Закат
Шрифт:
Ежевика хотел было уйти, но Коршун удержал его. Странный огонь поблескивал в глубине его холодных голубых глаз.
— Так ты придешь? — с непривычной настойчивостью спросил он.
— Конечно, я же обещал.
— Власть — это тяжелая ноша, — медленно произнес Коршун, не сводя глаз с Ежевики. — Не забывай об этом.
Ежевика неловко поежился. Почему-то под взглядом брата он чувствовал себя загнанной дичью, которая не знает, куда бежать в поисках спасения.
— Я ничего не боюсь, — повторил он, пытаясь выглядеть уверенно. — Я приду, можешь не
— Просыпайся, соня! — кто-то с силой пихнул Ежевику в бок. — Или ты собрался проспать до сезона Голых Деревьев? Пора собирать патрули, полосатый лентяй!
Ежевика моргнул и увидел стоящую над ним Белку.
— Ты теперь глашатай, — радостно сообщила она. — Не забыл?
Ежевика вскочил и стряхнул с шерсти приставшие кусочки мха и папоротников. Чтобы скрыть от Белки свой смущенный взгляд, пришлось вылизывать грудку. С тех пор, как они обосновались в новом лесу, патрули по очереди собирали старшие воины, но теперь эта обязанность целиком ляжет на плечи нового глашатая.
«Я справлюсь!» — пообещал себе Ежевика.
Тусклый свет уже просачивался сквозь ветки воинской палатки, а значит, рассветный патруль должен был немедленно покинуть лагерь.
— Я сам поведу патруль, — решил Ежевика. — Пойдешь со мной, Белка? Мы могли бы позвать с собой Белохвоста с Сероусом.
Услышав свое имя, сонный Белохвост лениво потянулся и широко зевнул:
— Я готов!
Повернувшись набок, он пощекотал хвостом нос Сероусу Молодой воин чихнул и проснулся, непонимающе хлопая сонными глазами.
— Песчаная Буря, — смущенно откашлялся Ежевика. — Ты не могла бы собрать охотников и пойти за добычей?
Палевая кошка с тихим урчанием кивнула головой.
— Мне кажется, нужно отправить сразу два отряда. Не возражаешь? Кому поручишь возглавить второй патруль?
— Ну… Может быть, Дыму?
Ежевика почти не сомневался, что бурый воин сейчас разозлится и начнет спорить, но Дым лишь потянулся и равнодушно кивнул:
— Ладно.
— Хочешь совет, Ежевика? — улыбнулась Песчаная Буря, наклоняясь к самому уху полосатого воина. — Не стесняйся отдавать приказы. Ты глашатай, и этим все сказано.
— Спасибо, — моргнул Ежевика и как можно искреннее добавил: — Я до последнего дыхания буду верой и правдой служить своему племени.
Он повторял про себя эти слова, когда вел патруль к выходу из лагеря. Он твердил их, следуя вдоль границы племени Теней. Это была правда. Для него не было ничего важнее безопасности и счастья Грозового племени. Он хотел стать лучшим глашатаем во всем лесу. И он горько жалел, что придется ждать еще целых полмесяца до следующего Совета, на котором Огнезвезд представит своего нового глашатая всем четырем лесным племенам. Скорее бы настала долгожданная ночь, когда он сядет в корнях священного дуба рядом с Невидимкой, Ржавницей и Хмуроликой!
Подбежав к границе племени Теней, Ежевика разочарованно опустил хвост. Он так надеялся повстречать соседских патрульных, чтобы сообщить им о своем возвышении! Однако пограничные метки свидетельствовали о том,
Вернувшись в лагерь, патрульные повстречали нагруженных добычей охотников. Ежевика велел Белолапке с Березовиком отнести добычу старейшинам, Огнезвезду и Листвичке. Потом собрал вокруг себя оставшихся котов и распределил патрули на следующий день. Он не хотел повторять своей утренней ошибки, к тому же ему нужно было заранее освободить себе время для встречи с Коршуном.
В это время неугомонный Ягодка выкатился из детской и со всех лап бросился к Ежевике.
— Я хочу пойти в патруль! — завопил он, перекрикивая глашатая. — Можно?
— Нет, — резко оборвал его Ежевика. — Придется подождать, пока ты станешь оруженосцем.
— А тогда ты возьмешь меня с собой?
— Конечно, обещаю.
Ягодка даже зажмурился от счастья.
— Я буду оруженосцем самого глашатая! — на весь лагерь запищал он.
Ежевика ласково отпихнул его лапой и вернулся к своим обязанностям.
— Эй, задавака! — насмешливо проурчала Белка, легонько шлепнув друга кончиком хвоста по уху. — Ты назначил Тростинку в охотники, а перед этим велел ей отправляться в рассветный патруль. Она не может разорваться пополам, как бы тебе этого ни хотелось.
— Ой, извини, — смутился Ежевика, виновато глядя на Тростинку. — Иди охотиться вместе с Дымом. А в патруль я назначу кого-нибудь другого.
— Потом выберешь, время еще есть, — успокоила его Белка. — Сначала пойди поешь, — она проводила своего друга к куче со свежей добычей и проурчала, понизив голос: — Насколько я знаю, глашатаи тоже должны питаться? Не могут же они целый день заниматься одними делами!
Ежевика с благодарностью посмотрел на свою подругу. Она говорила насмешливо, но глаза ее смотрели с такой любовью, что ему вдруг стало стыдно. Захочет ли Белка остаться с ним, будут ли ее глаза по-прежнему сиять для него, если она узнает о его завтрашней встрече с Коршуном?
Он отлично знал ответ на свой вопрос. Если Белка пронюхает о его замыслах, он потеряет ее навсегда… Когда-то Звездоцап лишился места глашатая и был отправлен в изгнание за попытку устроить заговор и убить Синюю Звезду. Неужели это грозит и Ежевике, если племя узнает о его встречах со Звездоцапом и Коршуном?
Ежевика попытался убедить себя в том, что никто ничего не узнает, но холодок страха прочно поселился у него под сердцем. «Но ведь я же не собираюсь никого убивать!» — беспомощно подумал новый глашатай. Он просто хотел сделать Грозовое племя самым сильным в лесу. Его соплеменники слишком долго жили без глашатая, теперь пришло время исправлять старые ошибки. Ежевика готов был выпрыгнуть из шкуры ради того, чтобы Огнезвезд никогда не пожалел о своем выборе.