Заклятие роз
Шрифт:
Кабинет магических обрядов находился в подвале и представлял из себя огромный зал – каменный и мрачный, с широкими колоннами, поддерживающими потолочный свод, освещённый горящими факелами, вставленными в специальные держатели на стенах. Звук многократно отражался от голых стен и купольного потолка и тем самым усиливался. Никаких столов, никаких шкафов в кабинете магических обрядов не было. Зато на каменном полу была начертана вписанная в круг пентаграмма с символами по углам пятиугольника.
Марта с Полиной остановились,
И вот теперь перед ними была пентаграмма! В мрачном подвале! В каком-то странном университете магии…
Девушки не на шутку испугались и готовы были сбежать, несмотря на все магические контракты. Но дверь за ними захлопнулась, заставив подруг подскочить от страха и прижаться друг к дружке.
Марта с Полиной с ужасом смотрели то на закрытую дверь, то на пятиконечную звезду в круге и поэтому не сразу увидели преподавателя. И вздрогнули от голоса, гулко разнёсшегося под сводами зала. Голоса знакомого, и в то же время сильно искажённого многократным отражением.
– Так-так-так! Поле в марте, поле в марте… Девушки, вы выглядите просто очаровательно!
Подруги уставились на преподавателя. Полина – неосознанно поправив свои роскошные волосы, а Марта – сгорбившись ещё сильнее.
В свете неровного огня по ту сторону от пентаграммы стоял мужчина в длинном чёрном атласном плаще с капюшоном, из-под полы которого выглядывали носки берц.
– Как я рад вас видеть! – сказал мужчина и приветственно раскинул руки.
Рукава плаща немного задрались, и стало видно, что у него на левой руке часы в металлическом браслете.
Мужчина откинул капюшон, и девушки узнали Серафимовича.
Серафимович залихватски подкрутил свои «хэндлбары» и сделал приглашающий жест.
– Ну что вы стоите? Проходите! У нас сегодня большая программа! Ну же?!
Марта с Полиной продолжали стоять, боясь пошевелиться.
– Не бойтесь девушки. Вам ничего не грозит! Разве что, большое, яркое магическое будущее… Ведь вы студентки МОЕГО факультета!
Но Марта с Полиной продолжали стоять не в силах сделать и шага в сторону пентаграммы.
Серафимович щёлкнул пальцами, подтянув руки к груди, и девушки почувствовали, как их потянуло к нему – не сильно, но довольно ощутимо. Посопротивлявшись, они поддались притяжению, но как могли старались обойти пентаграмму, не заступить за линии.
Глядя на старания девушек, Серафимович весело рассмеялся:
– Это всего лишь пентаграмма! – сказал он, отсмеявшись. – Просто рисунок на асфальте! И он ничего не значит, пока вы не наполните её смыслом. Так что, ступайте смелее.
Серафимович явно наслаждался и смятением подруг, и их неуверенностью, а особенно – тем, как они выглядели.
Марта взглянула
– Идти в пентаграмму? – с усмешкой спросила она. – Но вы сами говорили, что тут никому нельзя верить!
– Эх, видимо, вы приняли мои слова буквально, – притворно вздохнул довольный Серафимович. – Если вы абсолютно ничему не будете верить, как же вы будете учиться?
– А если мы не будем учиться? – спросила Марта. Она была немного обескуражена и спорила скорее по привычке спорить.
– Тогда я вам не завидую, – сказал Серафимович просто. И добавил: – Вам нужно научиться различать чему верить, а чему нет.
– И как же мы этому научимся? – спросила Полина. Она предпочитала верить людям, и её часто обманывали.
– Рискуя, наблюдая, делая выводы, – Серафимович пожал плечами. – Я ведь действительно не хочу для вас ничего дурного.
– Поэтому вы сделали меня горбатой? – спросила Марта.
– Вы легко справитесь с этим заклятием, – отмахнулся Серафимович. – Вам только нужно учиться прилежно и всё.
То, что кое-какие знания могут быть полезными, Марта уже поняла и поэтому слова преподавателя не вызвали отторжения. Единственное, что её во всей этой истории не устраивало, так это способ, которым он затащил их в университет. Возможно, если бы Серафимович объяснил хорошенько, рассказал бы об университете магии и о тех преимуществах, которые даёт обучение тут, может тогда она и согласилась бы учиться…
«Кого я обманываю?! – сказала сама себе Марта, вспоминая встречу с Серафимовичем на концерте. – Ни за чтоб не согласилась!»
– Это… – Серафимович кивнул на горб, – всего лишь дополнительный стимул… и… наказание. Чтоб поменьше болтали всякие глупости.
Марта вздрогнула и, вспоминая о чём они с Полиной болтали перед сном, внимательно посмотрела на Серафимовича, потом на Полину.
Полина была совершенно растеряна. Она уже хотела спросить, когда это они болтали, ночью что ли, когда спали, но Марта сжала руку подруги, и Полина опустила глаза и не стала ничего спрашивать.
Не дождавшись от девушек вопросов, Серафимович сказал:
– Что ж, думаю, вступительную часть можно считать законченной. Переходим непосредственно к занятиям. Как я уже сказал, сама по себе пентаграмма ничего не означает. Всё зависит от того, кто и с какой точки зрения на неё смотрит и для каких целей использует. Например, посмотрим с точки зрения астрономии. Если мы будем в течение года наблюдать за Венерой, и отмечать на небосклоне траекторию движения этой планеты, то мы получим пентаграмму. Первые известные учёным изображения пентаграммы датируются примерно 3500 годом до нашей эры. Они были найдены археологами при раскопках развалин древнего города Урука и представляли собой нарисованные на глине пятиконечные звёзды. Учёные считают, что на этих глиняных табличках результаты астрономических наблюдений за Венерой. В Древнем Египте пентаграмма символизировала звёзды и называлась «звездой псоглавого Анибуса»…