Замок Ллира
Шрифт:
До того, как принц Рун неожиданно ляпнул о книге и золотом шаре, Ачрен, как видел Тарен, была явно напугана и озадачена словами Гвидиона. Тень страха пробегала по ее лицу. Теперь же она гордо выпрямилась, губы ее раздвинулись в коварной улыбке.
– Ты думаешь, я пыталась скрыть правду от тебя, лорд Гвидион,—сказала она.—Я знаю, что книга заклинаний исчезла из Каер Колюр. Да, я долго искала ее. Золотой Пелидрин тоже был утрачен. То ли принцесса Эйлонви выбросила его, то ли потеряла. Ты прав, без этих двух вещей мои планы были бы невыполнимы.
Губы Гвидиона сжались, морщины лица его отвердели. Медленно и спокойно он произнес:
— Принц Моны не обманул тебя. Мы действительно нашли и книгу, и Золотой Пелидрин. Но ты никогда их не получишь!
— Неужели? — ехидно протянула Ачрен,— Мне достаточно протянуть руку, и они будут у меня!
— Но их нет у нас,—ответил Гвидион —Они хорошо спрятаны, и найти их ты не сможешь.
— Ну, это легко исправить,— улыбнулась Ачрен.— Есть средства, которые развяжут любой язычок, и он сам выкрикнет любую, самую сокровенную тайну, поведает самый важный секрет — Она посмотрела на принца Руна, — Принц Моны, надеюсь, заговорит и без моей настоятельной просьбы, не так ли?
Рун заморгал и прерывисто вздохнул, но продолжал неотрывно и отважно глядеть прямо в глаза Ачрен.
— Если ты решила мучить меня,—сказал он,— пожалуйста, не тяни. Попробуй. Интересно будет посмотреть, что ты из меня вытянешь и много ли выяснишь, поскольку я и сам не имею понятия, где спрятан Пелидрин. Ну, что медлишь? Начинай!
— Отдай мне арфиста, леди Ачрен,— задрожал от нетерпения Мэгг в то время, как Ффлевддур ощетинился и с вызовом уставился на него.—Отдай! — страстно повторил Главный Управитель.— Он под мою музыку запоет лучше, чем когда-то пел под свою арфу. Я его быстро прикончу.
— Попридержи язык, Мэгг! — прошипела Ачрен.— Они должны заговорить, прежде чем я покончу с ними.
Рука Гвидиона потянулась к рукояти черного меча.
— Только посмей тронуть хоть одного из моих спутников! — воскликнул он.— Сделаешь это, и, клянусь, я уничтожу тебя, пусть это будет стоить мне жизни!
— И я клянусь! — отпрянула Ачрен — Попробуй тронуть меня, и девушка умрет! — Она вдруг успокоилась и тихо произнесла: — Что, так и будем стоять, Гвидион? Выбирай, или жизнь за жизнь, или же за смерть — смерть!
— Если они взяли мою игрушку,— сказала Эйлонви, прижимаясь к Ачрен,— пусть вернут се. Не годится золотому шару оставаться в руках каких-то незнакомцев.
Тарен непроизвольно ахнул, услышав слова Эйлонви. Ачрен, внимательно следившая за всеми, быстро повернулась к нему.
— Это не радует тебя, Помощник Сторожа Свиньи? — усмехнулась она, — Тебе обидно, что она называет тебя незнакомцем? Для тебя это острый нож! Верно? Больнее, чем муки несчастного лохматого существа, совсем недавно катавшегося у твоих ног! Но это не выбить у нее из головы, пока я не прикажу. Хочешь все изменить? Тогда… Неужто какая-то золотая безделушка слишком высокая цена за это? Или книга заклинаний, которая вам все равно
Ачрен приблизилась к Тарену, вперив в него взгляд своих немигающих глаз. Голос ее понизился до зловещего шепота. Слова ее, казалось, достигали не только его ушей, но проникали в самое сердце, падали камнем.
— Какая разница Помощнику Сторожа Свиньи, кто правит Прайденом? Я или некто иной? Даже лорд Гвидион не в состоянии вернуть тебе ту, кто для тебя всего дороже. Своим упрямством он может лишь ускорить ее смерть. А я могу отдать тебе её жизнь. Да, лишь я могу обещать тебе этот бесценный дар!
Она уже почти шептала ему на ухо, приникая к его груди.
— И больше, гораздо больше,—лились ее слова, ядом обещаний отравляя сердце Тарена.— Со мной принцесса Эйлонви станет королевой. Но кто станет ее королем? Хочешь, чтобы я освободила ее от слова, данного этому безмозглому принцу? Да, да, Мэгг сказал мне о скорой ее свадьбе с сыном Руддлума.
Тарен отшатнулся, но Ачрен не отпускала его.
— Если это случится, то какова будет участь Помощника Сторожа Свиньи? Выиграть принцессу сейчас, чтобы потом отдать её другому! Не об этом ли ты все время думаешь, Тарен из Каер Даллбен? Так подумай и о том, что Ачрен отвечает услугой за услугу.
Глаза Ачрен пронзали его, как две ядовитые стрелы, и голова Тарена закружилась. Он тщетно заставлял себя не слушать ее пронзительный шепот. Он отворачивался, закрывал уши ладонями.
— Теперь говори…— приказывал голос Ачрен.— Золотой Пелидрин… спрятан… ну!
Тарен содрогался всем телом.
— Ты получишь то, что просишь!
Чей это голос? В первое мгновение Тарену показалось, что это он сам, против своей воли, выкрикнул, выкинул эти слова в тишину. Но тут же понял: нет, это не он сказал!
Страшные слова эти произнес Гвидион!
Принц Дома Доны стоял, гордо откинув голову в шапке седых волос. Глаза его сверкали. Гнев неузнаваемо исказил мужественное лицо. Голос воина был резким, холодным, он прозвенел под сводами Большого зала будто удар стального клинка о камень. Страшен был этот голос, и Тарена пронзила дрожь. Даже Ачрен вздрогнула от неожиданности и замерла.
— Ты получишь то, что просишь,—вновь твердо повторил Гвидион.— Золотой Пелидрин и книга заклинаний зарыты у разрушенной стены около ворот. Я сам их там спрятал.
Ачрен мгновение помолчала, потом глаза ее сузились.
— Ты лжешь мне, Гвидион? — злобно прошипела она сквозь сжатые зубы.— Если это неправда, минуты жизни принцессы Эйлонви сочтены.
— Ты можешь пойти и взять их,—спокойно ответил Гвидион.— Неужели ты станешь еще медлить?
Ачрен коротко кивнула Мэггу.
— Сходи и принеси их,— приказала она. Главный Управитель торопливо покинул зал, а Ачрен снова обернулась к Гвидиону.— Остерегись, принц Дома Доны! — предупредила она.— Не касайся своего черного меча. Не подходи ко мне!