Записки сексолога
Шрифт:
Начинается истерия с очень простых вещей, связанных с примитивной человеческой внушаемостью. Например, б'oльшая часть тех, кто крутил головами на сеансах Кашпировского, – истерики.
До нас дошло описание целой истерической эпидемии, случившейся в Средние века. В одной из часовен Франции была икона, прикосновение к которой, по слухам, исцеляло от тяжких недугов. К этой часовне паломники шли непрерывной чередой. Среди них были те, кто на самом деле был немощен. Но присутствовали и такие, чье здоровье не внушало никаких опасений до тех пор, пока они не услышали о чудотворной иконе и не узнали, что она лечит, например, от паралича ног. От этой новости у многих истериков отнялись
В моей практике был такой случай. Молодая женщина с истерическими наклонностями вышла замуж, чему был несказанно рада, ибо брак был готовым воплощением всех ее надежд и чаяний. Супруг ее был богат, занимал видную должность на солидном предприятии. Благодаря замужеству она приобрела новый круг общения, появились новые развлечения и возможности.
В один прекрасный день наша героиня одна уехала на пару дней в дом отдыха где-то в области. Но, добравшись до места, она обнаружила, что забыла документы. Пришлось вернуться домой. А был уже вечер. И что она застает? Муж в их шикарной квартире с другой женщиной. Все атрибуты: свечи, шампанское, расстеленная постель.
В этой ситуации есть два вида адекватных реакций:
1. Воспринять измену как личное оскорбление и предательство. Сказать, что, мол, сама не допускаю ничего подобного и тебе этого случая не прощу. Развестись.
2. Да, произошедшее отвратительно. Реакция шоковая. Но в глубине души я знаю: с каждым бывает. Главное, чтобы подобное не повторилось. В такой ситуации я готова простить мужа.
Но тут не следует забывать, что мы имеем дело с женщиной с истерическими чертами личности. Ее первая мысль такова: как посмели меня, такую замечательную, так унизить? И что, теперь я брошу замечательную жизнь, вкус к которой я только недавно приобрела?
И вот после примерно такого рассуждения истерик начинает искать некий, можно сказать, «третий путь» реагирования, отличный от двух вышеперечисленных.
Обманутая жена поднесла руки к глазам:
– Боже мой! Я ничего не вижу!
Это ни в коем случае не была симуляция. Она на самом деле ослепла. И какой символичный симптом: глаза бы мои не видели всей этой гадости, которая разрушает мой мир. Такой своего рода уход от действительности, от проблем, которые надо решать.
По части окулистов все оказалось нормально. Нейрохирурги тоже не обнаружили никаких нарушений. После курса психотерапии все прошло.
Был и такой случай. Женщина 35 лет, у которой не было сексуального партнера, стала выказывать все признаки беременности. При пустой матке! У пациентки растет живот. Через девять месяцев у нее проходят самые настоящие роды. Правда, на свет, естественно, никто не появляется. Эта дама пыталась доказать себе и миру, что она полноценная женщина, в жизни которой есть как секс, так и его последствия.
В клинической психиатрии существует такое понятие, как приятность и выгода, получаемые от симптома. Истерик – вернее, не он сам, а его невроз – может имитировать любые заболевания, естественно, в меру представлений больного о них.
В кардиоцентр Покровской больницы на Васильевском острове постоянно поступают больные с первоначально поставленным диагнозом «инфаркт». Этот диагноз принято «пропускать» еще через один фильтр – консилиум кардиологов. 5–10 процентов диагнозов не подтверждаются: инфаркты оказываются самовнушенными. Истерик всегда имитирует те симптомы, которые в сложившейся ситуации выгодны и приятны. Никто никогда не видел истерический понос! Неэстетично. Гораздо «симпатичней» инсульт, инфаркт или приступ астмы –
Корни истерии лежат в детстве. Таких людей воспитывают по схеме «ребенок – кумир семьи», взращивая в них чувство собственной исключительности, избранности. Все достоинства такого чада всегда возводятся как минимум в десятую степень.
Пример из жизни. Мальчика воспитывают в атмосфере повышенной любви и восхищения. В довольно раннем возрасте он начинает демонстрировать некие способности к музыке. Всё. В семье решили, что у них растет новый Ван Клиберн. Решения дома принимают мама и бабушка; отец – подавленное существо. Отныне вся жизнь семейства вертится вокруг занятий музыкой. Отцу, например, не разрешалось спускать воду в туалете в то время, когда сын музицировал. Дальше – обычная последовательность: музыкальное училище, консерватория. На старшем курсе консерватории будущий Ван Клиберн принимает участие в одном крупном, престижном конкурсе с большим количеством участников и… занимает 64-е место. Родственников подобная ситуация не смущает, они пытаются рационализировать: жюри продажное, у них там все заранее куплено. Но наш герой занимает низкие места на всех конкурсах, в которых участвует, – из года в год…
Так проходит жизнь. На пороге сорокалетия «будущий Ван Клиберн» ночью заболевает тяжелой ангиной: высокая температура, боли в горле. Он вспоминает слова мамы:
– Ангина часто дает осложнения на сердце.
Он думает: мне завтра сорок лет. И к сорока годам я не стал Ваном Клиберном. Видимо, мне не быть им уже никогда… Эта минута и стала отправной точкой невроза. Появились боли в сердце. Никаких отклонений по части кардиологии специалисты у музыканта не обнаружили. Тем не менее ему становилось все хуже.
Сегодня он не может передвигаться без палочки – получил инвалидность. Живет он тем, что дает детям уроки музыки. О себе рассказывает, что его блестящей музыкальной карьере помешала тяжелая болезнь.
Истерическая личность не была бы истерической личностью, если бы она выбрала другой способ реагирования.
Нередко истерия проявляется в сексуальных отношениях. Есть такое отклонение – вагинизм. При нем судорожные сокращения мышц влагалища женщины не дают свершиться половому акту. Иногда они бывают столь сильны, что у гинеколога нет возможности осмотреть больную. Женщины с этой патологией нефригидны – они могут испытывать оргазм. Иногда они занимаются с партнером анальным и оральным сексом… Во всех таких парах мужчина – существо ведомое, тихое, смирившееся. В какой-то момент он оставляет всяческие попытки совершить традиционный половой акт, потому что боится причинить боль своей партнерше. В то же время женщина нередко держит возможность нормального интимного контакта как награду, которую ее партнер получит в будущем за терпение и «хорошее поведение». Вагинизм – одна из форм истерического невроза. О симуляции, понятное дело, речи нет: ни одна симулянтка не смогла бы так напрячь мышцы влагалища.
У тех, кто страдает вагинизмом, в процессе «раскручивания» их прошлого во время сеансов психотерапии обнаруживается психотравма, которая заставила ассоциировать секс с чем-то грязным. Когда эта моя пациентка была девочкой, она слышала разговор взрослых о том, как изнасиловали соседку. Из этой беседы на нее особое впечатление произвела фраза: «Кровь была на потолке».
Может, ту несчастную соседку в момент изнасилования еще и тыкали ножом: трудно представить себе половой акт, при котором кровь разбрызгивалась бы по потолку. Но в сознании будущей больной вагинизмом секс прочно стал ассоциироваться с чем-то болезненным, кровавым и даже преступным…