Заклинатель 9

Каменев Алекс

— Вряд ли перед тем как сойти с ума, мертвитель успел хорошо развить свой Сумеречный Круг, но думаю пара-тройка заклятий у него к тому моменту уже имелась, — быстро сказал я, делая еще несколько шагов назад, в первую очередь отходя подальше от здания и освобождая место для маневра.

— Если он сидел тут столько времени, сколько вы думаете, то скорее всего успел накопить немало сил, — проворчал Сорен, почти в точности повторяя мои действия, но держась чуть в стороне, на случай если колдуна понадобится прикрыть от нападения с тыла.

И снова замечание, бьющее в цель, рыцарь сегодня в ударе. У твари может

и парочка заклинаний, но бездна знает во что они превратились и какой мощью теперь обладают спустя столько веков. В классическом понимании, душелов не мог развивать собственную магию, использую привычный путь ритуалов, для этого нужен разум, но огромный избыток энергии вокруг мог повлиять на способности, превращая в нечто совершенно запредельное. Мутация под воздействием агрессивной среды, так кажется это называется. Принудительная эволюция, направленная усилить и выделить изначальные установки.

По идее вообще не стоило связываться с подобным противником, самое разумное отступить, но слишком уж большой интерес вызывает приземистое строение, бывшее явно лишь вершиной чего-то крупного, скрывающегося под землей.

— Как будем действовать? — спросил Сорен, когда волна удушающей энергии докатилась до новых позиций. Плотная пелена затемнила даже красноватые сумерки, опускающиеся на пустыню.

— Не лезь, я попробую разобраться сам, — сказал я.

Другого ответа рыцарь явно не ждал, трезво оценивая собственную роль в будущем противостоянии. Если бы на его теле находились зачарованные гвардейские доспехи, а руки сжимал магический меч, то имелся бы смысл попытаться поучаствовать в битве. Но соваться в обычном железе с простым клинком в разборку двух магов, пусть один давно мертв и не обладает разумом — в такой ситуации не самая лучшая идея. И воин это понимал, поэтому отступил еще дальше, внимательно поглядывая на окружающий песок — не вернуться ли вдруг прыгающие твари в самый неподходящий момент.

А эманации смерти между тем становились все более осязаемыми, заволакивая землю вокруг подобно темному мареву. В какой-то момент входной проем, ведущий внутрь заполнился настолько густым мраком, что стал напоминать стену.

— Умертвия бояться огня, — тихо напомнил я сам себе, при этом хорошо понимая, что есть разница между обычным пламенем, рожденным из обычной искры, и колдовским, созданными при помощи магии.

Тем более сотворенным из боевого заклятья, похожим на бледный сгусток с фиолетовыми прожилками, это вообще на статус первородного огня не тянуло, являясь чем-то совершенно иным.

Может стоило разжечь обычный костер? И закидать душелова горящими ветками? Представленная картина вызвала кривую усмешку. Найти бы в пустыне еще дрова, а лучше целую поленницу, на которую бросить связанную нежить и поджечь. Вышло бы идеально…

Я замер, отведя правую руку чуть в сторону. Воздух сгустился, превращаясь в вытянутый клинок с полупрозрачным лезвием, вдоль кромки лениво скользила темная-лиловая дымка. Над левой ладонью зажегся файербол, подрагивая и покручиваясь от переполнявшей внутри сжатой мощи.

Заполненный мраком дверной проем выгнулся вперед, обретая форму высокой человеческой фигуры. Одетая в рваный плащ с наброшенным на голову капюшоном, она медленно шагнула вперед. Следом потянулась густая чернота, бывшая продолжением темных лохмотьев,

в которые была обряжена нежить.

Из-за спины прилетело сдавленное ругательство, явление душелова во всей красе оказало на Сорена впечатление. Существо буквально дышало смертью, распространяя вокруг миазмы разложения и увядания. Казалось даже проклятый зернистый песок почернел, стоило твари ступить на него.

— Боги, — тихо прошептал рыцарь и вдруг быстро предложил: — Надо уходить. Этот ублюдок прикончит нас обоих.

— Заткнись! — резко прошипел я, пытаясь прощупать противника через колдовской взор.

В магическом зрении порождение магии смерти выглядело еще более пугающим — за спиной ощущалось шевеление, напоминая клубок липких щупалец, сотканных из мрака.

— Оно убьет нас, оно убьет нас, — забормотал Сорен и стало понятно, что его накрыла ментальная пелена, путающая разум жертвы.

Ослабевшие пальцы разжались, выпавший меч шлепнулся на песок. Рыцарь схватился за голову и затрясся, медленно оседая на колени. От привычной бесстрастности и сосредоточенности перед боем не осталось и следа.

— Дерьмо, — я ругнулся и тут же метнул сгусток пламени в сторону твари.

Душелов никак не отреагировал на брошенный снаряд, продолжая медленно надвигаться, гоня перед собой ауру смерти.

Переливающийся призрачным и фиолетовым файерболл ударил в грудь закутанной в рваный плащ фигуры.

Вспышка.

Тусклая, почти незаметная, но тут же моментально погасшая. Заклинание поглотила даже не плоть и не обрывки лохмотьев, а окружавшая тварь пелена.

Стало ясно, что в прямом противостоянии нечего и пытаться одолеть врага, проглотит и выплюнет. Любое заклинание увязнет в выстроенном щите, игравшим роль естественного продолжения испускаемой существом эманации смерти. Все равно что бросать чары в пустоту, они будут бесследно исчезать, растворяясь в антрацитовой черноте.

Мозг лихорадочно просчитывал ситуацию. Нужен другой подход, не столь прямолинейный. Обычная магия здесь не поможет, слишком несоразмерны резервы противоборствующих сторон. «Пламя», «Молот», «Коготь» — все бесполезно, не смогут рассеять возникшую пелену. Даже от «Тумана» толку не будет, потому что силы несопоставимы. Сколько сидела здесь тварь? В эпицентре гигантской воронки, питавшей древние механизмы Ушедших под землей? Сколько смогла поглотить за это время энергии, буквально прорывающейся в реальный мир? Все равно что сравнивать мощный, но обычный аккумулятор, и небольшой ядерный реактор. Слишком велика разница. Эта дрянь чересчур долго здесь находилась, срослась с местным энергетическим фоном и теперь просто давила многотонным катком, высасывая жизнь из окружающего пространства.

Нет, вступать в прямое противостояние нельзя, необходимо что-то другое.

Сзади раздался стон, Сорен не выдержал и свалился на землю. Скрюченные пальцы рыцаря бессильно царапали песок, сам он находился в полубессознательном состоянии что-то бормоча и всхлипывая. Ментальная атака удалась на славу, выведя из строя воина.

Я медленно пятился, для проверки запустив в фигуру в темном рванье еще несколько файерболов и дважды ударил «Молотом», наблюдая, как превращающий любой другой материальный объект в зернистых прах таран искажений бессильно разбивается о медленно наплывающую черноту.