Запретный город

Цвик Катерина Александровна

— Ага, не виноват. Он же тебя похитил, а только что с ножом над тобой стоял!

— Он всего лишь хотел разрезать веревки, мы договорились, что он меня отпустит, если я побуду с ним эту ночь.

— Что сделаешь? — Казалось, Максим сейчас воспламенится от гнева. Мне пришлось ухватить его за куртку, чтобы удержать на месте.

— Нет, нет, это не то, что ты подумал. Он просто хотел, чтобы сегодня я побыла с ним рядом, максимум подержала за руку и все, честное слово!

— Ага, а зачем ему тогда заряженный пистолет в кармане куртки? — Подал голос Григорий. —

Или он его достал просто так, чтобы был под рукой? Эй, сдвинутый, зачем тебе понадобилось оружие? — Наконец обратился он к Петру. Однако тот только еще больше набычился и ничего не ответил.

— Может, решил совершить самоубийство? — По выражению лица Петра стало ясно, что Гриша был близок к истине, однако, он хотел докопаться до самой истины. — Нет? Хотел убить Алису, чтобы она никому больше не досталась? — Тут стало понятно, что он попал в точку. От подобного Гриша даже опешил. — Ну ты и козел! — С презрение бросил он.

— Нет! Я хотел умереть вместе с ней! Понял! Тогда она навсегда осталась бы со мной! А ты, — он обратился к Максиму, — не трогай ее своими лапами, она моя, слышишь, моя! — Он перешел на крик и забился в своем углу пытаясь освободиться.

Я не верила своим ушам. Он хотел совершить самоубийство и прихватить меня с собой! Нет, это не может быть тот мужчина, которого я когда-то любила, по-своему, но любила.

— Он сошел с ума. Его надо лечить. Разве вы не видите, что он не в себе?

— Видим, но это еще не повод прощать его за то, что он натворил. — Максим направился в его сторону, и я испугалась, что он начнет его избивать.

— Максим, не надо. Он болен, если кто во всем этом виноват, так это я!

— Алиса, я его и пальцем не трону, не переживай. Но если ты и дальше будешь брать на себя вину за каждого психа, который попытается тебя убить, то я тебя сам заставлю показаться целителю. Поняла?

Он подошел к нему вплотную и проговорил:

— Она моя и будет моей всегда, заруби себе это на носу.

Петр хотел, что-то крикнуть в ответ, но, в этот момент, Гаврила заклеил ему рот пластырем:

— Все, ребята, надо отсюда убираться. Мы наделали столько шуму, что скоро здесь появится полиция. — Немного поразмыслив, Гаврила добавил. — А что с ним-то делать будем?

— Его надо лечить! Разве вы не видите? — Мне так было жаль Петю! И я не знала чем ему помочь. Он ведь и правда был очень хорошим, и мне очень не хотелось верить, что именно я стала причиной его сумасшествия.

— Ладно, поручим это нашим людям. Пусть оформят его в какую-нибудь больницу и понаблюдают со стороны.

— Спасибо. — Только это и смогло сорваться с моих губ. Мне было очень горько. Слезы лились по моим щекам, а я их даже не замечала. Только теперь я плакала не из-за испуга. Я поклялась себе, что сделаю все возможное, чтобы вылечить Петра.

— Тебе не нужно себя ни в чем винить. — Максим достал платок и подал мне. — Ты или какая-то другая девушка, все равно рано или поздно что-то подобное случилось бы. — Он подхватил меня на руки и вынес из этой злосчастной квартиры.

— Поставь меня, я и сама ходить

умею.

— Конечно-конечно. — Но он все так же нес меня по улице, крепко прижимая к груди, пока мы, наконец, не подошли к их машине.

Гаврила сел за руль, Георгий рядом с ним, а Максим присоединился ко мне на заднем сидении, после того, как бережно туда усадил. Он обнимал меня и баюкал как маленькую девочку.

— Я так боялся, что с тобой что-то случилось! Господи, никогда в жизни я еще так не боялся! Пожалуйста, не допуская больше таких ситуаций.

Я только кивала головой и наслаждалась его присутствием. Однако понемногу до меня начало доходить, что они нашли меня в огромном городе, среди миллионов людей.

— А как вы меня нашли?

Он вздохнул и начал рассказ.

— Ты долго не звонила, и девочки забеспокоились, они набрали тебя сами, но ты не отвечала. Тогда они поехали к тебе домой и нашли только торчащий из замка ключ и платок, пропитанный хлороформом. Они тут же бросились к границе, когда они, наконец, оказались на нашей стороне и смогли мне позвонить, прошло несколько часов. Несколько часов ушло на то, чтобы понять, где ты можешь быть, и около часа, чтобы туда добраться.

— Ага, — подал голос Григорий, — ты бы видела, как он несся по дороге, я до сих пор не знаю, как мы остались живы.

— Спасибо вам всем огромное. Если бы не вы… в общем, всякое могло случиться. — Максим лишь сильнее прижал меня к себе, а Гриша ответил.

— Не стоит. Это ведь наша работа спасать прекрасных девушек попавших в беду. — И он подмигнул мне в зеркало дальнего вида.

Я улыбнулась ему в ответ.

— Эй, эй, Гриша, ты поосторожней. Она сводит с ума любого мужчину, который имеет неосторожность в нее влюбиться. — Проговорил Максим.

От возмущение я тут же набычилась.

— Что и тебя тоже? — Усмехнулся Гриша.

— Ну, у меня вообще тяжелый случай. — Рассмеялся он и поцеловал меняв щеку.

— Вообще-то это не смешно. — Проговорила я себе под нос, но моей точки зрения никто не придерживался. В конечном итоге я тоже поддалась их хорошему настроению и улыбнулась. — Только я все равно не пойму, как вы узнали, что я у Петра? — Задав вопрос, я поняла, что они не горят желанием на него отвечать. И все же я хотела знать, откуда у них такая осведомленность, ведь я никому про него не рассказывала.

Как ни странно, но ответил мне Гаврила.

— Видишь ли, когда ты попала к нам, мы начали собирать о тебе информацию и поставили твою квартиру под наблюдение.

— Но зачем? Максим, ты шпионил за мной?

— Нет, что ты! Просто, ты же помнишь, при каких обстоятельствах мы попали в Запретный город. Отец тогда подумал, что ты, что мы…враги.

— Враги? — Моему удивлению не было предела.

— Я тебе потом это объясню, здесь все сложно. Вот тогда он и приказал своим людям узнать о тебе все, что возможно. Это помогло нам тебя найти, а если точнее, то камера у твоей квартиры. Мы видели, как все происходило, — его руки сами собой сжались в кулаки, — а потом пробили его лицо по базе данных.