Загадочный виконт
Шрифт:
На какое-то мгновение оба застыли — только его широкая ладонь, стиснувшая ее спину, не давала ей скатиться вниз по ступенькам. «Какое счастье, что он силен, как сам дьявол!» — промелькнуло у нее в голове… И при этом на удивление опрятен — несмотря на покрытый пылью сюртук и дурно натянутые чулки. Крепкий запах лавровишневой воды и мыла ударил ей в ноздри, заставив ее задуматься, а действительно ли он такой деревенский олух, каким кажется на первый взгляд.
Но тут его взгляд упал на показавшийся из-под пелерины низко вырезанный корсаж… и там и остался.
Мужчины часто заглядывались на ее грудь, и Регина давно уже научилась пользоваться
Но по какой-то неведомой ей причине его взгляд заставил ее смутиться. Он смотрел так, словно готов был сорвать с нее все покровы… и заставить ее наслаждаться этим.
Почувствовав, как порозовела ее грудь от этого дерзкого внимания, она уже открыла было рот, чтобы сурово одернуть его, как вдруг заметила белую полоску шрама, сбегавшую по его щеке и исчезавшую в бороде. Ей и раньше уже доводилось слышать об этом шраме, но никто не знал ни как виконт его получил, ни насколько серьезным было ранение. Густая борода скрывала шрам почти целиком. Но даже та его небольшая часть, что была на виду, выглядела ужасно…
Он поднял глаза на ее лицо, перехватил на лету ее взор и хищно ухмыльнулся.
— Смотрите под ноги, мадам. Если не хотите свалиться с лестницы.
Ощущение неясной угрозы в его голосе заставило ее вздрогнуть. По спине пополз холодок. Откуда у него этот шрам? Но ей было страшно даже думать об этом.
Подхватив девушку, как пушинку, он опустил ее на пол.
— Ну а теперь, леди Регина, вам придется объяснить, что вы имели в виду, когда говорили, что моя сестра и ваш брат встречаются тайком от всех. И вы никуда не уйдете, пока не сделаете этого.
От звука его низкого, рокочущего голоса что-то дрогнуло в самой глубине ее существа. Похоже, она пробудила дракона… И теперь нужно срочно решать, что с ним делать.
Глава 2
Никогда не доверяйте молодому человеку, не важно, бедный ли это сквайр или титулованный и богатый джентльмен, и ни на минуту не оставляйте его наедине с вашей подопечной.
Сестрица Фоксмура устремилась в библиотеку. Маркус последовал за ней, изо всех сил стараясь не пялить на нее глаза. Легче сказать, чем сделать. Поступь ее была легкой и чарующей, как мелодия… тьфу ты, пропасть, он даже вспомнить не мог, когда же в последний раз слышал что-то подобное. Маркус не мог отвести глаз от ее аппетитной попки, которую пикантно обрисовывало платье, сшитое по самой последней — ну еще бы! — моде. Он с радостью отдал бы половину своего состояния, лишь бы усадить ее к себе на колени… почувствовать эту упругую плоть, трогать, ласкать и наслаждаться каждым дюймом этого надушенного, затянутого в муслин девичьего тела.
Маркус метнул в ее сторону сердитый взгляд — как же, размечтался! Да она и близко его к себе не подпустит! Даже после того, как он не дал ей свалиться с лестницы, эта девица косится на него так, словно он собирался овладеть ею прямо там, на ступеньках!
Между прочим, он бы не отказался. Да и какой мужчина не дрогнул бы, почувствовав прикосновение этой упругой груди, которая так и манит прильнуть к ней губами и, забыв обо всем, погрузиться в пучину наслаждения?
Вот-вот… и захлебнуться в нем, растеряв последние мозги, угрюмо добавил он про себя. Чтобы хорошенькая сестрица Фоксмура явилась сюда просто так? Ну уж нет, в
Правда, эта девица оказалась явно храбрее своих сестер по несчастью. Какая из жеманных светских куколок решилась бы явиться к нему в дом, да еще без приглашения, учитывая его репутацию и все эти грязные сплетни, ходившие на его счет? А простушкой ее не назовешь, недаром в обществе ей дали прозвище «La Belle Dame Sans Merci» — Прекрасная, но жестокая дама. Похоже, тут сыграла свою роль и та поэма Чосера о красивой, но безжалостной кокетке [5] .
Наверное, именно поэтому ее чертов братец и подослал ее к нему. Впрочем, Маркус мог его понять: именно таких женщин имели в виду поэты, когда воспевали любовь, ради которой мужчины с радостью идут на смерть.
5
Поэма Чосера «LaBelleDameSansMerci», вернее, перевод с Французского произведения Алана Шатье, который приписывали Чосеру.
С этими чаровницами хлопот не оберешься.
— Ну? — рявкнул Маркус, томясь искушением вышвырнуть соблазнительницу из своего кабинета. — Что это за разговоры о каких-то тайных встречах?
Она невозмутимо обернулась. Боже, помоги ему, ко всему прочему она еще и блондинка! Как нарочно… Маркус мысленно застонал. Светло-золотистые локоны, кокетливо выглядывая из-под задорно сдвинутой на один бок шляпки, так и манили коснуться их рукой… рукой или губами…
Чума на нее и на всю их породу! Особенно сейчас!
Девица с ледяным спокойствием встретила его взгляд.
— Ваша сестра и мой брат не намерены расставаться. Если вы и дальше будете препятствовать их встречам, что ж, воля ваша, они найдут способ ускользнуть от навязчивой опеки ее стражей. Вот уж тогда-то их наверняка застигнут при весьма компрометирующих обстоятельствах. Надо ли говорить, что это причинит куда больше вреда Луизе, чем моему брату?
— Именно поэтому ей и не стоит вести себя столь безответственно.
— Неужели? — Леди Регина смерила его надменным взглядом. — Между прочим, я здесь как раз потому, что Луиза не желает действовать за вашей спиной, пока у нее остается надежда заставить вас изменить свое мнение.
В груди Маркуса вспыхнула тревога.
— Луиза говорила вам об этом?
— Скажем так — это я отговорила ее что-либо предпринимать втайне от вас. Луиза уже готова была согласиться с планами моего брата. Но я убедила ее, что даже герцогу позволено отнюдь не все, в особенности в подобных делах, и что, если их поймают, разразится скандал и весь позор…
— Черт с ним, со скандалом! Будь я проклят, если позволю своей сестре водить дружбу с вашим братцем или кем-то из его развратных дружков!
Серые глаза Регины потемнели от гнева.
— Однако не похоже, чтобы Луиза разделяла ваше мнение относительно его высочества.
В том-то вся и, беда! Луиза даже толком не понимала, из-за чего весь этот шум. Ей было всего десять, когда мать покинула их. Принни для нее так и остался «дядюшкой Джорджем», вечно баловавшим ее игрушками и сладостями. А Маркус сделал все, чтобы грязные сплетни относительно истинной природы «дружбы», связывавшей их мать с этим человеком, никогда не коснулись ее ушей.