Заложник
Шрифт:
Томас перестал работать и прислушался, не скрипят ли ступени. В прихожей было тихо.
Он включил телефон. На этот раз индикатор показывал, что аккумулятор заряжен лишь на четверть. Мальчик нажал кнопку повторного набора.
Лора Мартин сердилась:
– Это была самая настоящая глупость. Чего вы, по-вашему, добились?
Ничего не ответив, Тэлли поспешил прочь. Он не хотел быть рядом с ней, когда позвонит Томас. По рации он связался с Мэддоксом и, пока шел через соседний участок, пересказал ему содержание беседы с Руни. То, что Руни говорил
Когда зазвонил телефон, Тэлли поспешно свернул на соседскую подъездную дорожку, невидную от дома.
– Я их достал!
– Здорово, сынок. Ты теперь у себя в комнате, да? Мне надо знать, что на дисках.
– Один я уже открыл.
– Говори, что ты видишь.
Томас прочитал ему названия компаний, которые были Тэлли неизвестны. Потом упомянул еще две: «Палм-Спрингс венчерз» и «Спрингс уайнери». Здесь просматривалась связь с Палм-Спрингс: ведь дом Смита строил подрядчик из Палм-Спрингс. Тэлли велел Томасу открыть файл компании «Палм-Спрингс венчерз», но там было лишь что-то вроде финансового баланса – подсчет прибылей и убытков, без упоминания конкретных имен.
– Ладно. Открой другой диск.
Те несколько секунд, которые понадобились мальчику, чтобы поменять диски, показались Тэлли вечностью. Он обливался потом от страха, что Томаса обнаружат. Но вот Томас прочел названия файлов, и Тэлли понял – то, что нужно! «Черный», «Белый», «Полученные», «Выданные», «Трансферты», «Источник», «Расписки» и т.п.
– Файл «Черный». Открой-ка.
– Там еще файлы.
– Как называются?
– Думаю, это штаты: КА, НВ, ФЛ. НВ – это что, Невада?
– Ага, Невада. Открой Калифорнию.
Томас принялся описывать длиннющую таблицу: она растянулась на несколько страниц. В ней перечислялись незнакомые Джеффу названия, указывались даты и суммы. Тэлли места себе не находил. Это занимало слишком много времени.
– Прочти-ка мне еще названия файлов.
Томас успел прочесть еще семь или восемь названий, прежде чем Тэлли его остановил.
– Открой-ка «Налоги корпораций».
– Тут опять цифры, только я думаю – это годы. Девяносто два, девяносто три, девяносто четыре, и все вроде этого.
– Открой этот год.
– Это налоговая ведомость. Папа заполняет такие, чтобы посылать правительству.
– Посмотри сверху – не говорится там, чьи это налоги? Может, название компании есть?
– Там написано: «Семейное предприятие».
– Поищи что-нибудь вроде «Служащие» или «Компенсация исполнителям».
– Тут есть «Компенсация служащим», но имя там только одно.
– Какое?
– Чарлз Дж. Бенци.
Прохладный ночной воздух вдруг стал душным. Тэлли ошибался. Уолтер Смит вовсе не монстр. Отец Томаса просто работал бухгалтером у Сонни Бенци, и у него хранились финансовые отчеты работодателя. Их было вполне достаточно, чтобы надолго отправить Сонни за решетку, а его организацию вывести из игры.
Вот почему похитили родных Тэлли. Джейн и Аманда оказались в руках самой крупной преступной организации на Западном побережье.
Томас вдруг торопливо проговорил:
– Кто-то идет. Надо кончать.
Телефон умолк.
Тэлли бросился к своей машине. Если диски
Томас услышал, как из двери вытаскивают гвоздь. Он выдернул компьютер из розетки и бросился на кровать, засунув телефон под покрывало в тот самый момент, как открылась дверь.
Вошел Кевин с тарелкой в руках. На тарелке – два куска пиццы и банка диетической кока-колы.
– Я тебе поесть принес.
Кевин отдал Томасу тарелку. Томас спросил:
– Когда вы собираетесь уйти из нашего дома?
– Никогда.
Кевин, не обернувшись, закрыл за собой дверь и снова забил в косяк гвоздь.
Томас прокрался к шкафу. Ему нужно было знать, что они собираются делать. А еще ему был нужен пистолет.
Марион Клюз нашел вход в отделение «скорой помощи» на противоположной от главного подъезда стороне здания больницы. Только-только наступила полночь, а на улицах уже ни души. Долина Санта-Кларита – очень приятное для жизни место, подумал он.
На стоянке перед отделением он увидел всего три легковых автомобиля да пару санитарных машин, но сбоку здания стояли четыре фургона СМИ. Марион припарковался перед входом и пошел в больницу.
Репортеры сгрудились у бюро пропусков, разговаривая с задерганной женщиной в белом халате. Марион понял, что она – старший врач «скорой помощи», доктор Риз, и что сейчас Уолтер Смит находится на обследовании. За стойкой бюро две медсестры с интересом прислушивались к разговору.
Марион сходил к кофейному автомату, купил чашечку кофе и вернулся в бюро пропусков. Двойные двери открывались оттуда в холл, ведущий в палату с несколькими кроватями, отделенными друг от друга голубыми занавесями, а дальше виднелся коридор с вращающимися дверями в конце.
Марион подождал около двойных дверей, пока появится санитар, и смущенно улыбнулся:
– Извините, пожалуйста. Доктор Риз сказала, кто-нибудь мне поможет.
Санитар взглянул на доктора Риз, все еще беседовавшую с репортерами.
– Я сосед Уолтера Смита. Меня попросили забрать его одежду и личные вещи.
– Это тот, которого взяли в заложники?
– Да-да. Правда, ужасно?
– Ладно. Посмотрим, что я могу для вас сделать.
Марион видел, как санитар вошел в одну из дверей дальше по коридору. Вскоре санитар вернулся с полиэтиленовым пакетом.
– Вот, получите.
Марион взял пакет и нащупал на дне ботинки.
– Спасибо. Тут есть другой выход? Не хочется опять мимо репортеров проходить. Слишком много вопросов задают.
Санитар указал на вращающиеся двери в конце коридора:
– Через двери, потом налево. Выйдете через главный вход.
– Еще раз спасибо.
Марион обыскал вещи Смита. В пакете лежала одежда Уолтера, его бумажник и наручные часы. Дисков не было. Мистер Хауэлл будет сильно разочарован.
Марион взял пакет под мышку и пошел по коридору. Смита он нашел в самой последней палате. Раненая голова была забинтована, в носу – кислородная трубка. Две медсестры – одна рыжая, другая темноволосая – прикрепляли на тело Смита датчики.