Заговор

Сергеев Сергей

Объединенные Арабские Эмираты,

Дубай

Кевин Батлер не любил поездки в Дубай. Слишком жарко.

Не вызывало особого восторга и яркое солнце, которое круглый год беспощадно накаляло все вокруг. Знакомый американский посол, проведший много лет в арабских странах, жаловался Кевину, что триста пятьдесят солнечных дней в году – страшное наказание для жителей западных мегаполисов, привыкших к прохладе, смене сезонов, туманам и дождям.

– Ты

посмотри на жителей нашей Калифорнии, – горячился посол. – У них мозги расплавились. Солнце – это наказание. Совершенно другой темп жизни, чем на восточном побережье.

– Ну, в Вашингтоне тоже жарко, – возражал Кевин Батлер, или, как его звали на Уолл-стрит, мистер Кей Би.

– Поверь мне, Кевин, даже вашингтонская жара не сравнится с этим гребаным Востоком. У меня жена боится показаться на улице. От яркого солнца у нее больная щитовидка и «крыша» едет.

– Тебе грех жаловаться. Ты и в Госдепе, и здесь не вылезаешь из-за письменного стола, а загораешь от настольной лампы.

– Это верно, – безропотно соглашался посол. – Но не всем так повезло с характером. Для меня самый большой экстрим – добраться до верхней полки книжного шкафа.

«И это говорит человек, который большую часть жизни провел в ближневосточной мясорубке. Все относительно», – улыбался Кей Би. Он обожал парадоксы.

Кевин действительно не терпел яркого солнечного света и всегда отличался бледным цветом кожи. При виде арабских улиц, даже из окна бронированного лимузина, ему хотелось побрызгать вокруг себя дезинфицирующим раствором.

Кей Би вообще относился к категории весьма консервативных людей, с опаской воспринимающих малейшее отклонение от привычных стереотипов. Арабы вызывали у него чувство опасности, назойливые и шумные евреи раздражали, латиносы казались или слишком грубыми, или порочными.

«Я несчастный человек, – жаловался самому себе Кей Би, – со всеми этими особями, которых терпеть не могу, мне приходится вести бизнес». Он даже допускал, что его смелые, на грани безумия идеи были призваны компенсировать постоянное раздражение от общения с чуждыми и неприятными ему представителями разных рас и народов.

Шейх Анвар был редким исключением из общего правила. Кевину нравились его масштабное мышление, скорость реакции, безжалостность и цинизм.

Он сам был склонен к рискованным финансовым операциям, которые будоражили его вялотекущую кровь и добавляли необходимую порцию адреналина. К тому же бизнес был неразрывно связан с политикой и давал возможность мимоходом определять судьбы сотен миллионов людей, а это льстило самолюбию.

– Деньги – скучная материя. Чтобы они приносили радость, нужна яркая упаковка. Для кого-то – яхты, дворцы, футбольные команды, женщины, казино. А я скромный человек. Мне достаточно игры в политику. Я ни на что не претендую, лишь бы выходило по-моему, – объяснял Кевин своей жене, высокой худощавой леди из очень богатой семьи. Брак по расчету оказался удачным, по крайней мере он не отвлекал

Кевина Батлера от его любимых занятий.

Шейх сам встретил Кей Би у трапа его личного самолета и проводил в королевские покои. Это был исключительный знак внимания.

По дороге разговаривали о погоде, грандиозных строительных проектах в Арабских Эмиратах, о породистых скакунах, которые недавно пополнили конюшню Шейха и стоили целое состояние.

Батлер рассказывал смешные истории из жизни вашингтонской элиты. Он безжалостно высмеивал президента Буша-младшего и жадных банкиров, которые надувают мыльный пузырь липовых инвестиций и сомнительных кредитов. С негодованием говорил о двуличии европейских политиков. Особенно досталось президенту Франции Николя Саркози, которого Кей Би подозревал в «тройной игре».

Между делом он пообещал Шейху, что не позднее следующего года Америка вытеснит Россию с Кавказа и даст по рукам китайцам в Африке. Однако в эту тему углубляться не стал, оставив Шейха в состоянии глубокой задумчивости.

– Нужны перемены, – повторял Кей Би, с чем Шейх, упакованный в древние одежды бедуинов, охотно соглашался.

Серьезный разговор предстоял вечером, после того как Кевин Батлер отдохнет, просмотрит последние биржевые новости и даст указания топ-менеджерам своих многочисленных компаний.

Традиционные прогулки на верблюдах и танцы живота Шейх благоразумно не предлагал, зная, что Кей Би с вежливой и брезгливой улыбкой от экзотики откажется.

Вечерняя беседа проходила в личных покоях Шейха. Более надежное место трудно было себе представить.

– После нашей последней встречи произошли важные события, – торжественно начал Шейх Анвар.

– Мы, кажется, обсуждали Пакистан и Иран, – уточнил Кей Би.

– Уважаемая Беназир Бхутто вернулась в Пакистан и была встречена толпами своих сторонников, – с удовольствием сообщил Шейх.

– Да, многие пострадали.

– Она отказалась от союза с военными. Это вызвало недовольство ее американских и британских друзей. И совершенно напрасно. Коалиция с военными дискредитировала бы Беназир.

– В обеих вариантах есть свои плюсы и минусы. Как бы ей не остаться в полном одиночестве.

– Беназир это не грозит. Она многое пережила и стала мудрым политиком. Скоро состоится ее первая встреча с бывшим премьер-министром Навазом Шарифом.

– Который провел восемь лет в Саудовской Аравии.

– И стал благочестивым мусульманином. Хороший союз, намного более перспективный, чем коалиция с военными. Беназир будет провозглашена лидером объединенной оппозиции. Это откроет ей дорогу к власти, а заодно ее сторонникам и союзникам.

– И вашим людям, уважаемый Шейх, – успел добавить Кей Би.

– Совершенно верно. Мои представители войдут в правительство, если Беназир одержит победу. Выборы состоятся в январе следующего года. Осталось совсем немного времени. Борьба предстоит очень напряженная.