Заложник

Штенье Робин

– Даже не знаю, на кого из вас я злюсь больше. Ты рожденный и позволил так с собой обойтись! Как же ты сможешь защитить доверенного тебе?
– она подлетела к нему вплотную и, обняв, погладила по грязным волосам.
– Тише-тише. Засыпай, братишка, спи. Ты забудешь все, что с тобой сделали, как будто этого не было. Но будешь знать, что этот человек собирался тебя убить медленно и мерзко. Не бойся, я о нем позабочусь.

Олейя подождала, пока парень ляжет на пол и заснет, свернувшись калачиком, после чего подлетела к князю Эгри. Опустилась ниже и со всей силы пнула его ногою в живот, Эгри

вскрикнул и открыл глаза.

– Глядя на тебя, к своему ужасу понимаю, что падение может быть настолько... отвратительным, - детская ручонка схватила князя за ухо и повернула к себе.
– Запоминай. Хорошенько запоминай. Теперь всю оставшуюся жизнь ты будешь заботится о нем, как о своем боге. И если посмеешь подвергнуть его жизнь опасности, - она постучала указательным пальчиком по лбу князя, - вот здесь взорвется маленький капилляр, сделав из тебя овощ. А я буду навещать тебя каждый день. Посмотрим, насколько страдания очищают. Ты меня понял?

Эгри согласно моргнул, после чего его отпустили. Олейя снова поднялась в воздух, грустно окинула комнату взглядом и, вздохнув, растворилась, словно и не было ее никогда здесь. И в тот же миг в библиотеку ворвалась охрана Людвига. Жаклин вскочила и бросилась к отцу, не желая смотреть на лежащих на полу.

– Успокойся, Жаки, - он нежно обнял ее и повел прочь отсюда, бросив охранникам: - Доставьте принца Александра в лазарет, а с Эгри я поговорю чуть позже.

"Вот как, - с ужасом поняла Жаклин, - этот парень, похожий на мертвеца, и есть пропавший принц" Она заплакала, но после случившегося себя ей все равно было жальче.

Нейтральные Земли, Итор, 35 день бом.

После ссоры с отцом Лисард никак не мог прийти в себя, хоть и прошло столько времени. Ему постоянно мерещилось, что руки начинают покрываться черной концентрированной пси, с которой никак не справиться. Он плохо спал. Просыпался среди ночи и проверял, не натворил ли чего во сне, из-за чего стал похож на зомби: не сходящие синяки под глазами, бессмысленный взгляд, заторможенность реакции. Еще и дергался каждый раз, как кто-то из взрослых оказывался рядом.

Несколько раз Лиса навещали Дари с Миги, и в их компании становилось легче. Пару раз им удавалось убаюкать его своими историями о происходящем в приюте, и он спал до четырех часов к ряду, отчасти потому, что друзья не уходили, когда Лисард засыпал. Глен приходил лишь однажды, ему передалась чужая паника, и Уайт слег с нервным истощением. По словам близнецов, его палата похожа на комнату маленькой девочки: яркие цвета, куча плюшевых игрушек и робот-нянька. В другой раз Лис бы посмеялся над этим, но недавно сам чуть не угодил в похожую. Спасибо Ксеронтнасу: послал психологов к Камью и разрешил выбрать любую палату рядом с Алексом, благо весь этаж был свободен. К тому же Лисард все равно большую часть времени проводил рядом с Венксом.

Сегодня он снова пришел туда. Осмотрелся в поисках Олейи, не найдя, выслушал доклад робота о состоянии друга и уселся на полу под окном, уткнувшись лицом в колени. Спать хотелось невыносимо, но сон не шел, лишь тихая боль в висках мешала сосредоточиться на чем-то кроме нее. И под ее пульсацию Лисарду казалось, что он то вырастает до размеров комнаты, то наоборот становится

совсем маленьким, меньше записывающего кристалла или клипсы. Надо было встать и взять у робота обезболивающее и, возможно, снотворное, но Лис сидел и вслушивался в неприятные ощущения, словно в них таилась какая-то истина.

Кто-то осторожно потряс его за плечо и, вызвав новую вспышку боли, громко спросил:

– Ты чего на полу сидишь?

Это был Эдуард Ким, настроенный вполне себе дружелюбно. Поэтому характерные покалывания пси на кончиках пальцев оказались совсем не к месту. Лисард отшатнулся к стене, впившись ногтями в колени, и попытался успокоиться.

– Попробуй через себя пропустить, - посоветовал Эд, - пси твоя, а значит, тебе никакого вреда не причинит, только вернется обратно в поток.

Он задрал рукав рубашки и сосредоточил на ладони небольшой потрескивающий шарик, после чего впитал его обратно. Лис увидел, как силовые линии приходят рядом с венами, а потом впитываются в кожу как какой-нибудь крем или стимулятор. Ладно, попытка не пытка. Лисард был в футболке, потому прекрасно видел черные линии с синими прожилками силы, но не знал, с чего начать. Легко сказать: втяни. Как втягивать-то? Он сжал пальцы в кулак, думая так замкнуть пси на себя, и тут же вскрикнул от нестерпимой боли.

– А я смотрю, в вопросах контроля ты все такая же бестолочь, -Э д покачал головой и, не боясь пораниться, взял Лиса за руку: -Я сейчас пущу самый слабый разряд своей пси, тебе покажется легким покалыванием. Попробуй пустить ток вслед за ним.

С такой помощью получилось лучше, чернота впиталась обратно, вскоре за ней исчезли и синие прожилки. Эдуард удовлетворенно кивнул и повернулся к андроиду:

– Эй, дай чего-нибудь от ожогов!

Через минуту робот уже ворковал возле Лисарда, втирая прохладную мазь и накладывая сверху обеззараживающую повязку. Потом, не спрашивая позволения, вколол что-то больное и посоветовал пойти в свою комнату и лечь спать.

– Спасибо, Тван. Сейчас пойду, - пообещал Лис и с помощью Эда поднялся на ноги, голова немного кружилась.

– Забавное имя. Почему Тван?

– Терапевт-врач, А-класса, - Лисард улыбнулся, ему нравилось имя, которое он дал роботу.

– А "н" что значит?

– Ничего. Просто "Тва" мне показалось незаконченным, я и добавил букву, - Лис попытался пожать плечами, но голова снова закружилась, и он вцепился в спасительное плечо Эда.

– Нет, она тоже должна что-то значить, - Эдуард сделал вид, что ничего не произошло, и принялся размышлять вслух, пока они шли к палате Лисарда: - Тван же уникальный робот? Теперь уже точно уникальный. Тогда может "н" - неповторимый? Терапевт-врач А-класса, неповторимый.

– Звучит, - Лис улыбнулся, чувствуя, как боль постепенно уходит.
– Так и оставим.

Эд усмехнулся и посторонился, чтобы не мешать открыть дверь. В палате Лисарда было прохладнее, но тот вместо кровати снова уселся на пол, едва не забыв, что не один. Поднял взгляд на Эдуарда и кивнул на кровать.

– Садись, гостем будешь.

– А чего ты все сидишь на полу?
– Эд проигнорировал приглашение и сел напротив Лиса, поджав под себя ноги.

– Не знаю... Бзик подсознания, наверное.