Занавес
Шрифт:
И вновь с растущим беспокойством:
— Проснитесь…
Когда стало ясно, что ответа не последует, мы отправились на поиски полковника Латрелла. Он выслушал нас, в бледно — голубых глазах его появилась тревога. В нерешительности он дёрнул себя за ус.
Миссис Латрелл, у которой всегда был готов ответ, не знала, что сказать.
— Надо как-то открыть комнату. Другого выхода нет.
Второй раз в жизни я видел, как взламывают дверь в Стайлзе, а за нею то же, что и в первом случае — насильственная
Нортон в халате лежал на постели. Ключ от двери был у него в кармане. В руке он держал небольшой пистолет — настоящую игрушку, способную, однако, сделать своё дело. Прямо посередине лба покойника была небольшая дырочка.
Несколько секунд я не мог понять, что это мне напоминает. Это уже было — давно, очень давно… Я был слишком утомлён и не мог ничего вспомнить.
Едва я вошёл к Пуаро, он сразу же, взглянув на меня, спросил:
— Что произошло? Нортон?
— Мёртв!
— Как? Когда?
Вкратце я ему всё рассказал и закончил словами:
— Говорят, это самоубийство. Конечно, что ещё могут сказать? Дверь была закрыта, окна — тоже, ключ в кармане. И потом, я сам видел, как он вошёл в свою комнату, и слышал, как он запер дверь на ключ.
— Вы его видели, Гастингс?
— Да, минувшей ночью.
— Вы уверены, что это был Нортон?
— Конечно. Я его халат везде узнаю.
— А! Мы же говорим о человеке, а не о халате. Ма foi! [27] Каждый может надеть такой халат.
27
Поверьте моему Слову (франц.)
— Я не видел его лица, — медленно произнёс я, — но его волосы, прихрамывающая походка…
— Каждый может хромать, mon Dieu!
— Вы хотите сказать, что я видел не Нортона?
— Ничего я не хочу сказать. Просто меня раздражают те признаки, по которым вы определяете, что это был именно Нортон. Нет, нет, я ни на минуту не предполагаю, что это был не Нортон. Вряд ли это был кто-нибудь другой. Все мужчины в этом доме высокого роста, и вы же не сможете скрыть рост — нет! А у Нортона рост всего пять с половиной футов, tout de meme [28] . Это похоже на шутку чародея, не правда ли? Нортон входит в свою комнату, закрывается на ключ, который кладёт к себе в карман, а утром его находят убитым с пистолетом в руке. Ключ по-прежнему лежит у него в кармане.
28
Кстати (франц.)
— Вы не верите, что он застрелился? — спросил я. Пуаро медленно покачал головой.
— Нет, — сказал он. — Нортон не застрелился. Он был убит.
Я спустился вниз как в тумане. Дело было настолько неясным, что я даже не подумал о последующих шагах преступника. Разум мой был в смятении.
Но всё же какая-то логика должна была быть!
Нортон был убит, но почему? Чтобы
Но он уже доверился другому человеку.
А если так, значит, этот человек тоже в опасности?
Да, это была настоящая опасность, но я был не в состоянии что — либо сделать, я был беспомощен.
А ведь мне следовало об этом знать.
Мне следовало предвидеть…
«Cher ami! — произнёс Пуаро, когда я выходил из его комнаты.
Это были последние слова, которые я слышал от него, потому что, когда Кёртисс поднялся к нему, он увидел, что его хозяин мёртв…
Глава 18
Совсем не хочется думать об этом, а писать тем более.
Эркюль Пуаро умер, а вместе с ним по существу умер и Артур Гастингс.
Я приведу вам только голые факты. Это единственное, что я могу сделать.
Пуаро умер, говорят, естественной смертью, — от сердечного приступа. Произошло то, о чём предупреждал доктор Фрэнклин. Вне всякого сомнения, смерть Нортона повлияла на Пуаро. По странному недосмотру в нужный момент рядом с маленьким детективом не оказалось ампул амилнитрита.
Была ли эта оплошность случайной? Может, кто-нибудь специально спрятал их? Нет, дело, наверное, не только в этом. Не мог же Икс точно знать, когда у Пуаро произойдёт сердечный приступ.
Я не верю, что Пуаро умер естественной смертью. Он был убит, также как Нортон и Барбара Фрэнклин. Я не знаю, почему их убили, я не знаю, кто их убил!
При расследовании причин смерти Нортона все пришли к выводу о самоубийстве. Сомневался только судебный медик. Он заявил, что неестественно стрелять себе прямо в центр лба. Только он бросил тень сомнения. Все остальные смотрели на это дело просто: дверь комнаты закрыта изнутри, ключ в кармане пострадавшего, окна закрыты, пистолет в руке. Кроме того, Нортон жаловался на головные боли. В последнее время он также испытывал серьёзные финансовые затруднения. Едва ли это основательные причины для самоубийства, но на определённые размышления они наводили.
Пистолет явно принадлежал Нортону. Его дважды видела горничная на туалетном столике в комнате покойного. Так-то вот! Очередное, прекрасно инсценированное преступление — и никаких следов, указывающих на преступника.
В противоборстве с Пуаро, Икс выиграл.
Теперь дело было за мной.
Я прошёл в комнату Пуаро и взял шкатулку, которую он мне показывал.
Я имел на это полное право, так как Пуаро назначил меня своим душеприказчиком. Ключ был на шнурке вокруг шеи маленького детектива.
В своей комнате я открыл шкатулку и вновь был потрясен, потому что досье преступника Икса там не было. А ведь я видел это досье всего день или два тому назад. Это было доказательством того, что Икс не дремлет. Эти бумаги мог уничтожить как сам Пуаро, что маловероятно, так и Икс. Негодяй!
Шкатулка, однако, не была совершенно пустой. Я вспомнил обещание Пуаро, что найду предметы, которые послужат ключом к разгадке.
Может быть, эти предметы он имел в виду?
В шкатулке лежала пьеса Уильяма Шекспира «Отелло» в небольшом дешевом издании, а также пьеса Джона Эрвина «Джон Фергусон» (в ней лежала закладка в третьем акте).