Заповеди Леси
Шрифт:
А Эрик, казалось, обиделся и собрался уже уходить, но я остановила его.
— Подожди, — он замер, а я замолчала, пытаясь подобрать правильные слова, — извини. Я думаю, что ты прав. Ещё раз извини, мне трудно доверять дру-гим людям.
— Почему? — один единственный вопрос, ожививший во мне множество воспоминаний.
— Это… сложно, — Эрик не стал настаивать. Мы оба застряли в неловком молчании.
— О чем ты хотела поговорить?
— О том, чего ты от меня хочешь? Ты ловко уклоняешься от расспросов, но я хочу знать
Я заглянула ему в глаза и между нами началась невидимая борьба, я пони-мала это. Я выиграла, Эрик сдался. Он опустил взгляд и сказал:
— Мне нужна ты, то есть твоя сила. Я хочу, чтобы ты сняла с меня прокля-тие.
— Я не могу, — я была ошарашена его признанием. Неужели он не мог ска-зать мне этого раньше, зачем нужно было юлить и втираться ко мне в доверие?
— Это я уже давно понял. Но для меня по-прежнему остаётся загадкой, по-чему ты никогда даже не пыталась развить свои способности? Ещё вопросы? — да, чёрт подери, я хотела узнать, что за проклятие на нём лежит. Это я и спросила, но Эрик сказал, что это тайна, а поскольку я ничем не могу помочь, то посвящать он меня в неё не будет.
— Мы встречались раньше?
— Да, — и у меня тут же появился целый список новых вопросов.
— Где?
— Я не буду отвечать на этот вопрос, это личное, — я была зла, а Эрик раз-дражающе спокоен. Как так могло быть, что всего лишь пару мгновений назад я не могла представить себе собеседника лучше, чем он?
— Но…
— Не спорь, — он поднял руку, как бы защищаясь от моих расспросов.
— Если ты хотел, чтобы я помогла тебе, то почему хотел укусить? Я ведь знаю, что это был не сон.
— Это… Тебе не понравится мой ответ, — он смущено замолчал. И мне пока-залось, что он больше всего на свете желал, что бы я отстала от него со своими расспросами.
— И всё же? — но теперь я не была так уверенна. Эрик подошел ближе, и ко-гда он заговорил, я проклинала и себя, и свою настойчивость.
— Я хотел тебя. Да что там, я всё ещё тебя хочу — твою кровь, твоё тело. Я думал, что если уж не смогу снять проклятия, то хотя бы развлекусь вдоволь.
Я снова его боялась, по моей коже побежали мурашки. А Эрик ушёл, оста-вив меня со своими страхами один на один.
Когда я вошла в дом, то сразу же побежала в комнату Ромы. Нам нужно было бежать срочно.
Я постучалась, но ответа не было. Тогда я открыла дверь и зашла. Мой брат лежал на кровати с закрытыми глазами. На секунду мне показалось, что он умер. Сердце сжалось от страха. Все кошмары, преследующие меня в видениях, вдруг ожили.
Но подойдя ближе, я поняла, что Рома всего лишь спит.
На его шее я заметила неаккуратно прилепленный пластырь. Меня охва-тила паника, я протянула руку, чтобы дотронуться до него, но тут Рома про-снулся.
— Ты чего, Злата? — он заметил, что я пристально рассматриваю его шею, улыбнулся, как бы давая мне понять, что беспокоиться не о чем. — Представляешь, какой я
— Не ври, — я подошла к нему, чтобы помочь подняться, — здесь был вам-пир?
Я внимательно осмотрела комнату: окно распахнуто настежь, но никаких следов вторжения нет.
— У тебя мания, сестрёнка, — он попытался пошутить, наверное, чтобы скрыть тревогу. Но я слишком хорошо его знала и чувствовала, что он что-то не договаривает. А ещё я ощутила жуткое желание мести за него, я была готова уничтожить любого, кто посмеет причинить ему боль.
Со мной нечасто такое случалось — в моей крови рождалась ненависть, она текла по моим жилам, сводила с ума.
— Кто? — прошипела я.
— Злата, здесь никого не было, — он схватил меня за плечи, — просто верь мне, — он наклонился ко мне, — верь мне, как я верю тебе.
— Мы должны бежать отсюда, Рома, как можно скорее. Это тёмное место, оно погубит нас, — я дотронулась до его щеки, как делала в детстве, когда хотела сказать ему что-нибудь особенно важное, — мы убежим сегодня же, — но теперь он воспринял этот невинный жест несколько иначе.
Я убрала его руки с моих плеч и отошла в сторону. Гнев ушёл, словно его и не было вовсе.
— Злата, что ты со мной сделала? — он схватился за голову. — Я не понимаю. Мы ведь выросли вместе… Это похоже на помешательство. Я всегда любил тебя, как сестру, у меня были девушки. Но теперь я ни на кого смотреть даже не могу. Меня словно прокляли, — он замолчал, что-то обдумывая, а потом посмотрел на меня и сказал, — мы уйдем, но ты…
Он не договорил, запнулся на полуслове, словно сам испугался своих мыс-лей. В его глазах появился странный лихорадочный блеск.
— Я твоя сестра и твой друг, — как же отчаянно я стремилась сохранить ту хрупкую нить, что ещё связывала нас. Но мне не удалось понять лишь одного: я спасала себя от кошмаров, а его бросала в пропасть.
— Нет. Пойми, наконец, что мне этого всегда будет мало!
Я думала, размышляла. Важным было лишь уйти отсюда, сбежать из про-клятого места, а когда мы будем в безопасности, то я поговорю с ним и объясню всё или просто исчезну.
— Да, я понимаю, — мой голос звучал тихо и надломлено.
Я не выдержала, что-то сломалось глубоко внутри меня. Защитный меха-низм вдруг перестал срабатывать. Я пустила в свой мир слишком много новых людей.
— Что ты творишь, Рома?! Что вас всем от меня нужно?! — я не плакала, но была на грани истерики. Мой голос сорвался до крика, будто я надеялась этим привести Рому в чувства, объяснить всё, что хотела.
Дожидаться его ответа мне не хотелось, я выбежала из комнаты. Дверь с грохотом захлопнулась.
Неужели даже ты будешь пытаться меня сломить, разрушить то, что мы так долго создавали. Иллюзию покоя.