Заклинатель снега
Шрифт:
И вдруг… это произошло.
Мейсон обернулся, услышав хруст. Из-за деревьев появилось громадное молчаливое существо и двинулось по мшистому ковру в нашу сторону.
Я почувствовала, как Мейсон напрягся, но я схватила его за запястье и нежно удержала на месте. Длинные ноги остановились, и лось поднял голову, взметнув вверх огромные рога, залитые светом косых розовых лучей, отчего этот гигант казался еще более величественным.
Он потянул ноздрями воздух, и я представила, каково это – увидеть
Мейсон показал мне свой мир, теперь мне хотелось показать ему свой.
– Он приходит сюда уже много лет, – прошептала я, чтобы не напугать лося, – на закате.
Лось – воплощение первозданной силы природы – двигался медленно.
– Олени слишком пугливые, чтобы приближаться к людям, но лоси…
Великан повернул к нам морду.
Я неторопливо сняла с плеча холщовую сумку, полную зерна, и положила ее на землю открытой. Лось медленно двинулся к нам, и Мейсон обернулся.
– Что ты делаешь?
– Отступи на шаг, – попросила я.
Важно, чтобы лось не чувствовал угрозы. Мейсон должен осознать необычность ситуации, но прежде всего я давала ему понять, что за всеми моими действиями стоит опыт.
– Мы к ним не приближаемся, – объяснила я тихим голосом, – никогда. Мы даем им возможность уйти и отступаем, когда с ними сталкиваемся. Они очень мощные, и в случае опасности могут стать агрессивными. Вот почему важно уважать их пространство.
Лось подошел ко мне, чуть опустив морду.
– Однажды зимой много лет назад мы с папой нашли его маленького на этой поляне. Его ранили браконьеры. Мы вызвали службу спасения животных, его вылечили, а когда выпустили обратно в лес, он стал сюда приходить каждый божий день.
Лось осторожно подошел и понюхал меня. Я тихо вздохнула и замерла, чтобы он понял, что мы не представляем угрозы. Он знал меня уже много лет, и это единственная причина, по которой я позволила ему приблизиться. Затем лось сунул морду в сумку. Это был взрослый самец ростом более двух метров.
– Вот почему я так люблю свою кепку, – сказала я с нежностью, – папа подарил мне ее после первой встречи с этим красавцем.
Мейсон молча слушал, наблюдая за животным. Я тайком рассматривала его лицо, пытаясь угадать, о чем он думает.
– Не представлял, что они такие большие, – прошептал калифорниец.
Оттого что Мейсон был здесь, в месте, которое знали только мы с папой, во мне пробудилось какое-то очень глубокое и безграничное чувство.
– Дай мне руку.
– Что? – спросил он, и в его голосе я уловила напряжение.
Я сдержала улыбку. Он боялся?
– Сделай это, – сказала я тихо.
Мейсон пристально посмотрел на меня, совершенно не склонный слушаться. Мне пришлось дотронуться до его запястья и найти пальцами его пальцы.
–
Я медленно потянула его за руку и размеренными шагами приблизилась к животному. Лось продолжал есть. Плавно, без резких движений я подняла руку Мейсона и поднесла ее к его бархатистым рогам.
Я почувствовала, как его застывшие пальцы смягчились и медленно расправились. Мейсон стоял неподвижно, в то время как под кончиками его пальцев происходило маленькое чудо. Я держала свою руку на его руке, касавшейся мягкого, теплого пуха, чувствующей, как это огромное существо колышется, живет и дышит.
В следующий момент Мейсон улыбнулся, потом повернулся и посмотрел на меня, и радость вспыхнула в моем сердце. Меня наполнило яркое и сильное чувство.
Я всегда мечтала увидеть Мейсона в своем мире. Хотела, чтобы он полюбил то, что любила я, чтобы тоже посмотрел на эту красоту.
Я боялась, что этого не случится, но нет – вот оно, мгновение, украденное у времени, в двух взглядах, сияющих в сумерках.
Мы вместе сейчас переживали сокровенное чувство – любовь к моей земле. И не существовало более проникновенного способа почувствовать себя любимыми.
Я не знала, что готовило нам будущее. Не знала, какие трудности встанут на нашем пути и с чем нам придется столкнуться. Но я знала, что мы со всем справимся вместе, наполненные мечтами и надеждами.
Просто оставаясь самими собой.
Мы вернулись к озеру, когда стемнело. Менди и все остальные встретили нас овациями. Ребята уже разложили на траве пледы и подушки. Ночь открыла для нас свой магический театр: звезды рассыпались по темному небосводу, словно алмазы.
Мы с Мейсоном лежали в кузове пикапа, вдыхая аромат ночных цветов и глядя на небо, которое я когда-то полюбила на всю жизнь.
В этой полной счастья тишине я закрыла глаза и подумала, что сейчас у меня есть абсолютно все и большего мне не надо.
– Я тебя люблю.
Еле слышный шепот.
Я медленно открыла глаза и повернула голову. Профиль Мейсона, озаренный тусклым светом звезд, был обращен вверх. Он так долго смотрел в небо, что на мгновение я подумала, что ослышалась.
– Что? – пробормотала я.
Его пальцы нащупали мою ладонь. Когда он повернулся, его темные, удивительные глаза были единственным источником света для моей души. Я смотрела, как они светятся в темноте, и прочитала в них слова, которые давно мечтала услышать.
– Я увидел тебя сердцем, – пробормотал он, – теперь ты не можешь уйти.
Мейсон прикоснулся губами к моей руке. Он поцеловал ее уверенно и нежно, с чувством, от которого, кажется, даже задрожала земля.
Глаза защипало. Звезды исчезли в тумане слез, и я… я улыбнулась.