне, – шепотом пояснил Эдвард. – Стоит ей проснуться, и она превратится в дьяволенка.

Фредди негромко засмеялся и забрал у брата свернувшийся комочек.

– Вы быстро добрались. Мы не ждали вас раньше полуночи. Добро пожаловать в Шато Бербрук, наше семейное гнездо! – Виконт обвел рукой сад и дом.

Виллу украшали кусты роз и жасмина, в глубине сада виднелся небольшой фонтанчик и большой стол, который торопливо накрывал Найджел. На белой скатерти появлялись фарфоровые тарелки, приборы, бутылки с вином. При виде вина у Флоренс потекли слюнки – по дороге она наглоталась пыли, да и вообще ее мучила жажда.

– Добро пожаловать! – крикнул Найджел издалека. – Сейчас я накрою на стол и покажу вам ваши комнаты. Надеюсь, вы простите нас, что они не так роскошны, как наша.

И он обменялся с Фредом взглядами настолько интимными, что Флоренс улыбнулась. Похоже, в отношениях этих двоих ничего не изменилось. Девушка направилась к Найджелу.

– Давай я помогу. Если я все верно поняла, у нас будет пикник на свежем воздухе?

– Не совсем так. Предполагался отличный ужин в саду, но поскольку вы прибыли значительно раньше, в наличии есть только вино, фрукты, копченое мясо, паштет и сыр. Еще можно послать в магазин за разными сластями.

– Отлично! Мы все любим пикники, а Фредерика обожает паштеты.

– Как французский поросенок трюфели, – хмыкнул Эдвард.

– Какой кошмар! – притворно воскликнул Найджел.

– Не волнуйся, – утешил его Эдвард. – Мы не станем будить эту обжору, пока не поедим сами.

Мужчины переносили в дом чемоданы и свертки, а Флоренс рассматривала обстановку. Вся она была простой, но изящной, и потому в доме было уютно. После обеда Эдвард и Фред сели рассматривать план имения виконта.

– Вот этот участок погиб в прошлом году – выпало слишком мало осадков. Вот здесь пришлось посадить все заново, потому что виноград был слишком мелким и кислым. Но в целом это неплохие сорта, за пару лет удалось привести все в относительный порядок. Мы продаем столовое вино в соседний замок. А вообще здесь есть одна пожилая вдова –

она уже не может самостоятельно вести дела, а потому предложила нам долю и свои посадки. Еще немного, и наши вина приобретут известность. Все, кто пробовал их, отмечают тонкий букет. Все дело в плодородной почве и хорошем уходе.

– Это верно, – подтвердил Найджел. – Порой мне кажется, что, если в эту землю ткнуть палку, она зазеленеет.

Все трое добродушно рассмеялись. Фредерика, спавшая на пальто Эдварда, расстеленном прямо на траве, открыла глаза. Отметив всеобщее веселье, она села, потянулась и объявила, что голодна.

– Боже мой! – Эдвард притворился, что он в ужасе. – Спасайся кто может. Маленькое прожорливое чудовище хочет есть! – При этом он ловко наполнил тарелку снедью, не забыв о паштете, и протянул дочери.

– Ням-ням, – сказала девочка, набивая рот гусиным ливером. – Фванция ховошая!

– За это стоит выпить, – улыбнулся Фредди, доставая из кадки с холодной водой бутылку вина. На зеленом стекле была наклеена этикетка. Надпись, сделанная от руки, гласила: западные районы имения Бербрук, Бордо, 1875.

Флоренс всплеснула руками.

– Это ваше? Ваше вино? Фредди, это же здорово!

– Всего лишь столовое вино, – польщено улыбнулся виконт. – Наши посадки еще слишком молоды. Но та самая вдова утверждает, что даже для столового вина букет неплох. Так что в будущем это будет отличная марка!

Он наполнил бокалы, не забыв плеснуть крохотный глоток и для маленькой племянницы. Бутылку он держал осторожно, со знанием дела, опасаясь взболтать и потревожить содержимое.

– Виноград – удивительное растение, – провозгласил Фредди, закончив ритуал и глядя сквозь бокал на солнце. – Его тонкие стебли тянутся к солнцу, тяжелые грозди наливаются силой и соком благодаря хрупким усикам, удерживающим их на весу. В этом районе Франции подземные воды залегают так глубоко, что корни винограда должны проложить немалый путь в подземных толщах, прежде чем получат вдоволь влаги и минералов для продолжения жизни. Знаете, что я понял, друзья мои, – улыбнулся виконт, – я понял, что без трудностей зеленый виноград никогда не превратится в хорошее вино. Ничто в жизни не дается легко, но как сладка жизнь, за которую приходится бороться!

– Из этого получится прекрасный тост, – улыбнулся Найджел виконту. – Давайте выпьем за вашу чудесную семью. Похоже, что самый лучший виноград может вырасти только тогда, когда у него крепкие корни.

– За семью, – согласился Эдвард, чокаясь бокалом с братом. Затем он обернулся к Найджелу: – И за любовь, потому что только с любовью можно вырастить хороший урожай.

– За любовь, – смущенно кивнула Флоренс. Каждый сделал глоток, думая о своем, но мысли всех были похожими, а вино казалось солнечным и ласковым – как и жизнь, ожидавшая их впереди.