Заговор
Шрифт:
– Ты думаешь?
– При помощи американцев она заставит Мушаррафа отказаться от поста верховного главнокомандующего. Пока генералы и оппозиционеры делят власть, армия будет парализована.
– Айман аль-Саварихи зря приговорил Беназир к смерти?
– Осуществление приговора можно отложить или ускорить. Мушарраф также приговорен, но живет.
Шейх задумался. Несколько пустых клеточек в его схеме заполнились новыми вариантами, и картина стала приобретать более логичный характер, хотя ничего нового шеф службы безопасности ему не сообщил.
Просто он подтвердил
– У тебя есть что-либо важное? – небрежно спросил Шейх.
– Наш связник успел узнать у германских партнеров, что, по их данным, ценный источник в Вашингтоне попал под наблюдение американских спецслужб.
– О ком идет речь? Ты проверил?
– Да, к сожалению, эти сведения подтверждаются. Мы имели дело с группой лиц в Пентагоне и Государственном департаменте. Они помогли в нужном деле. Речь идет о переброске наркотиков через Косово. Но теперь оказывается, что попутно эти жадные люди увлеклись и другим бизнесом: поставили некачественные боеприпасы китайского производства правительству Афганистана на сумму 300 миллионов долларов.
– Стоило ли мараться ради этой ерунды? Где они взяли эту гадость?
– Боеприпасы, в основном патроны для стрелкового оружия, они получили от албанских мафиози. А те попросту разграбили военные склады в Албании и сбыли некачественный товар. Говорят, что их покрывал бывший американский посол в Албании Джон Уитерс. Ведется расследование. Вскоре это попадет в прессу. Неприятная ситуация.
– Нас она непосредственно не затрагивает, – успокоился Шейх.
– К сожалению, в числе подозреваемых оказался наш ценный агент. Очень не хотелось бы его терять.
– Его все равно раскроют.
– Вот этого необходимо избежать. Через него могут выйти на других агентов в Вашингтоне. Он использовался не только как информационный источник, но и как вербовщик. Через него мы приобрели очень ценных людей.
– Я знаю, кого ты имеешь в виду. Жаль, что он оказался таким жадным. Что ты предлагаешь? Убрать этого пса?
– Его исчезновение насторожит другую агентуру. Скандал нужно замять.
– Откупиться?
– Это само собой. Но нужна крупная операция. Предлагаю отвлечь внимание на негодные объекты. Устроим целую серию шпионских скандалов. Причем в разных странах. Пока будут разбираться, мы прикроем наших людей и завербуем новых агентов.
Идея явно понравилась Шейху. Он любил масштабные проекты.
– Скандалы – это хорошо. Громкие?
– Оглушительные.
– В каких странах?
– В Канаде, Великобритании, ну и, разумеется, в США.
Шейх томно улыбнулся, давая понять, что он разрешает устроить эти проказы в стане врага.
Как бы ни складывались отношения с американцами, они все равно будут конкурентами за мировое влияние. А «друзей-врагов» нужно держать в постоянном напряжении. Пусть разбираются со своими проблемами.
Так спокойнее.
Июль 2007 года,
Лондон – Берлин
– Как в Лондоне? – Валерии казалось, что Питер
– Жарко. Мне кажется, что в Индии и Пакистане прохладнее.
– Лучше всего на море, там, где мы были.
– Не береди мои раны! А может, приедешь в Лондон? Здесь недалеко море. Съездим на побережье и покупаемся.
– Нет, дорогой, я уже в Берлине. Получила интересный заказ – реклама для аэропорта. Освобожусь примерно через месяц, когда все закончу. Если примут мое «творчество».
– Обязательно примут. Ты талантливая, упорная и любимая. Мною, конечно.
– Конкуренция жуткая. Давай не будем спорить о талантах и поклонниках. Боюсь, а вдруг сглазим.
– Скромная ты моя! Держу пальцы за твой успех.
– Спасибо, милый. Сдам свои картинки, и поедем отдыхать.
«А вот это вряд ли», – подумал Питер.
Он каждый день звонил Валерии из Лондона. Страшно представить, что опять может наступить одиночество.
Ни в коем случае! Лучше он бросит работу, откажется от всего. В любом случае рано или поздно придется завязывать. Сколько можно рисковать!
Это только на первый взгляд его ремесло выглядит вполне предсказуемым и даже респектабельным. Ну поговорил с кем надо. Написал книгу, кучу статей, выпил несколько ящиков виски. Покрасовался среди политиков и бизнесменов. Многозначительно пробурчал что-то в телестудии.
А в реальности? Основная работа остается за кадром. Один неверный шаг, и не найдут даже воспоминаний о Питере Штайнере.
«Хватит жаловаться на жизнь. Ничего ты не бросишь. А Валерия для тебя как тот якорь, который держит корабль у берега во время шторма и спасает его. Разве не так? Ты эгоист и прекрасно это знаешь».
Самое неблагодарное дело – спорить с самим собой. Трудно найти полемиста, который лучше знал бы твои недостатки и желания, даже если ты пытаешься закрыть на них глаза.
«Ладно. Не будем спорить об очевидном! Так, кажется, сказала Валерия. И она опять права».
Глава 8
Концепция меняется, человек – никогда
Июль 2007 года,
Вашингтон
Вернувшись в Вашингтон, Джон Мак-Грегор сообщил помощнику президента по национальной безопасности Стивену Хедли, что Беназир Бхутто фактически согласилась вернуться в Пакистан и возглавить оппозицию на предстоящих выборах.
– Что значит фактически? – недовольно переспросил Хедли. – Вы договорились или нет?
«Странные метаморфозы происходят с людьми, когда они оказываются на вершине власти», – подумал Мак-Грегор.
Он давно знал Хедли и все чаще замечал, что его старый приятель утрачивает чувство юмора – уже не способен понимать нюансы психологии и воспринимает окружающий мир в бело-черной гамме, без полутонов и оттенков.
На лице Хедли, правда, иногда появлялось знакомое шутливое и многозначительное выражение. Но эта гримаса походила на второпях надетую маску, скорее зловещую, чем смешную.