Запомни мое имя

Де Роза Сара

неизгладимые шрамы, которые останутся навсегда, но я не хочу думать об этом слишком

много, я не хочу думать о том, свидетельством чего они являются.

Когда вначале я не знала, кто я и ничего не помнила – это меня пугало, я думала, что

это ужасно и чувствовала себя от этого плохо. Но в последние дни я поняла, что не так

важно знать кто я, и не так важно моё прошлое. Значение имеет только настоящее и

будущее, и как показало последнее время, я всё ещё могу их иметь.

Каждый день я создаю

для себя нормальную, новую жизнь и, по правде говоря, я не уверена в том, что хочу

вспомнить такое прошлое. Хотя я всё ещё часто становлюсь жертвой своих кошмаров и

обрывков воспоминаний, но значение имеет только второй шанс, который мне дали, и я не

собираюсь его тратить впустую.

Я выхожу из ванной завернутая в полотенце, поскольку знаю, что Натан ещё не

вернулся со своей утренней пробежки, и иду в комнату. Достаю из шкафа одежду и

одеваюсь. Для моих вещей Натан освободил часть шкафа и нижний ящик в комоде. Не то, чтобы их у меня имелось много и требовалось огромное пространство, но Натану не

нравилось, что мои вещи были брошены под кроватью, и он хотел предоставить для меня

личное пространство.

Я смотрю на своё отражение в большом зеркале над комодом: тёмные круги под

глазами пугают. К сожалению, ночью все мои позитивные мысли идут в ад. Я плохо сплю и

всегда ощущаю тоску и страх. До сих пор не смогла приблизиться к кровати, у меня

продолжаются ужасные кошмары, и часто я просыпаюсь, подпрыгивая от испуга. Я ничего

не сказала об этом Натану, не хочу, чтобы он знал и волновался. У него уже и так много

мыслей о работе, я не хочу добавлять ему заботы больше, чем следовало.

Беру косметичку, которую мне дала Айви, и решаю нанести немного консилера, чтобы

не напугать клиентов. Затем как обычно использую тушь для ресниц и гигиеническую

помаду.

— Хорошо, я бы сказала, что выгляжу почти презентабельно, могу пойти и

приготовить завтрак.

Ставлю всё на своё место и когда я встаю то замечаю, что верхний ящик комода слегка

приоткрыт. Пробую его закрыть, но не понимаю почему, вместо этого, не думая, делаю

наоборот. Сверху различных вещей лежит немного затёртая фотография, как будто её много

раз держали в руках. Беру её и рассматриваю.

Меня ожидает сюрприз: на фотографии Натан, который обнимает стоящую перед ним

блондинку. Но меня удивляет то, что я узнаю Натана, о котором говорила мне Айви, тот

жизнерадостный и счастливый Натан, которого иногда, кажется, можно ещё разглядеть за

облаком печали.

Ещё одна фотография привлекает мое внимание и ошеломляет до глубины души. Но

это не классическое

фото, а УЗИ. «Первая фотография нашей малышки» написано ниже

женским почерком. Что случилось с Натаном? Чей это ультразвук?

— Что ты делаешь?

От неожиданности меня заставляет вздрогнуть голос Натана. Я даже не услышала, как

он вошёл.

— Я... ничего. Я просто... — бормочу смущенно, не зная, что ответить.

— Суёшь свой нос в мои дела! — холодно восклицает он, а его глаза – это чистый лёд, который пронзает моё сердце.

Натан подходит ко мне и резко забирает фотографию из рук.

— Кто дал тебе право здесь копаться? Это личные вещи! — говорит он сердито, возвращая фотографии на место и плотно закрывая ящик.

Я немного отхожу, напуганная его реакцией. Никогда прежде не видела его таким

злым, но это моя вина, я не должна была копаться в его вещах. Сама не знаю, почему это

сделала, я глупая.

— Прости, Натан. Извини. Мне не стоило.

Его реакция заставляет меня подумать – что бы ни случилось в его прошлом, это очень

сильно его ранило, и заставляет страдать до сих пор. Я хотела бы ему помочь. Хочу, чтобы

он знал, что я всегда есть для него, так же, как он всегда есть для меня.

— Натан, если хочешь поговорить об этом, я…

— Не о чем говорить, это тебя не касается!

Его тон строг, как будто напротив стоит другой человек, как будто он снова возвёл

стену и усилил её, чтобы не допустить меня ближе.

— Натан… — пытаюсь исправить это, но его взгляд пригвождает меня на месте.

— Пожалуйста, уходи.

Эти слова ударяют по мне как пощечина, заставляя снова отступить. Мне больно, но я

заслужила это.

— Окей, я пойду на работу, — шепчу, выходя быстрым шагом из комнаты и дома, как

будто я убегаю. На самом деле так и есть. Всего десять минут назад я бы не поверила, что

такое возможно, но я убегаю от Натана.

Когда я оказываюсь снаружи, то останавливаюсь, и глубоко дышу, чтобы сдержать

слезы.

Я его разозлила, и очень сильно. Я предала его доверие, засовывая свой нос, куда не

следует и теперь он злится на меня. Я всё испортила, и что потом? Не понимаю как мне

сейчас себя вести, я даже не знаю, хочет ли он жить вместе со мной. Но с другой стороны, как его осуждать? Он привык жить один, и вот обнаружил меня между ног, как гром среди

ясного неба. Я должна найти себе другое жильё, но у меня ещё недостаточно денег, чтобы

заплатить залог за аренду. Чувствую себя ужасно, я не хотела, чтобы всё так складывалось, и

особенно не хотела ранить Натана.