Закон пустыни
Шрифт:
– Ты кого-нибудь подозреваешь?
– Тебя и всех остальных. Подкупить можно любого. Если среди нас затесался стукач, то рано или поздно он себя выдаст. Вот когда я позабавлюсь на славу.
Отряд «Всевидящее око» методично прочесывал пустыню, начиная с места последней стоянки Эфраима и его спутников, пытаясь просчитать возможные маршруты и скорость движения. Глашатаи повсюду распространяли сведения о побеге опасных преступников, цель которых – кража редких минералов. Охота на людей, как всегда, закончится полным успехом.
Великана
Кем был связан по рукам и ногам. Как ему хотелось броситься на поиски полководца Ашера, которого до сих пор не удалось найти! Но надо было обеспечивать безопасность судьи Пазаира, а это требовало личного присутствия начальника стражи в Мемфисе, поскольку ни один из его подчиненных не будет достаточно бдителен.
По тому, какой беспокойной стала в последнее время его обезьяна, нубиец чувствовал, что опасность бродит неподалеку. Конечно, после двух неудач преступник должен быть чрезвычайно осторожен, если не хочет нового провала. Эффект неожиданности теперь исключался, и совершить задуманное было все сложнее и сложнее; но эти же обстоятельства могли подтолкнуть злоумышленника к более решительным и непредсказуемым действиям.
Охрана судьи Пазаира стала главной задачей начальника стражи. Тот образ жизни, который воплощал собой судья, был Кему абсолютно непонятен, но его надо сохранить во что бы то ни стало. За долгие годы страданий, выпавших на долю Кема, он не встречал таких людей. Никогда он не признается Пазаиру, какое уважение и восхищение испытывает он к нему, чтобы не дать пищи тщеславию, этому отвратительному, скользкому животному, пачкающему чистые сердца.
Павиан проснулся. Нубиец дал ему сушеного мяса и мягкого пива и сел, опершись о стену террасы, откуда хорошо просматривался дом судьи. Поев, Убийца заступит на стражу, и Кем сможет отдохнуть.
Поглотителя теней преследовали неудачи. Не надо было соглашаться на такую работу, ведь он умел только убивать – быстро и не оставляя следов. В какой-то момент у него возникло желание отказаться вообще, однако стало страшно, что заказчики его выдадут страже – его слово немного будет стоить против их показаний. И было обидно, что он оказался таким неловким: до сих пор подобных провалов с ним не случалось. К тому же его возбуждало то обстоятельство, что судья
К большой досаде злоумышленника, охрана судьи работала очень профессионально. Кем и его обезьяна были достойными противниками, и ему никак не удавалось усыпить их бдительность. После случая с пантерой начальник стражи не отходил от судьи ни на шаг, вдобавок он привлек к выполнению этой миссии нескольких стражников из числа самых лучших.
Поглотителю теней пришлось набраться терпения: он должен дождаться момента, когда они совершат хотя бы малейшую ошибку. Когда он прогуливался по рынку Мемфиса, где на прилавках были разложены нубийские экзотические фрукты, ему пришла в голову одна мысль. Если все получится, он сумеет нейтрализовать главную линию защиты противника.
– Уже поздно, дорогой.
Пазаир сидел в позе писца перед десятком развернутых папирусов, освещенных двумя лампами на высоких ножках.
– Эти документы не дают мне заснуть.
– Что за документы?
– Счета Денеса.
– Откуда они у тебя?
– Из казначейства.
– Надеюсь, ты их не выкрал? – с улыбкой спросила она.
– Я послал Бел-Трану официальный запрос. Он тут же ответил и переслал мне все это.
– И что же ты там обнаружил?
– Некоторые нестыковки. Денес забыл выплатить кое-какие пошлины и, похоже, жульничает с налогами.
– Чем он рискует, кроме штрафа?
– Опираясь на мою информацию, Бел-Тран сможет сделать финансовое положение Денеса значительно менее лучезарным.
– Это становится твоей навязчивой идеей.
– Но почему судовладелец так уверен в себе? Я непременно должен разобраться в этом. Любым способом.
– От Сути есть новости?
– Нет. Он должен был, через стражников пустыни, прислать мне письмо.
– Видимо, не смог.
– Скорее всего.
Казалось, Пазаир чего-то недоговаривает, и это удивило Нефрет.
– Ты чего-то опасаешься?
– Нет.
– Говорите правду, судья Пазаир!
– На последнем заседании суда Денес намекал, что Сути предал меня.
– И ты поверил в эту выдумку?
– Надеюсь, Сути мне простит.
– Двое в галерею направо, остальные – налево, – приказал Эфраим. – А мы с Сути пойдем в центральную.
На лицах рудокопов выразилось недовольство.
– Галереи давно заброшены, крепления могут не выдержать, столбы все сгнили; нам не выйти живыми.
– Я привел вас в этот ад, потому что стражи пустыни уверены, что здесь ничего нет – ни воды, ни драгоценных минералов. Так утверждают в Коптосе! Я привел вас к старой шахте; но скрываемые ею богатства вы должны отыскивать сами.
– Это слишком опасно, – сказал один из рудокопов. – Я не пойду туда.
Эфраим подошел к трусу.
– Мы все внутри, ты один снаружи… мне это не нравится.
– Это твое дело.
Кулак Эфраима со страшной силой обрушился на голову упрямца. Тот рухнул. Один из его товарищей наклонился над жертвой и в ужасе взглянул на Эфраима.