Запасная дочь

Зика Натаэль

Девушка покрутила головой, выискивая отражающую поверхность, потом с полминуты рассматривала себя в зеркале, расправляя невидимые складки на платье. И резко сменила тему.

— Я чего зашла-то? Кларис, пошла вон!

Горничная метнула в Даниэль короткий взгляд, присела в книксене и вышла из спальни, плотно закрыв за собой дверь.

Дани вздохнула — неужели сестре опять требуется сила?

— Матушка велела, чтобы ты наполнила мой резерв доверху, — подтвердила её догадки Альбертина.

— Но он у тебя и так наполовину полон! —

перейдя на внутреннее зрение, удивилась Даниэль. — Если я волью в тебя свой резерв, то ослабею! И не смогу танцевать.

Последнее она уже прошептала.

— Танцева-а-ть?! — воскликнула сестра. — Да кто тебя пригласит, бледную моль?! Ты забыла, что обязана мне жизнью? У меня резерв не наполовину полон, а наполовину пуст! Видишь разницу?

— Но…

— Вот и не спорь! Раз матушка говорит, что надо доверху, значит, не разговаривай, а делай!

И сама схватила Даниэль за руку.

Той ничего другого не оставалось, как подчиниться. Но и на этот раз младшая тьера не стала ополовинивать себя, а ограничилась едва четвертью. Альбертина всё равно не поймёт, старшая сестра так и не научилась переходить на магическое зрение и определять наполнение своего резерва. А ей, Даниэль, энергия сегодня самой понадобится!

Какой мужчина обратит внимание на девушку, которую ветром шатает? То-то и оно!

— Всё! — выждав обычное для передачи магии время, Дани отпустила руку Берти. — Мне ещё причёску надо сделать. Где куафёр? И украшения… Матушка сама принесёт или мне нужно к ней зайти?

— Пусть тебя Кларис расчешет, — Альбертина призвала силу и удовлетворённо кивнула, когда на ладони появился пульсар. — И зачем тебе украшения? Ещё потеряешь, ты же такая недотёпа! Потом, твою «красоту» никакая причёска и никакие драгоценности не улучшат. Сиди у себя, когда подадут карету, матушка пришлёт за тобой служанку,

С последними словами Берти крутанулась, мазнув юбками по Даниэль, и вышла из покоев младшей сестры.

Но спустя три четверти часа вместо служанки появилась сама графиня.

— Готова? — женщина придирчиво осмотрела младшую дочь и осталась довольна. — От меня ни на шаг, поняла?

— Но в расписании пометка — все дебютантки должны поприветствовать их величеств, а потом встать в торце зала. Чтобы холостые мужч…

— Вот поприветствуешь, и сразу вернёшься ко мне! С распорядителем я поговорю. Ты же у нас простыла, забыла? — графиня усмехнулась. — Тебя надо поберечь. Идём, карета уже подана!

Дворец сиял огнями, на главной аллее с трудом разъезжались кареты — все знатные семьи королевства постарались прибыть на открытие Сезона. И, разумеется, никто никому не хотел уступать, создавая толчею и заторы. Да такие, что то и дело требовались усилия придворных магов.

Ещё бы подданные не спешили на праздник — наследник решил выполнить свой долг и выбрать себе жену!

Какой-то род скоро возвысится, почему бы не наш? — думали главы семейств, в чьих домах имелись девушки на выданье.

А то, что у правящего

рода сила весьма капризна, и не каждая тьера её способна выдержать, мало кого останавливало.

«Если окружить дочь целителями и заручиться помощью архимага, — рассуждали особенно предприимчивые и не особенно чадолюбивые теры, — то она как-нибудь доносит королевского отпрыска. А больше от неё ничего и не требуется!»

Целый айс до дворца карета семейства де Маритт двигалась медленным шагом.

Пешком дошли бы намного быстрее, но такое графиня де Маритт ни за что не допустила бы!

Они — представители знатного рода — и своими ногами?! Словно низкородные, словно бедные!

Потом, платья и туфельки испачкаются, а их хозяйки перемёрзнут, ведь не лето! Не все владеют магией в такой степени, чтобы окружить себя тёплым воздухом, надевать же шубу поверх бального наряда настоящее кощунство! Он же безнадёжно помнётся!

К тому же, выездные лошади и карета — ещё один способ продемонстрировать, подчеркнуть своё высокое положение и богатство.

Уже сегодня все будут обсуждать друг друга!

— Четвёрка серых графа Ловери великолепна! Но шестерик гнедых герцога Томаско лучше!

— А вы заметили, что в баронской короне на карете де Брунто настоящие изумруды?

— Тоже так хочу! Надо сказать мужу, пусть купит самые большие сапфиры, чтобы наш герб сверкал и переливался ярче герба барона!

Общество не простит ни малейшей оплошности, заметит любую, даже самую мелкую деталь и с пристрастием разберёт её по косточкам. А если не следить за другими, то о чём терам и тьерам говорить, что обсуждать, кому завидовать следующие полгода после Сезона?

А у них дочь — будущая невеста принца! Нет — нет, только в экипаже!

Наконец, карета графа де Маритт подъехала к ступеням, и пассажиры выбрались наружу.

Помня наказы матушки, Даниэль держалась чуть позади матери и старшей сестры. Конечно, спины родственниц закрывали ей весь обзор спереди, но зато никто не мешал рассматривать то, что по сторонам.

— Тьера дебютантка сюда, — на входе у них проверили магические метки, и ловко рассортировали.

Один слуга сопроводил графа с графиней и старшей дочерью из холла в левое ответвление, а второй предложил Даниэль следовать за ним. И привёл её в небольшой зал, полный молодых девушек.

Дебютантки держались группками, видимо, уже были знакомы друг с другом раньше. И каждую вновь прибывшую встречали придирчивыми взглядами, оценивая как возможную соперницу за сердце наследника.

Стоило Даниэль войти, как все головы синхронно повернулись в её сторону, а потом также синхронно отвернулись.

Девушки вернулись к беседам, потеряв к новенькой всякий интерес.

И Дани их прекрасно понимала — ну кто воспримет всерьёз бледное недоразумение в нелепом наряде? Впрочем, это её нимало не расстроило — пусть меньше внимания, это даже лучше. А морок она снимет перед самым входом в зал.