Замечательные женщины

Пим Барбара

– Нашей церкви очень не хватает средств.

– Может, следует сделать пожертвование… как своего рода благодарность, – легкомысленно сказал Роки. – Хотя я бы предпочел что-то более долговечное. Витраж, например. Витраж Рокингхема Нейпира! Так и вижу его: очень много красного с синим. Или некую сумму на покупку ладана высшего сорта?

– Уверена, это будет с радостью принято.

– На том, пожалуй, и порешим. А теперь надо спешить… До свиданья!

После его ухода я долго смотрела ему вслед из окна. А потом вспомнила, что так уже стояла раньше – и не слишком давно. Но мои мысли тогда, хотя и более меланхоличные, почему-то

казались приятнее. Теперь же меня одолевали разочарование и опустошенность, словно он не оправдал моих ожиданий. А на что я, в сущности, надеялась? На скучную, надежную дружбу, без обаяния, без шарма? Нет, такого достаточно между женщинами, даже между мужчинами и женщинами. Разумеется, не будь он женат… но это заставляло предположить ситуацию слишком уж нереальную. Для начала я вообще с ним не встретилась бы и уж точно не удостоилась бы привилегии приготовить ему ленч в тот день, когда от него ушла жена, или заваривать чай по стольким «случаям». От этой мысли вернулось беспокойство из-за Иврарда и его мяса, и того, что я отказалась его приготовить. С большим облегчением я услышала, как на церковной колокольне бьют часы: пора идти на собрание по поводу рождественской ярмарки.

Глава 25

«Возможно, слишком уж часто здесь заваривают чай», – думала я, наблюдая, как мисс Стэтхем доливает воды в тяжелый заварочный чайник. Все ведь поужинали дома (или так предполагалось) и теперь собирались обсудить приготовления к рождественской ярмарке. Неужели нам правда нужна чашка чаю? Что-то в таком духе я и сказала мисс Стэтхем, а она посмотрела на меня обиженно, почти сердито.

– Нужен ли нам чай? – переспросила она. – Но, мисс Лэтбери…

В голосе ее звучало недоумение и волнение, и я начала понимать, что мой вопрос затронул нечто глубинное. Такие вопросы вызывают лавину мыслей и разрушают картину мира.

Я промямлила что-то про шутку и про то, что чай нужен всегда, в любой час дня и ночи.

– Этот чайник очень уж тяжелый, – откликнулась мисс Стэтхем, поднимая посудину обеими руками и ставя ее на стол. – Мужчины могли бы помочь его нести, – добавила она, повышая голос.

Церковные старосты мистер Моллет и мистер Конибир и казначей мистер Гэмбл оторвались от своего дела, которым занимались на заговорщицкий мужской лад, то есть разложив перед собой множество бумаг, но не двинулись с места.

– Вижу, за дело взялся так называемый слабый пол, – произнес мистер Моллет. – Думаю, у мисс Стэтхем все под контролем.

– Ну же, – откликнулась она, – освободите место для вашего же чая. Вы и так завалили стол бумагами, да еще и локти поставили. Еще опрокинете что-нибудь. Можно подумать, что вы совсем не нуждаетесь в чашке чая.

– Напротив, напротив, – отозвался мистер Конибир. – Не стесняйтесь, разливайте, мисс Стэтхем, место мы скоро освободим.

Мы с мисс Стэтхем налили чай мужчинам и дамам и наконец уселись. Уинифред осталась дома – у нее была сильная простуда, Джулиан еще не пришел, к немалому удовольствию присутствующих, поскольку можно было свободно и без неловкости обсуждать разорванную помолвку. Со времени великого события это было первое приходское собрание.

– Разумеется, мужчина способен снести такое с большим достоинством, – сказала мисс Стэтхем, накрывая чайник вязаной грелкой. – Кто хочет вторую чашку, наливайте себе сами. Мужчина не испытывает такого стыда, как женщина.

– В конце концов, он легко может посвататься

к кому-то другому, – добавила мисс Эндерс. – По прошествии некоторого времени.

– Обжегшись на молоке, на воду дуют, – внес свою лепту мистер Моллет. – Я бы сказал, ему повезло. Нет, по-своему она, конечно, была очаровательная леди. Но если у отца Мэлори есть капелька здравого смысла, он не станет спешить с новым сватовством. Уж ему-то известно, что и без жены неплохо живется.

– Право же, мистер Моллет, хорошо, что вашей жены тут нет, – возмутилась мисс Стэтхем. – Что бы она подумала, услышав, что вы говорите такие вещи?

– Думать хозяйка предоставляет мне, – под смех мужчин ответил мистер Моллет.

– И вообще, зачем священнику жена? – вопросил мистер Конибир. – У него есть сестра и вы, дамы, чтобы помочь в приходе.

– Что за вопрос! – хихикнула мисс Стэтхем. – Он ведь мужчина, верно? А все мужчины одинаковы.

Последовала довольно неловкая шутливая перепалка между мисс Стэтхем и обоими церковными старостами. Я не нашла в себе сил присоединиться к ней, лишь позавидовала тому, как легко она с ними болтает. Шутки прервало появление сестры Блэтт, которая выглядела очень довольной.

– Всем привет, – сказала она, тяжело садясь и сияя, точно начищенный чайник. – Стыд и срам! Сроду ничего подобного не видела.

Мы спросили, чего именно.

– Того, в каком виде миссис Грей оставила кухню в той квартире. Знаете, сегодня приезжали из компании по перевозке, чтобы забрать ее мебель. Боже мой, там еда осталась в кладовой! Три недели пролежала! И даже тарелки не вымыты!

– Она уехала в спешке, – напомнила я. – Сомневаюсь, что ей пришло в голову помыть перед тем посуду.

В мгновения кризиса люди склонны забывать про посуду: кому, как не мне, помнить, сколько грязной посуды осталось в кухне Нейпиров в тот день, когда сбежала Елена.

– Но, мисс Лэтбери, дорогая, это никак не объясняет беспорядка. Открытые консервные банки с объедками, зачерствевшие корки и все такое грязное… Уж я-то никогда не думала, что она подходящая жена для отца Мэлори, и часто это говорила. Боюсь, она была истинная змея.

– В овечьей шкуре, – добавил мистер Моллет. – Кстати, священник почтит нас сегодня своим присутствием или нет?

– Рискну сказать, что он забыл о нас и играет с парнями в дартс, – сказала мисс Стэтхем. – Кто-нибудь хочет пойти проверить?

Вызвалась я и, приготовившись к встрече с упорядоченным хаосом, переступила порог соседнего помещения, где Джулиан играл в дартс с приходскими ребятами. Жаль было прерывать игру и тащить его на наше скучное собрание ради скучных разговоров и остывшего, перестоявшего чая, и он действительно оторвался от игры довольно неохотно.

– В чем дело, Милдред? – спросил он. – Собрание по поводу ярмарки? Боже ты мой, я напрочь про него забыл.

Заняв место во главе стола, он рассеянно принял чашку остывшего чаю. Теперь все притихли, точно из уважения к новому статусу Джулиана, каким наделила его разорванная помолвка.

– Извините, что заставил вас ждать. Итак, какова именно цель собрания?

– Целью могло бы стать обсуждение подарка от прихода, – шепнула мне сестра Блэтт. – Как хорошо, что мы не начали собирать деньги.

Казначей, откашлявшись, пустился в объяснения.

– Ах да, рождественская ярмарка, – весело отозвался Джулиан. – Думаю, она пройдет как обычно. Нам и правда надо устраивать из-за нее собрание?