Замок Орх
Шрифт:
Во весь опор скакали единороги по пыльной дороге, невзирая на раны, полученные в битве. Хотя раны были незначительными, но всё-таки причиняли боль и кровоточили.
Вот уж с очередного холма в далёкой сизой дымке можно было различить очертания Онутхайма. Вот уж и новая развилка, с поворотом, ведущим на прежнюю дорогу. С высокого холма было видно, как по дороге от Онутхайма к той же развилке движется густое чёрное облако. О том, что собою представляло это облако, и девушки и единороги уже знали.
— Быстрее, сворачиваем на другую дорогу! — крикнула Треллия, стараясь
— В чём дело, Хорт? — Спросила Треллия, когда её единорог остановился.
— Если мы свернём сейчас, нежить об этом узнает, и засада нас будет ждать уже в конце этой дороги. Можно не сомневаться.
— Да, это так, — согласилась Адиона. — И что ты предлагаешь?
— Я предлагаю бой, — мотнул гривой Хорт.
— Бой? — изумилась Адиона.
— Тогда нежить будет думать, что мы рвёмся к Онутхайму! — настойчиво произнёс Хорт.
— Хм! В этом есть смысл, — задумчиво произнёс Зак.
— А у нас есть выбор? — улыбнулась принцесса.
— Если мы ввяжемся в бой, нас могут убить, но если мы в него не ввяжемся сейчас, нас точно убьют в конце этой дороги, — подвела черту Треллия.
— Тогда вперёд? — Адиона взмахнула мечом, и стальной клинок блеснул в лучах солнца.
— Вперёд! — ответила Треллия и тоже сверкнула своим клинком.
Невзирая на раны, полученные в прошлой битве, единороги понеслись на приближающуюся чёрную тучу, наклонив головы так, что их смертоносный рог был примерно на уровне шеи тёмного воина. Ритмичный стук копыт сливался воедино со стуком сердца Адионы и Треллии. Увидев несущуюся навстречу белоснежную массу, отряд тёмных воинов остановился и приготовился к бою. Но было поздно. Острые как алмазная грань рога поражали нежить с такою стремительной силой, что казалось, будто какой-то неистовый ураган проносится сквозь строй мрачных безмолвных фигур, оставляя за собой груду исчезающих в Тёмном Мире останков. Два меча орудовали так же превосходно, прикрывая Зака и Хорта с флангов. Поэтому нежити не так-то просто было подобраться к открытым бокам единорогов. Хотя иногда всё же им удавалось едва коснуться своим кривым мечом белоснежного тела единорога. Но смельчак тут же падал ниц от удара меча.
Через некоторое время и от этого отряда ничего не осталось. Тут же, несмотря на раны, единороги понесли своих всадниц по дороге от Онутхайма к тракту, идущему вдоль Яр-реки. Неистовый вопль Командора потрясал стены кабинета. И вовсе не от боли, а от досады и от безграничной злобы кричал Командор, направляя полчища нежити в Онутхайм, оставляя свободным тракт вдоль Яр-реки.
Когда единороги оказались на тракте, вдоль него, насколько хватало глаз, не было ни одной заставы тёмных стражей.
— Сделаем остановку, Хорту нужно остановить кровь! — крикнула Треллия, поравнявшись с Ад по и ой.
— Да, короткую остановку мы можем себе позволить, — согласилась принцесса. — Но только ненадолго. Свернём с дороги в степь и скроемся за теми холмами.
Едва соскочив со своего единорога, Треллия тут же бросилась
— Как-то странно, — заметила Треллия, вдруг перестав жевать и вопросительно поглядев на подругу. — Почему за нами нет погони? Ведь нежить может найти нас по следам.
— Правда, странно, — ответила Адиона, до сих пор как-то не подумав об этом.
— Ведь мы тут сидим столько времени, что нежить, напав на наш след, уже давно бы рыскала по всему тракту.
— Просто нежить не чует наших следов, — раздался рядом голос Зака. Он подошёл к девушкам и слышал часть разговора.
— Не чует ваших следов? — переспросила изумлённая Треллия.
— Не чувствуют, — подтвердил Хорт, подошедший в это время ко всей компании. — Дело в том, что единорогам присуща особая сила. Сила жизни, способная уничтожать нежить. Это не магия. Это просто такое свойство, полученное нами от природы, вероятно, в благодарность за то, что мы относимся к ней с трепетом и уважением.
— Да, я помню вашу прекрасную страну, — с горечью в голосе сказала Адиона. Ей до сих пор было стыдно вспоминать, как они охотились за кровью единорогов.
— Поэтому твари Тёмного Мира становятся уязвимы, когда их ранит наш рог или меч с нашей кровью.
— Тогда получается, чтобы стать неподвластным Тёмному Миру, нужно заботиться о природе, о деревьях, травах, рыбах?.. — спросила Треллия, доверчиво заглядывая в глаза Хорта.
— Не просто заботиться, а раствориться в ней, слиться в единое целое, а не противопоставлять себя ей! — ответил Хорт и, как показалось девушкам, внутренне улыбнулся. — Для людей это сложно, а вот единорогам оказалось проще.
— Да, для большинства людей это трудно… — согласилась Адиона.
— Потому-то Тёмный Мир и начал с Амилора, — задумчиво произнесла Треллия и сама испугалась своих слов.
— Но пора в путь! — вдруг встрепенулась принцесса. — Зак, Хорт, если вы в порядке, мы отправляемся.
— Садитесь, мы готовы, — отозвался Хорт и тряхнул гривой.
Через мгновение вся четвёрка была в пути. Пыль поднималась за ними и долго висела в воздухе над дорогой жёлто-бурой пеленой, медленно оседая на своё прежнее место. Близился вечер.
Бессильная злоба терзала Командора почти с полудня. С того самого момента, когда, сняв все свои заставы с торгового тракта и бросив их в район Онутхайма, он начал прочёсывать там всю местность. Почти сантиметр за сантиметром Варгат Орх просматривал видения, посылаемые ему его воинами, но на миг появившаяся принцесса вновь растаяла как привидение. В бешенстве он просматривал одно видение за другим, но в окрестностях Онутхайма принцессы не было. Все попытки обнаружить её след были тщетны.