Запределье
Шрифт:
— А поскольку они не допускают инакомыслия, ничего не изменится, — произнес Лиам.
Малахи кивнул.
— Перемены еще возможны, — сказала я, и он перевел взгляд на меня. — Эта женщина в каком-то смысле восставала. Она показывала, что текущий порядок неправильный или, по крайней мере, частично неправильный. Может, есть подпольные группы? Повстанцы, тихонько работающие в сторонке?
— Я не знаю ни одного такого, — ответил Малахи.
— Нет, знаешь, — произнес Лиам. — Большинство из них — в нашем мире. Мозес, Лиззи и другие из Консульства, которые, вероятно,
— Они хотели власти, — сказал Малахи. — Быть угнетателями они хотели больше, чем освободить угнетенных. И вот чем все закончилось. Вернемся в Цитадель.
Он не дождался нашего ответа, повернулся и пошел обратно к зданию.
* * *
— В какое время мы выдвигаемся завтра? — спросил Гэвин, когда мы подошли к своим комнатам.
— Как бы ни закончился разговор с Постулатами, я бы хотел снова выйти до рассвета, — ответил Малахи. — Не думаю, что мы хотим добираться до Завесы по темноте.
— Согласна, — произнесла Рэйчел. — Я могла бы пережить сумерки — нам труднее видеть, но и им тоже. Но полная темнота может быть опасна. Нам нужна видимость.
— На рассвете, — кивнул Лиам. — Встретимся с вами прямо здесь.
— А до тех пор, — произнес Гэвин, оглядываясь по сторонам, — мне интересно, в этой «Жутковатой стране» есть какие-нибудь развлечения?
Лиам повернул Гэвина лицом к его комнате.
— Развлекайся там за запертой дверью. Может, тебе повезет и в мини-баре найдется их пряное вино.
— Хорошо, — через мнговение произнес Гэвин. — Это может быть весело.
— Какие у тебя планы на ночь? — спросил Лиам Малахи.
— Думаю, я хочу прогуляться.
— Составить компанию?
Глаза Малахи расширились в ответ на вопрос Рэйчел, и в его взгляде читались отчасти любопытство, отчасти такая неприкрытая нужда.
— Я бы… не стал возражать.
Она кивнула.
— По твоей готовности.
Малахи указал на лестницу, и они вместе пошли к ней. Они создавали интересный контраст. Рэйчел, миниатюрная и темноволосая. И Малахи, высокий блондин. Ну и, конечно, крылья и другие биологические отличия.
— Потому что сегодня мы еще недостаточно нагулялись? — пробормотал Гэвин, когда они ушли. — Как они могли захотеть еще пройтись? В моей комнате бассейн. — Он посмотрел на нас. — А у вас есть?
— Есть, — ответил Лиам. — И они пошли гулять, потому что он пытается смириться с тем, что произошло на его родине. И потому что они любят друг друга.
— Что? — произнес Гэвин, обернувшись, чтобы посмотреть в том направлении, в котором они ушли. — Не может быть.
— Ты не так уж и внимателен, — сухо сказал Лиам. — Разве ты не заметил, как они смотрят друг на друга?
— Ага, как будто ненавидят. О чем я и говорю.
Я похлопала его по щеке.
— О, милое дитя. Они ненавидят, потому что влюблены, и думают, что не могут с этим что-либо сделать.
Гэвин
— Это… просто глупо.
— Это любовь, mon fr`ere [33] .
* * *
Мы оставили его в коридоре, обдумывать перипетии отношений, и скрылись в мерцающем свете нашей роскошной спальни.
33
Мой брат, братец (фр.)
— Ванна, — сказала я и начала снимать одежду по дороге к дымящемуся бассейну. Но мне удалось снять только рубашку и начать сбрасывать один из походных ботинок, когда мою ногу пронзила боль.
— Ой, — произнесла я и села на мраморный бортик.
— В чем дело?
— Волдыри на волдырях и волдырями погоняют.
Он подошел и опустился на одно колено.
— Могу я помочь?
Он был чертовски сексуален с этими порочными голубыми глазами и насмешливой складкой в приподнятом уголке рта.
— Будь нежным, — согласилась я.
Пока я осторожно прикусила нижнюю губу, чтобы отвлечься от боли, он стащил с моей ноги ботинок, а затем носок.
Нога была в ужасном состоянии. Волдыри уже успели образовались и лопнуть, оставив сырые красные пятна там, где тер ботинок.
— О, cher [34] .
— Новые ботинки, — сказала я. — Ну, не суперновые, но я не носила их годами. И годами не преодолевала такие расстояния. Только когда была в розыске.
34
Милая (фр.)
Лиам улыбнулся, проделал то же самое со второй ногой, и снял с меня остальную одежду. Затем он поднял меня и осторожно отнес к бассейну. Израненные ноги защипало от прикосновения с водой, но когда остальная часть моего тела погрузилась в восхитительно горячую воду, все стало намного лучше.
— Иногда даже слишком совершенный мир может на время быть тем, что надо.
Лиам улыбнулся мне и стянул рубашку через голову. Потом брюки, боксеры, пока он не остался совершенно голым и восхитительно высоким и подтянутым.
— На тебя чертовски приятно смотреть, — сказала я, затем удивленно моргнула, заметив хриплую сонливость в своем голосе.
Лиам тихо и удовлетворенно усмехнулся.
— Хотя мне, вероятно, следует возражать против того, чтобы меня так рассматривали, трудно жаловаться, когда красивая женщина говорит, что ей нравится, как ты выглядишь.
Он скользнул в воду, изящный, как морской котик, на мгновенье задержавшись под водой, прежде чем выскочить, убирая волосы с глаз. Его глаза весело сияли и отражали блики воды. Но когда я попыталась потянуться к нему, обнаружила, что у меня не хватает сил даже чтобы провести пальцами по его груди.