Запасной вариант
Шрифт:
Какая банальность!
И как похоже на Веронику — припрятать лакомый кусочек для будущего употребления. Тем лучше для нее… Хотя неприятно думать, что назначение на роль зависит от интриг и взаимных услуг.
Дев выволок кресло на открытую террасу. На коленях у него лежал сценарий «Земли». Правда, сейчас, после заката, читать на улице невозможно. Рядом, на неудобном деревянном стуле, стоит нетронутый ужин: остывшая лососина с причудливо нарезанными овощами. Холодильник и морозилка забиты под завязку; он давно уже привык к таким чудесам,
Вероника очень тактична! Но она ошибается. Не выпивка его беда.
Надо будет завтра сгонять старину Грейма в местный винный магазин.
Но выпить хочется уже сейчас.
Бросив сценарий, он вышел через парадную дверь. Грейм жил в отдельном домике, поменьше и ближе к дороге, но Дев не удосужился заглянуть к телохранителю и сообщить, куда он направляется. Хватит с него постоянного надзора. Он имеет право сходить в город и купить себе выпить, ни у кого не спрашивая.
Так он и поступил.
Прогулка пойдет ему на пользу. Приятно, что не нужно выискивать взглядом папарацци. Никто еще не знает, что он здесь.
Его неожиданный прилет в Австралию, конечно, заметят. Скоро в Люсивилль примчатся фотографы. Но пока их нет.
Дев понятия не имел, который час; здесь быстро стемнело. Стало темно по-настоящему — ни одного уличного фонаря, на небе лишь тонкий серпик молодого месяца. Его шаги напугали овец, которые бросились спасаться за проволочную ограду. Иногда ему попадались дома; ярко светились прямоугольники окон.
Вскоре Дев очутился в самом центре городишка. На главной улице поместились магазины, заправочная станция и библиотека. По пути сюда он почти ничего не заметил, так как устал с дороги. Зато теперь он замедлил шаг и с интересом огляделся по сторонам.
Тихо и темно; все уже закрыто. Только в пабе на углу ярко горит свет, оттуда доносится музыка и гул голосов. Широкая деревянная терраса пуста, но двойные двери распахнуты настежь. Дев ускорил шаг.
Общий зал был битком набит. Посетители теснились у стойки, вокруг высоких столов и на диванчиках. Наверное, здесь расслабляется вся съемочная группа. Вряд ли в Люсивилле есть приличные рестораны. Выпить и закусить после работы можно только здесь.
Хотя при его появлении гул в зале не затих, он сразу понял, что его приход не остался незамеченным.
Ощущение, которое когда-то было в новинку, позже раздражало его почти до злости, а теперь оставляло почти равнодушным. Ему ли жаловаться? Ведь он осуществил свою мечту… и так далее.
Ну, ладно…
Протиснувшись к стойке, он положил ладонь на полированную столешницу. Бармен расторопно исполнил его заказ, делая вид, будто ему все равно, кто перед ним. Деву нравилась такая реакция. Ненормальные фанаты попадались редко; больше всего неприятностей ему доставляли папарацци.
Он не сразу поднес кружку к губам. Может, выпивка — не совсем то, что ему нужно? Наверное, гораздо больше он нуждался в быстрой прогулке на свежем
Губы его растянулись в невеселой улыбке. Как там говорится в поговорке? То же дерьмо — другое ведро.
Прислонившись к стойке, он развернулся лицом к залу и огляделся по сторонам. Современная мебель, как ни странно, гармонировала со старым деревянным полом и барной стойкой, которая явно была здесь изначально. Не такой занюханный бар в захолустье, как он себе представлял. Приглушенный свет, уютная обстановка. Посетители не в вечерних платьях, а в джинсах. Вон очень симпатичные джинсы в дальнем углу зала… И ножки в джинсах тоже высший класс. Руби!
Заметив ее, он вдруг сообразил, что искал ее — надеялся здесь увидеть. Она беседовала с друзьями, держа в руке бокал с белым вином. Улыбалась, часто вставляла реплики и смешила остальных. И все-таки ее выдавала чуточку напряженная поза.
Она знала, что он за ней наблюдает!
К ней нагнулась еще одна женщина и что-то прошептала ей на ухо, косясь в его сторону. Руби выразительно покачала головой — и хотя по губам Дев читать не умел, он готов поставить крупную сумму на то, что она произнесла: «Ничего подобного». Он выпрямился и оттолкнулся от барной стойки.
«Он идет сюда!»
От волнения Руби не сиделось на месте.
— Ну и что, подумаешь. Мы уже знакомы! — Она нарочно пожала плечами. — Может, он больше никого еще не знает.
— Интересно, когда ты успела с ним познакомиться? — Селена вытаращила глаза. — И почему я не в курсе?
— Сегодня, — осторожно ответила Руби. — Когда бежала к Полу… Мы едва перекинулись парой слов. — По крайней мере, здесь она нисколько не покривила душой.
Селена тут же сменила тему, хотя с интересом поглядывала на Дева.
— Не возражаете, если я к вам подсяду? — В жизни голос у Дева был таким же глубоким и бархатистым, как у его киногероев. Не в первый раз Руби обругала себя за дурость. Как она могла не узнать его?!
Глубоко вздохнув, она подняла голову, и их взгляды встретились. Руби, Селена и две девушки из гримерного цеха сидели на малиновом угловом диванчике. Спутницы Руби с трудом скрывали эмоции, хотя не первый день работали в кино и, казалось бы, должны привыкнуть к общению со звездами. Правда, Девлин Купер — звезда первой величины, мировая знаменитость.
И он смотрел только на нее.
Руби так и подмывало ответить: «Нет, я против», но такой ответ сулил большие неприятности. Так что она нехотя кивнула:
— Садитесь!
Дев обошел стол и сел рядом с Руби.
Она с трудом заставила себя не отодвинуться. В отличие от своих подруг она не намерена была относиться к Деву как-то особенно. Он такой же участник съемок, как и все! Никаких обожающих взглядов. Никакого экстаза! Вот почему Руби не шелохнулась, хотя ее так и обдало жаром.