Заместитель императора
Шрифт:
— Откуда?
— Ну не всегда же аристократам помощь демона требовалась.
— Например? — Ашам крайне редко делилась подробностями своей прошлой жизни, и как было упустить такую возможность, когда она сама об этом заговорила?
— Например, во время войны на Лагое меня позвала одна крестьянка.
— И что просила?
— «Спаси сына, демон!». Пацана как раз в армию забрали.
— И как, спасли?
— Его ещё, для начала, найти нужно было. Женщина-то была слепая от рождения. Пришлось спасать разом всех мальчишек, которых
— Вот так просто? Взяли и остановили войну!
— Не просто и не быстро. Три года на это ушло. Ладно, ты же не за этим меня разыскал? — поспешила она сменить тему, не желая вдаваться в подробности.
— Я, кажется, нашёл того, кто жаждет войны. Интересует?
13
— В крохотный кабинет Юргона, который тот организовал себе в городском магистрате, набилось куда больше народа, чем он в норме мог вместить. Кроме Ашам и хозяина кабинета здесь присутствовали главнокомандующий Мирон Юнт, несколько чинов от жандармерии и Йёргун Аускайте. Куда же без него, тем более, когда вопрос касается веры?
— Так поведайте же нам, многоуважаемый, как удалось вам всего за три недели раскрыть дело, над которым моё ведомство бьётся уже больше чем полгода? — спросил жандармский чин, которого Ашам хоть и представили, да она всё равно не запомнила, как его зовут. И ревниво оглядел приличные стопки бумаг на столе Юргона — большая часть из них была предоставлена его ведомством.
— Очень просто. Начал с самого главного вопроса: Кому это выгодно?
— Никому, — бухнул Мирон Юнт, которому наряду с подавлением то и дело вспыхивавших крестьянских бунтов, приходилось то и дело брать на себя защиту границ от набегов кочевников. Уж кому как не ему было знать, что взять с этих дикарей нечего, а поймать ох как непросто.
— Совершенно верно, — легко согласился Юргон. — Воевать с вендами своими силами — финансовое самоубийство. Да и империи выгоды почти никакой. Земли бедные, только под разведение овец и годятся. Сами горцы — народ гордый, поражения не признают и сопротивляются до последнего. С такими если воевать — то вырезать всех под корень. При таких условиях, начинать войну можно только по идейным соображениям. Вот тут то мы и начали проверять биографии всех более менее видных лиц провинции. И начали именно с того, на которого указала нам повелительница, — он почтительным кивком указал на Ашам.
— Это ты о ком? — она нахмурилась, напряжённо вспоминая, кого мог иметь в виду Юргон. — Случайно не о том высокомерном старике, которого мы встретили на приёме у юра Хорин?
— Именно о нём. Только баю Мехон имел достаточные причины для ненависти к горцам.
— Это вы о том, что его дочь сначала похитили, а вернули уже беременной, на сносях? Мне это не кажется достаточным поводом.
— Хотя баю безусловно имеет право злиться и мстить, — Ашам слегка прикусила губу, начиная сочувствовать горю отца,
— Это всё не то. Вы не учитываете специфики местного менталитета и обычаев. Да. С девушкой получилось нехорошо. Но она от рождения слабоумная и даже не поняла того, что стала матерью. К тому же, нет ни каких свидетельств, что в плену с ней обращались плохо. Здесь другое. Мехон прямой потомок того рода, что правил в Борее ещё до присоединения к империи. Он даже называет себя по прежнему обращению «баю». Никто и никогда не обращался к нему «юр». В таких семьях весьма строго блюдётся чистота крови. А тут внук, наследник — горец-полукровка.
— Подождите, какой же он наследник, если у баю нет сыновей? Только дочь, да и та слабоумная.
— В этой провинции, если не имеется прямого наследника мужского пола, титул и состояние переходит к старшему внуку. И числят его по роду деда, а не отца.
— Тогда становится понятно, — демон поправила стопку папок вознамерившуюся слететь на пол. — Мстить за попранные великодержавные амбиции собрался. И с чего же начался конфликт. Не просто же так кочевники решили покуситься на честь дома Мехон?
— На границе родового поместья Мехон с предгорьями имеется святыня, которой поклонялись венды, да и местные крестьяне туда тайком наведывались.
— Что за святыня? — заинтересовался Йёргун, внезапно поняв, зачем его пригласили на это собрание.
— Толком ничего не известно. Те, кого мы пытались расспросить предпочитают отмалчиваться. Местные считают её одной из Аватар Единого, хозяин земель называет языческим капищем, а что там себе думают горцы — неизвестно.
— Следовательно нужно съездить и на месте разобраться. Неужели у нас есть неучтенная Аватара!?
— После того, как мы решим, что делать с баю Мехоном. Доказательства вины у вас есть, или только логические построения?
— Есть, конечно. После того, как мы поняли, на кого стоит обратить пристальное внимание, а также вникли в хитросплетения реальной местной иерархии, которая далеко не всегда совпадает с официальной имперской, нашлись и свидетели, и документы. И, кстати, на границе с соседней провинцией нашлись зернохранилища в которых содержится то зерно, которого мы не досчитались по осени. И даже склады с кое-каким имуществом, которое незачем хранить мирным землевладельцам.
— И как вы это обнаружили? — поинтересовалась Ашам, на глазах которой начала разворачиваться интереснейшая детективная история.
— Лично я обнаружил в жандармских рапортах, а потом отправил помощников съездить, убедиться лично. А жандармы наткнулись, как я понимаю, в ходе инспекторских объездов случайно.
— Да. И нам убедительно объяснили, что это запасы провинции на случай голода.
— А кроме того, жандарм, когда он один — человек маленький и жить хочет, и когда его настойчиво просят не заглядывать в кое-какие запертые двери…