Заледеневшая
Шрифт:
«Пора», — сказала Кара.
Я закрыла глаза и позволила Каре взять верх, в то время как сама сосредоточилась на самой сухой пустыне, которую я могла мобилизовать. Океан песка, образовавшийся в моей голове без признаков дерева или тени. Я не могла видеть то, что видела Николь, так как я должна была держать свой разум ясным. Чем больше деталей было в моем видении, тем вернее нам удастся дать Николь то, что она заслужила. Когда картина в моей голове была сделана, я представила себе патси. Она вскрикнула и начала кричать, когда я себе представляла
«Жаль, что ты не видишь этого, Елена.»
— Не связывайся с художником.
Кара засмеялась.
«Идет.»
— Это не сработает, Елена, твоя задница будет моей, — закричала Николь.
— Ага, мы еще посмотрим на это.
Я чувствовала жар, исходящий из моего сердца и покидающий мое горло. Мои глаза все еще были закрыты, когда я держала проекцию того, что должна была видеть Николь.
Она закричала пару раз.
«Я должна дать ей это, сладкая, она не хочет сдаваться.»
— Мне все равно, чего она хочет, она не взберется на нас.
«Мы должны надавить.»
Что может быть хуже ее страха?
Я чувствовала, как молния Николь горит на моей коже. Она бросала их быстро, и не останавливалась. Я изо всех сил пыталась обрести равновесие и начала терять контроль над картиной в голове.
Этого не может быть! Это была и моя, и мысль Кары.
Я должна был что-то сделать, но в тот момент я слишком беспокоилась об одной пропущенной ее молнии, восстанавливая равновесие.
Мы с Карой повисли в воздухе, когда оказались в адских ямах. Там было сухо, были реки и реки лавы. Это заставило чешую на моем теле пахнуть паленным. Картинка в голове была не моя. Она пришла из другого источника. Еще больше патси побежали к Николь. Она начала пинать их и уворачиваться от их языков. Их злые взгляды были совсем не такими, как я себе представляла. Вся картина была не такой, как я себе представляла. Руки, сделанные из толстых, червеобразных существ с зубами, клацнули на нее. Николь снова закричала, когда зубы червей почти схватили ее. Земля слегка дрогнула, когда из земли поднялось больше огня, девушка попыталась удержать равновесие на небольшой скале, размахивая руками. Затем огромная каменная рука сформировалась из камней, которые не были охвачены пламенем, и поймала ее в ловушку. Я видела, как огонь начал лизать ее, и нарывы и ожоги поглотили ее лицо. Она кричала в агонии.
— Кара, хватит, — закричала я, когда лицо Николь стало плавиться.
«Сладкая, это делаю не я.»
— Тогда кто?
«Я не знаю.»
Николь закричала: «Сдаюсь», и все исчезло. Мы оказались внутри ринга, и она плакала от боли, как сумасшедшая.
«Не надо, просто уйди», — сказала Кара, когда я хотела пойти и посмотреть, все ли с ней в порядке. — «Она
Драконы летели перед нами, закрывая мне обзор. Миа все еще была в человеческом облике.
— Она сдалась, Елена, просто успокойся.
— Я спокойна. Она в порядке? — спросила я низким голосом.
— С ней все будет в порядке. Адские ямы, это было немного радикально, Елена. Я сомневаюсь, что она попытается претендовать на тебя снова в ближайшее время. Если только она не как ее кузен.
— Она не похожа на Люциана, — огрызнулась я на Мию и пошла обратно внутрь.
Блейка нигде не было видно.
— Кара, что, черт возьми, только что произошло на ринге?
«Я не знаю, Сладкая. Я думала, это была ты.»
— Нет.
«Тогда нам лучше найти того, кто это был.»
Что-то подсказывало мне, что я уже знаю ответ, но как? Он сказал мне, что у него нет такой способности. Он не мог читать мысли, и все же это изображение было именно тем, чего боялась Николь. Нарывы и патси; те же самые патси, которых он колдовал в тот день на скалах, с чуть более длинными языками и их злыми взглядами.
— Я поговорю с тобой позже, — прошептала я.
«Хорошо, детка.»
Я быстро перевоплотилась и надела одежду. Бекки и Сэмми ждали меня за пределами ринга.
— Ты действительно дерьмо! — Бекки пропела и протянула руку, чтобы дать пять, но когда она увидела, что я не разделяю ее энтузиазма, улыбка исчезла, и улыбка Сэмми исчезла, когда они увидели смятение на моем лице.
— Что не так? — спросила Бекки.
— Я расскажу тебе позже, слишком много ушей, — сказала я. — Кто-нибудь из вас видел Блейка?
— Разве он не с тобой? — спросила Сэмми.
— Был, но он исчез.
Мы вернулись в замок, и я надеялась, что я найду его по дороге, но не нашла. Когда мы добрались до комнаты, они не могли перестать говорить о яме огня, говоря, что она войдет в книгу худших мест, с которыми Драконианцы когда-либо сталкивались внутри ринга.
— Я так рада, что мне не пришлось взбираться на тебя.
— Ты не понимаешь, Бекки, это была не я, — я посмотрела на Сэмми. — Мне кажется, это был твой брат.
Глава 12
Меня волновало его отсутствие, но Блейка действительно нигде не было. То, что он сделал, называлось вмешательством, и по закону Николь могла претендовать на меня, как на своего дракона, без дальнейших хлопот.
Все их правила для меня были словно греческий язык, но единственное, что я поняла, это то, что если ты не Блейк, и кто-то вмешивается в заявление прав на тебя, то ты автоматически становишься собственностью этого Драконианца. Не знала, подходит ли это и мне, хотя я и такая же как Блейк, но я не собиралась никому рассказывать и выяснять это.