Западня
Шрифт:
«Вот так, никакого просвета, — подумал Джек. — Выходит, зря запоминал, в какой карман положены ключи».
Он вздохнул и прикрыл глаза. Оставалось только ждать.
Кроме внештатников Гастона, которые прятались на крышах в жилом квартале, на своем прежнем посту — на восемнадцатом этаже строящегося небоскреба — дежурили Штефан и Забродский.
Помимо прежней задачи — наблюдения, им предстояло сыграть роль огневого прикрытия. Для этого были приготовлены ракетные комплексы «Слейдер» — восемь штук, а в толстом
С высоты восемнадцатого этажа все возможные мишени были бы видны как на ладони, однако пока на участке дороги было тихо.
Зажужжал диспикер Штефана.
— Слушаю, — ответил он.
— Как вы там?
— Все отлично, сэр. — Штефан узнал голос майора.
— Тягачи с цистернами от вас видно?
— Только капот одного из них.
— Ладно. Я вот о чем подумал, осмотрите внимательнее крышу фабрики. Ночью в обход ворот на территорию могли проникнуть стрелки. Поскольку люди ячейки там уже были и все разведали, этого вполне можно ожидать.
— Есть, сэр. Обязательно проверим.
Закончив разговор с Гастоном, Штефан подошел к стоявшему на треноге оптическому дешифратору и, покрутив ручки настроек, навел прибор на крышу одного из корпусов фабрики.
— Ты чего? — спросил Забродский, который сидел на раскладном стульчике, держа на коленях стодвадцатимиллиметровую трубу «Слейдера».
— Шеф просил, чтобы мы еще раз осмотрели фабрику… — пояснил Штефан.
— Это не поможет, — безапелляционно заявил Забродский. — Если там кто-то есть, мы узнаем о нем, лишь когда он начнет стрелять. Одним словом, все станет ясно, когда начнется заваруха.
— А она точно начнется?
— Думаю, да. Есть у меня такое предчувствие. Смотри, вон там внизу мороженщик с тележкой — наверно, это Майерс.
— Наверно… — буркнул Штефан, не отвлекаясь от работы.
— А кем ты обычно наряжался? Разносчиком рекламных буклетов?
— Нет, я всегда был инспектором по озеленению… Я носил зеленую куртку с надписью «Гринуокер»…
Это было важной частью работы оперативников — быстрое превращение в людей, спешащих по своим неотложным делам. Возвратившиеся из аэропорта коллеги уже разбрелись по кварталу — кто под видом чистильщика ковров, кто в личине торговца полезными мелочами, была даже парочка влюбленных — они раскатывали на спортивных велосипедах, гоняясь друг за другом и следя, чтобы пистолеты не вываливались из-под одежды.
56
Контрразведчики готовились к операции, и их противники — тоже. Они припадали к окулярам биноклей, чувствуя, что враг где-то рядом.
Проверяя расстановку сил, Сайрус связался с камрадами, ожидавшими его сигнала в двух джипах — под мостом на развязке. Они должны были дождаться, когда колонна проедет по шоссе, и пристроиться следом за двумя внедорожниками своих коллег.
Люди были на месте, они ждали команды, и Сайруса это радовало.
— Ингрид, мы приближаемся, — сообщил он своей возлюбленной. —
— Поняла тебя, — ответила Ингрид и кивнула двум камрадам, которые вместе с ней прятались на чердаке трехэтажного дома.
Бойцы отлепились от водопроводных труб и двинулись к намеченным позициям. С внутренней стороны к черепице они приклеили рукоятки, с помощью которых можно было мгновенно сделать окошко для стрельбы.
Сгорая от нетерпения, из кабины тягача выбрался Питер Уэйк, недавний «инспектор по строительству». Теперь при нем был бинокль. Питер высунулся из-за угла и стал разглядывать этажи будущего небоскреба.
Почти сразу на самом верху он приметил два вырезанных в стеклянной панели окна. Они были довольно большими, правильной квадратной формы. Кто и зачем их вырезал, можно было только гадать. Питер не помнил, чтобы эти окна были там прежде, а ведь он не раз осматривал здание перед «инспекцией». Кому пришло в голову резать дорогостоящую панель?
Покрутив настройки бинокля, Питер сумел рассмотреть сквозь эти окна даже стены внутри помещения. Однако это было все, что ему удалось. Ни людей, ни оружия, ни шпионской аппаратуры он не увидел. Да и как разглядишь, если снаружи панели были покрыты светоотражающей пленкой.
Питер связался с Сайрусом:
— Это я, камрад.
— Слушаю тебя, Питер.
— В здании, которое я посещал, на восемнадцатом этаже появились два прорезанных в стеклянной панели окна. Они квадратной формы, довольно большие…
— Ну и что ты думаешь по этому поводу?
— Это может быть огневая позиция, ведь наблюдать можно не разрезая стекла.
— Ладно, я перекину эту задачу на ребят, которым будет проще решить ее…
— Я понял, — сказал Питер. Сайрус имел в виду двух снайперов, которые ждали своего часа, притаившись на крыше фабрики.
После разговора с Питером командир тут же передал одному из стрелков полученную информацию.
— Будь наготове, Рино! Главное — это машины, однако и про форточки эти не забывай!
— Не забуду! — пообещал Рино и, сняв прицел со своей мощной винтовки, пристроил его на чердачном окне.
Оба квадрата он обнаружил сразу. Затем тонким фонариком подал знак напарнику, который прятался в другом конце чердака.
Тот быстро подошел.
— Что такое?
— Строящийся небоскреб видел? — спросил Рино, прикручивая прицел к винтовке.
— Ну, — кивнул напарник.
— На восемнадцатом этаже в стекле прорезаны два квадрата. Мне сказали, что раньше их там не было.
— Могут шарахнуть оттуда? — догадался напарник.
— Правильно мыслишь.
57
Ехавшая первой машина сопровождения свернула в сторону фабрики. Тяжело качнувшись на выбоине, за ней повернул и фургон, в котором находился Рамон Альварес. В своих мечтах Сайрус уже представлял себе, как обнимет старого друга, изможденного голодом и долгими допросами.