Занавес
Шрифт:
Прошлые страхи атаковали сознание Рены. Девушка изо всех сил пыталась вернуться в настоящее. Она уставилась на Джорджа, стараясь сосредоточиться и прогнать воспоминания. «А он ничего», — подумала она. Своими темными глазами и еще более темными короткими волосами он походил на кинозвезду, которая так нравилась Рене — на Мэтта Диллона. «Он даже улыбается, как Мэтт Диллон», — подумала Рена.
— Джордж, это была эффективная шутка, — признала Джулия, почти не сердясь.
— Зачем ты это
Парень улыбнулся Рене самой сладкой киношной улыбкой:
— Я просто хотел произвести на вас впечатление!
— Ты и произвел впечатление, — в голосе Джулии явно прозвучал сарказм. — Однако — плохое впечатление.
Он не обратил внимание на Джулию, но, продолжая улыбаться Рене, объяснил:
— Я всю неделю пытался привлечь твое внимание, но ты меня игнорировала.
— Я же не знала… — начала было Рена.
— Теперь ты признаешь, что я сумел все-таки обратить на себя внимание! Я отвечаю за театральные реквизиты, так что могу достать любую сценическую краску и все такое прочее, — произнес он с гордостью. Его темные глаза, не отрываясь, смотрели на Рену.
«Он такой непосредственный, — подумала она. — Как ребенок. И кажется таким… таким… несчастненьким».
— Я могу достать сценические шрамы, пулевые ранения — словом, все, что угодно! Все это необычайно интересно!
— Да уж, необычайно, — произнесла едко Джулия. — И часто ты откалываешь такие шуточки и пугаешь людей, а?
— Я не думаю, что театр должен ограничиваться лишь сценой, — сказал Джордж, по-прежнему пристально глядя на Рену. — Ты читала про искусство перевоплощения?
— Неужели ты думаешь, что лежать в луже крови на пороге нашей комнаты и пугать нас до смерти — искусство? — спросила Джулия, подбоченясь.
— Да! Я попытался создать артистическую ситуацию — с собой в главной роли. Я думаю, что могу пробудить в зрителях те же чувства, что художник или скульптор. Или даже драматург, создавая воображаемую ситуацию, близкую к реальной жизни, — не сдавался Джордж.
— Превосходно! При виде тебя мы чуть не потеряли свой ленч, — продолжала возмущаться Джулия.
— Это было бы нормальной реакцией, — важно сообщил Джордж и улыбнулся Рене.
— Тебе повезло, что ты такой милашка. — Гнев Джулии постепенно улетучивался. — Если бы ты не был таким симпатичным парнем, то так просто бы не отделался!
— Ты собираешься стать актером? — спросила Рена.
Вопрос, видно, удивил Джорджа.
— Бакс считает, что я подаю надежды, — гордо сообщил он.
Рене стало как-то не по себе. Большинство парней, которых она знала, никогда так не смотрели ей в глаза. Он будто хотел передать ей свое напряжение,
Она с трудом отвела взгляд и уставилась на ковер.
— Мы с Реной собираемся поплавать, — сказала между тем Джулия. — Не хочешь пойти с нами?
— Да, было бы здорово! — воскликнул он.
— Нет. Я… эээ… я передумала, — сказала Рена. — Пойду полежу немного.
Джулию это, казалось, взбесило, но лишь на мгновение. Вскоре она просияла:
— Ладно. Встретимся у воды внизу, — обратилась она к Джорджу.
— Нет, пожалуй, как-нибудь в другой раз, — уклонился парень.
Джулия попыталась скрыть обиду.
Джордж обошел девушек и легкой походкой направился к выходу.
— Увидимся позже! — крикнула ему вслед Джулия.
Он остановился и обернулся.
— Если я могу что-нибудь сделать для тебя, дай мне знать, — сказал он, обращаясь исключительно к Рене. Казалось, он вложил особый смысл в свои слова. Несомненно, это было своего рода приглашением к дальнейшему общению.
— Как насчет крови? — крикнула ему вдогонку Рена. Лужа крови не давала ей покоя, несмотря на то что это была всего лишь сценическая краска.
Джордж пожал плечами.
— Она легко смоется водой, — ответил он, помахав ей рукой на прощание. Но вдруг добавил загадочно: — Искусство и иллюзия. Именно из-за этого мы все здесь, не так ли? Искусство и иллюзия…
Обе девушки смотрели Джорджу вслед, пока он не скрылся за углом. Затем они перешагнули лужу крови и вошли в комнату.
Это было маленькое помещение с крашеными, тонкими, оштукатуренными стенами. Было слышно, как в соседских комнатах разговаривают другие девчонки. «Мы будто живем в картонной коробке», — подумала Рена, когда впервые сюда вошла.
Здесь едва хватало места для двухэтажной койки, деревянного складного стула и комода с зеркалом прямоугольной формы. Комод был из сосны, и только волшебник или какой-нибудь силач мог выдвинуть ящички, которые деформировались, да к тому же пахли плесенью. Еще здесь был небольшой чуланчик размером с телефонную будку. Единственное окно открывало вид на холм. Ванная комната находилась в конце коридора.
— Он настоящий ребенок, — сказала Джулия, усаживаясь на стул.
Рена состроила гримасу.
Джулия удивленно на нее посмотрела и продолжила:
— Безусловно, он тобой интересуется.
— Мне все равно, — ответила устало Рена, укладываясь на край кровати Джулии. — Он не мой тип.
— Не твой тип?
— Он слишком давит. Какой-то… больной. Лечь на пол, притворяясь мертвым… Это безумие.
— Нет, всего лишь шутка, — Джулия поразилась такой неистовой реакцией подруги.