Замок целителей

Хенли Виктория

Морлен резко повернулся и поманил к себе Девина.

— Подойди-ка.

Дорьян отчаянно попытался моргнуть, когда Девин с застывшей улыбкой приблизился к Морлену.

— Скажи им, Девин. — Морлен вновь тряхнул бутылкой. — Скажи им, как тебе понравился ваххс.

На лице мальчика не было никакого страха.

— Мне нравится ваххс.

— А теперь скажи мне, Девин, кто из этих пленников ненавидит меня?

Девин без запинки ответил:

— Все.

— А кто-нибудь из них хочет моей смерти?

— Они

все хотят твоей смерти.

— И ты тоже? Ты хочешь, чтобы я умер?

Девин помотал головой.

— А ты хочешь помочь мне?

Мальчик кивнул.

— Пора пить Ясперу, — сказал Морлен. — Но сперва мне хотелось бы кое-что поправить на его лице. И я хочу, чтобы ты помог мне, Девин.

Вынув свой острый кинжал, Морлен вложил его в небольшую ладонь Девина.

— Мне не нравится это клеймо на его лбу, — сказал лорд. — Срежь его.

Девин крепко обхватил пальцами рукоятку. Опустив другую руку на голову Яспера, он приставил лезвие ко лбу.

Яспер не смотрел на Девина. Глаза его были обращены к Маэве.

И тогда Маэва запела.

В песне ее не было слов, и никакими словами нельзя было описать то, что она произвела своими звуками в комнате. Солдаты примерзли к месту. Удерживавший Маэву стражник уронил руки, выпустив ее, Дорьян вырвался из хватки своего солдата, Сара последовала его примеру. Освободился и Яспер. Нож вывалился из пальцев Девина на пол. Замер даже лорд Морлен. Дорьян смахнул бечевку с лица.

И в этот миг всеобщего смятения Сара сорвалась с места, и в руке ее сверкнул кривой нож. Подбежав к Морлену, она полоснула его по горлу.

Хлынула кровь, Морлен отбросил Сару. Она неловко упала, не выпуская нож. Дорьян бросился к ней на помощь.

Должно быть, только нож, выкованный в пространстве начал, мог пролить кровь Морлена.

Лорд Морлен выронил бутылку, разбившуюся возле его ног, и вцепился в горло обеими руками, стараясь остановить поток крови.

— Убейте ее, — прохрипел он. — Отберите у нее этот нож и убейте девку.

Однако солдаты его не прикоснулись к оружию. Они внимали песне Маэвы и рыдали, как потерявшиеся дети. Дорьян поднял Сару на ноги. Она выставила нож в сторону Морлена. Не отрывая рук от горла, тот осел на землю. Меж его пальцев текли струйки крови.

— Тебе от меня не спрятаться, — пригрозил он.

— Ты умираешь, — ответила Сара, возвышаясь над Морленом, пока песня Маэвы сковывала всех остальных.

Это так. Она поразила его оружием, созданным из первооснов.

— Не смотри в его глаза, — предостерег Сару Дорьян. — Мгновение смерти приносит великую силу, и он способен увлечь тебя за собой.

— Я знаю, кто вы, и знаю, где найти вас, — выдохнул Морлен. — Смерть не способна остановить эбровена. И никто из вас даже отчасти не понимает природы моей власти.

Он прикоснулся рукой к висевшей на шее цепи и обхватил пальцами камень дримвенов. Рядом валялся нож, выроненный

Девином, и Яспер потянулся к нему, однако Морлен стремительным движением перехватил его за запястье. Хрустнула кость, и Сара полоснула Морлена по руке. Он выпустил Яспера, и рука того бессильно повисла.

Яспер взял нож Морлена в здоровую руку и разрезал цепь, на которой висел камень дримвенов. А потом краем рубашки стер с камня кровь Морлена.

Он поднялся и неровным шагом побрел к Маэве, протянув ей сокровище дримвенов, как только она закончила свою песню. Взяв камень, Маэва упала в объятья Яспера. И оба они застыли, словно прикосновение это было важней всего остального, что происходило сейчас вокруг.

— Маэва, — скрипучий голос Морлена покрыл рыдания его людей, — а я бы сделал тебя эбровеной… подарил бы тебе весь мир…

— Только не поворачивайся к нему, — вновь предостерег Дорьян.

— Весь мир! — проскрипел Морлен.

— Мир? — ответила Маэва. — Мне не нужен весь мир.

— Дура, — выругался Морлен. — Твой дар растрачен… отвергнуто наследие, которое могло бы достаться тебе.

Маэва гордо подняла подбородок.

— С меня достаточно наследия моей матери, память о мужестве которой будет жить вечно.

Сара замахнулась лезвием, обретенным вне пространства и времени.

— А у тебя, Морлен, теперь нет ничего. Ты не найдешь никакой тропки отсюда, которую мог бы испоганить своей кровью.

Морлен закрыл глаза.

— Я буду искать тебя и после смерти, — прошептал он.

Маэва вдруг охнула:

— Девин!

Мальчик неторопливо приближался к Морлену, словно притянутый невидимой веревочкой. Бросившись к нему, Маэва повернула ребенка лицом к стене. Дорьян стал между ними и Морленом.

Тень опустилась на Дорьяна. Он услышал свое дыхание и удивился тому, что, хотя тень эта сгущалась и распространялась достаточно долго, грудь его еще не успела сделать ни одного вздоха. Он хотел крикнуть Саре, чтобы она вновь воспользовалась своим клинком и разрезала тень, медленно выраставшую перед ним, — однако воздух, постепенно наполнявший его легкие, не позволял говорить.

Тень толкнула его, волна холода окатила сердце. В голове его судорожно пульсировали собственные слова: «Мгновение смерти приносит великую силу». Однако единственный вздох так и не завершился.

«Помоги мне, Сара!»

Перед ним выросла другая фигура, отчасти похожая на человеческую, но наделенная длинными и темными крыльям, стоявшая в сером коридоре за серебряной вуалью.

Кабис говорил ему, что князь Тьмы является к умирающим. «Значит, я умираю?»

— Вот ты и пришел ко мне, как я и ожидал, — проговорил крылатый.

Какое-то острие кольнуло в бок Дорьяна. Тяжесть оставила его сердце. Тень Морлена скользнула мимо него, обдав волной холода, и исчезла в сером коридоре за Серебряной границей.